Борис Тененбаум - Великий Линкольн. «Вылечить раны нации» Страница 42

Джон Хэй полагал, что президент был глубоко оскорблен. Очень может быть, хотя Линкольн и говорил неоднократно, что « готов держать Макклеллану стремя, лишь бы он одержал победу …», и он мало считался с этикетом и прочим, но, наверное, и у его терпения были границы.

Во всяком случае, больше он Макклеллана не посещал.

Примечания

1. Lincoln, by David Herbert Donald, Simon and Schuster. New York, 1995. Р. 312.

2. Официально эта должность называлась командующий армейским департаментом Западa – commander of the Army’s Department of the West.

3. Генералу явно не приходило в голову, что его письма к жене кто-то может просматривать, и, скорее всего, он был прав. Служба перлюстрации – так называемые «черные кабинеты» – была уже хорошо налажена в Европе, но в США федеральное правительство в смысле внутренней полиции и разведки вообще было очень слабым. Даже в период Первой мировой войны в США отсутствовало государственное бюро дешифровки, и его пришлось создавать заново с помощью частных компаний.

О том, как трудно бывает толковать международное право

I

К огда ранней весной 1861 года по давно заведенной традиции Чарльз Фрэнсис Адамс явился в Белый дом с тем, чтобы принести свои благодарности президенту за назначение его на пост посла Соединенных Штатов в Великобритании, Линкольн от него отмахнулся. Он сказал Адамсу, что назначением он обязан только и исключительно государственному секретарю Сьюарду. Внешняя политика – это его епархия.

За те пятьдесят с лишком лет, что прошли со дня назначения отца Чарльза Адамса, Джона Квинзи Адамса, на пост представителя США при дворе российского императора в Петербурге, утекло много воды. В том памятном 1809 году население России составляло около 40 миллионов человек, а население Соединенных Штатов не намного превышало 7 миллионов – разница примерно в шесть раз.

В 1860 году население США составляло уже побольше 31 миллиона человек, а население Российской империи – 76 миллионов, так что разрыв сократился, и сократился сильно. В военном отношении, конечно, стороны тягаться на равных не могли: русская армия размерами превышала армии всех остальных стран Европы и насчитывала 862 тыс. штыков, но в сфере экономики и индустрии Соединенные Штаты становились гигантом. Например, по выпуску железа США в 1860 году обгоняли Россию больше чем в два раза: 830 тысяч тонн в год, произведенных в Америке, против 350 тысяч, произведенных в России[1].

Однако американская внешняя политика в самих США считалась сильно второстепенным делом по сравнению с политикой внутренней, и дипломатия по-прежнему оставалась где-то на периферии президентских интересов. Федеральное правительство в принципе было слабым – это устраивало решительно все штаты, входившие в Союз.

Так что Линкольн, столь небрежно попрощавшийся с Чарльзом Адамсом, своим новым послом в Англии, в своем роде тоже следовал традиции.

Видит Бог – весной 1861 года у него хватало других забот.

Однако очень скоро случилось происшествие, которое сильно изменило его приоритеты. В историю оно вошло как « дело «Трента» , и суть его состояла в том, что корабль федерального флота «Сан-Хакинто» перехватил в море британский пакетбот «Трент» и снял с него двух пассажиров, Джеймса Мэйсона и Джона Слайделла, направленных Джефферсоном Дэвисом в качестве посланников Конфедерации в Лондон и Париж.

Вообще-то, это надо объяснить поподробнее. Объявив отделение Юга мятежом и одновременно приказав флоту начать блокаду портов Юга, Линкольн не подумал о последствиях своих распоряжений. А последствия тут были в том, что он создал противоречие: если Юг есть мятежные провинции Соединенных Штатов, то Соединенные Штаты просто объявляют порты Юга закрытыми, и тогда иностранные суда могут следовать туда только незаконно, на свой страх и риск. Если же объявлена блокада, то это – акт войны. А поскольку страна не может быть в войне сама с собой, то, следовательно, Юг должен быть признан воюющей стороной.

Англичане так и сделали. Заходить в южные порты США английским капитанам было не рекомендовано, но восставший Юг был признан, – если не в качестве государства, то в качестве воюющей стороны.

Так что когда американский военный корабль под угрозой оружия остановил английский пароход, который шел из Гаваны к берегам Англии, и объявил, что на борту парохода находится « груз военной контрабанды », – капитан английского судна возмутился и обыскивать его не позволил. Дальше по инструкции его корабль следовало бы захватить, высадить на него американский экипаж и теперь уже под американским флагом отправить в американский порт для тщательной проверки, но пойти так далеко не решился даже отважный капитан Уилкс, командовавший «Сан-Хакинто».

Поскольку его английский коллега отказался показать ему даже список пассажиров, то неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы посланцы Конфедерации сами не выступили вперед. Их забрали на борт «Сан-Хакинто», а пакетботу «Трент» разрешили следовать своим курсом дальше. Когда он добрался до Англии, разразился неслыханный скандал.

II

Английское правительство потребовало от посла Адамса объяснений. Судно «Трент» шло из нейтрального порта в Англию – о какой военной контрабанде могла идти речь, если оно и не приближалось к портам, блокированным военным флотом США?

Далее, «Трент», почтово-пассажирский пароход под английским флагом, был остановлен в открытом море орудийным залпом. Hа него были высажены вооруженные люди, забравшие с собой двух джентльменов, вместе с их секретарями и багажом. Английскому правительству нет дела до того, что в США их считают мятежниками: они были захвачены на английской территории, ибо корабль под английским флагом является английской территорией.

Англия требует немедленного возврата людей, находившихся под ее покровительством, немедленного извинения и немедленного наказания виновных. Hy, Адамс, как и положено в таких случаях, отговорился незнанием существа дела, необходимостью расследования, и запросил свое правительство о шагах, которые следует сделать в дальнейшем.

Ответ из Вашингтона привел его в полный ужас – там явно не понимали всей тяжести положения. Начать с того, что 18 ноября капитана Уилкса встретили в Бостоне как национального героя. В его честь губернатором Массачусетса был дан обед. Газеты по всему Северу выходили с аршинными заголовками «Негодяи в клетке» – под «негодяями» имелись в виду посланцы Конфедерации. Профессор юридического факультета Гарварда, Теофилус Парсонс, написал, что « капитан Уилкс имел такое же право захватить мятежников, какое федеральное правительство имеет на блокаду порта Чарльстон …»