Петр I - Честь, слава, империя. Труды, артикулы, переписка, мемуары Страница 37

Того ради Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, вам, верным подданным нашим, генеральной старшине и полковникам и городовых и компанейских и сердюкских полков старшине и казакам и прочим, напоминаем, дабы, памятуя отца Нашего, блаженныя памяти Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца, и нашу к себе высокую милость ко всему малороссийскому народу, что оный от вышепомянутой неволи и церкви святые от всякого утеснения избавлены и жили под нашею обороною по правам и вольностям своим во всяком довольстве и верность к Нам, Великому Государю, показали и от него, изменника, бывшего гетмана, и от шведов уходили и к нам приходили без всякого опасения, ибо Мы, Великий Государь, ведая вашу невинность, что вы прелестным образом от него, гетмана Мазепы, преданы в руки неприятельские, а не своим желанием к тому пришли, вас милостиво примем и вящую к вам, верным нашим подданным, милость Нашу покажем.

Ибо Мы, яко единовернии с вами, православный государь и оборонитель малороссийского народа и краю, никогда не оставим, но при помощи Божии от неприятельского наступления оборонять его будем, к чему и довольные способы при помощи Господней имеем. И дабы народ малороссийский без главного вожа [управителя] не был, того ради Мы, Великий Государь, послали наши указы к архиереям и ко всея генеральной старшине и полковникам и сотникам и ко всему войску Запорожскому, дабы на обрание нового гетмана по правам и вольностям своим вольными голосами собиралися, к чему и вас призываем.

А буде кто по сим Нашим, Великого Государя, указам, забыв страх Божий и присягу свою к Нам, Великому Государю, и целость отчизны своей от него, вора и изменника Мазепы, и от неприятеля нашего не отстанет и к Нам, Великому Государю, не возвратится во время месяца, то есть декабря по первое число 1708 г., но будет против нас служить тем нашим неприятелям, – тех объявляем изменниками нашими и отчизны вашей.

И будут их чины и маетности [имения] и пожитки их отобраны и розданы верным за службы их. Також жены и дети их взяты и сосланы будут в ссылку. А кто из них пойманы будут, и те, яко изменники, казнены будут смертью без пощады.

Дан сей Наш Царского Величества указ в обозе при Десне за приписанием собственные наши руки и припечатанием печати ноября в 1 день 1708 г.

При сем посылаем к вам письмо, от Неплюева к вам писанное[112], в котором пишет об указе, где ему с полками быть. И ежели в нем есть вам нужда, то извольте ему приказать с полками к себе быть. Буде ж нет вам в нем нужды, то вели идти к Глухову. Сей день и будущая ночь вам еще возможно трудиться там, а далее завтрашнего утра [ежели чего не сделано] бавиться [задерживаться] вам там опасно[113].

На первое посланное к вам (с адъютантом Пашковым) письмо паки подтверждаю, что шведы перешли на сю сторону реки, и хотя наши крепко держали и трижды их сбивали, однако, за неудобностью места, одержать не могли, понеже на той стороне реки у неприятеля место было зело удобное, где поставлены были на горе пушки в три боя, и больше держаться нашим было ни ко которому образу нельзя. Того для извольте быть опасны [осмотрительны] и, по тому смотря, поступать, ибо неприятель перебрался от Батурина только во шести милях, и наши войска почали отступать к Глухову. Письмо ваше, писанное вчерашнего дня от Батурина, до нас дошло.

Господин Рагузинский.

Зело нам нужно в Цареграде послу нашему перевесть полшесты тысячи червонных. Того ради желаем, дабы вы с кем [с каким-нибудь] добрым и надежным курьером послали к нему вексель на то число червонных, чтоб ему твой корреспондент там те червонные отдал. А ты у нас прими оные на Москве у Алексея Курбатова или деньги мелкие у Автомона Иванова.

Сего моменту получил я ваше зело радостное писание, за которое вам зело благодарны, паче же Бог мздовоздаятель будет вам. Что ж принадлежит о городе, и то полагаю на вашу волю: ежели возможно от шведов в нем сидеть, однако ж несколько пушек лучших вывесть в Глухов, то извольте поправить и посадить в гарнизон [хотя драгун в прибавку стрельцам, пока пехота будет].

Буде ж [как я от присланного слышал] оный не крепок, то зело лучше такую великую артиллерию вывесть в Глухов, а строенье сжечь [которое там зело ныне нужно], понеже когда в таком слабом городе такую артиллерию оставить, то шведы также легко могут взять, как мы взяли.

И для того не изволь время терять, ибо сего дни шведы перешли реку и, чаю, завтра конечно пойдет к Батурину или инуды глубже. И того ради опасно, дабы не помешал вам в вывозе артиллерии. Буде ж не успеете вывесть, то лучше разжечь или разорвать и, штуками роздав, вывесть.

P. S. Ежели есть булава и знамена, изволь прислать: для нового гетмана зело нужно. Також канцелярию возьми с собою всю их[114].

В ответ А. Д. Меншиков писал Петру I:

«Господин полковник. Писание вашей милости, вчерашнего дня из Воронежа писанное, восприял я сего числа поутру, за которое вашей милости, моему государю, зело благодарствую, и на оное ответствую. Артиллерию, сколько могли взять, везем с собою, а прочую тяжкую, а именно несколько самых больших пушек, разорвали. Что же через помянутое свое писание изволите повелевать нам прислать к вашей милости булаву и знамя в Глухов к потребному времени, и у нас есть не токмо одна, но и три булавы, также и бунчуг, и между довольным числом всяких знамен, – знамя первое, которое всегда пред гетманом важивали; и оные все, купно с воровскою старшиною, привезу с собою, из чего, надеюсь, вашей милости быть довольным. И понеже зело желаю очи ваши, что дай Боже счастливо, вскоре видеть, того ради пространно ныне доносить оставляю [не буду], но о всем, о чем надлежит, обстоятельно донесу вашей милости изустно, чего ради намерен я к вашей милости ехать наперед [сперва] одною своею особою [в одиночестве]. За сим здравие вашей милости, моего всемилостивейшего государя, деснице Вся содержащего [Вседержителя] в сохранение предаю. Александр Меншиков.