Мирон Хергиани - Тигр скал Страница 61

И они действительно пришли. Пришли, и сняли со скалы полумертвых, обреченных на гибель людей, и вер­нули их к жизни. Михаил Хергиани согрел и оживил их своим теплом, теплом своего сердца и своего тела, силой своих мускулов и своего духа...

САНДРО ГВАЛИА, ЗАСЛУЖЕННЫЙ МАСТЕР СПОРТА СССР:

— Миша Хергиани, наш Чхвимлиан, для всех товарищей, друзей, приятелей всегда являлся воплоще­нием мужества, самопожертвования, великодушия и благородства. Узнав, что кому-то трудно, он бросал все и спешил на помощь.

Так было на Тянь-Шане в роковом 1961 году на пике Победы, где обрел вечную обитель Илико Габлиа-ни. Михаил-Младший едва не остался с ним в краю вечных снегов и льдов, но Миша ценой смертельного риска с невероятным трудом спас его: взвалил на спину замерзшего, потерявшего сознание и волю к жизни Михо и тащил его около пяти километров вниз с семитысячеметровой высоты, по головокружи­тельным тропам, где над ним витала смерть. Это был неслыханный подвиг.

Он от рождения был способен на удивительное само­пожертвование, Тигр скал.

В дальнейшем, спустя годы, когда неизлечимая болезнь все же сделала свое и Михаила-Младшего не стало, Михаил сказал как-то: «У меня такое чувство, будто мне отсекли одно плечо». И действительно, со дня смерти Михо он и вправду держался так, будто ему нанесли тяжкое увечье. Он редко смеялся, даже улыбка, знаменитая Мишина улыбка, открытая, теплая, редко появлялась на его лице, да и она была уже не той, что прежде.

Перед поездкой в Италию он пребывал в какой-то странной раздвоенности. Как знать, может, смутное предчувствие гибели тяготило его...

Но Михаил был сыном своего отца, потомком своих предков — упорных, сильных, волевых людей, с молоком матери впитавшим их страсть к покорению вершин. Тигру скал, сыну гор несвойственно было отступать.

И   он   отправился   в   свой   поход — в   последний.

В последний раз овеяли его ветры далеких вершин, в последний раз он связался альпинистской веревкой, в последний раз устремился к солнцу...

ГРИГОР ГУЛБАНИ, ЗАСЛУЖЕННЫЙ МАСТЕР СПОРТА:

— Товарищи хорошо знали: на трудном участке, где надо ползти ощупью и ощупью же выискивать малейшую опору, первым шел Тигр скал. Он был нашей надеждой, нашей главной опорой, мы полагались на его природное чутье, на его силу и выносливость, уни­кальное мастерство. Мы ждали, когда он выйдет на «спокойное» место и спустит нам веревку.

И там, на Су-Альто, первым шел Михаил, применяя все те невероятные по риску и мастерству приемы, которые он показал еще в Англии и на Ушбе, пальцами цепляясь за малейшие трещины и выступы гладкой стены. Повисал на пальцах, продвигался дальше и снова искал...

Но — «Не остановит смерть ни узкая тропа, ни скалистая...»[32] — не эти ли слова промелькнули в его сознании в роковой миг?..

Смерть поднялась в горы, смерть пошла по его пятам и похитила его...

В трудные минуты Михаил обычно напевал «Лилео» — древнегрузинский гимн солнцу. Всю жизнь он словно бы играл с солнцем, и вся жизнь его была стремлением к солнцу.

В Доломитах Альп в первый и последний раз прозву­чала мелодия «Лилео» — и свершилось предначер­танное от века: земля ты есть и в землю обратишь­ся...

«Рожденный в Сванэти многим обязан горам...» Горы породили его, подобно легкокрылому ветру, спус­тился он к нам с высот... Исполины Кавкасиони явили миру своего сына...

И в свой час соединился он с утесами и ущельями, с солнцем и луной...

Он прожил короткую жизнь. И жизнь его — как книга, которая останется на вечную память друзьям, знакомым и незнакомым — всем людям Земли.

...И наконец оплакал сына Бесарион... Исхудавшими, сильными когда-то руками бил себя в грудь:          

Не верю, сын мой, не верю в твою смерть!         Не верю в твое поражение!Но когда представляю твой полет,Когда представляю твое парение...О, как мог ты так воспарить —И остаться в живых!..Не осуди своего отца за слезы,Не осуди, если я потеряю разум... 

Нет, никто не осуждал Бесариона.

Плакали седовла­сые старики в традиционных чоха-ахалухи.

На вершине Бангуриани стояли воспитанники Михаила. Пусть те, кто стремится к вершинам, будут спокойны: там, в горах Большого Кавкасиони, обита­лище Тигра скал, там бодрствуют выпестованные им, те, кому он передал завет: «Человек превыше всех вершин».

..Промчатся годы, пройдут столетия, и седовласый сказитель будет рассказывать древние легенды:

Вначале был Беткил.

После Беткила — Чорла.

После Чорла — Муратби Киболани.

После Муратби были Алеша и Гио.

После Алеши и Гио — Бекну и Чичико, Габриэл и Максиме, Бесарион.

И было два Михаила Хергиани: Михаил-Младший и Михаил — Тигр скал.

Все они были охотники и горовосходители. Любовь к вершинам и вольным ветрам, любовь к заоблачным высям объединяла их...

Примечания

1

Корана — кличка собаки, от «корани» — ворон.

2

Св. Георгий Победоносец, особо почитаемый в горах

3

Иалбузи — грузинское название Эльбруса.

4

Леми — древнее сванское знамя в виде львиной головы

5

Лилео — древний гимн солнцу.

6

Махвши — старейшина.

7

Лечакиани — носящие лечаки, то есть женщины.

8

Шашишеби - злые духи.

9

Лагуниаши — место оплакивания.

10

Лапаро — место возле дома, защищенное навесом.

11

Гиоргоба — в древнегрузинском календаре — ноябрь.

12

Марула — конные состязания, скачки.

13

Лемзири — ритуальные хлебцы.

14

Хале — персонаж сванского фольклора.

15

Пандури — грузинский струнный музыкальный инструмент.

16

Сенокосные «угодья» в Сванэти обычно расположены на труднодоступных склонах.

17

Микел-Габриэл — ангел смерти у грузин.