Анатолий Терещенко - «Снег», укротивший «Тайфун» Страница 68

Он даже просил Трибунал поверить ему, что, как только он узнал о кровавых делах гестапо, то решил покинуть свой пост, но Гитлер не удовлетворил его просьбу. Припертый свидетельскими показаниями к стенке, он то бледнел, то краснел, то потел.

Этот австрийский адвокат пытался разыграть карту человека, случайно оказавшегося на вершине карательного ведомства фашистской Германии. Создалось впечатление, что это была крайне трусливая личность. Парадоксы – и только.

Ветеран много рассказал историй и о поведении других подсудимых, но это уже материал для нового повествования.

Глава 17

СМЕРШ на японском фронте

Война еще бушевала на европейской части СССР.

Позади остались победы под Москвой, в Сталинградской битве, на Курской дуге. Теперь уже мощный поршень Красной Армии, хотя и с напряжением, но поступательно выдавливал гитлеровцев за пределы нашей Родины. А на Дальнем Востоке над редкими пограничными заставами и немногочисленными нашими частями и соединениями, подобно дамоклову мечу, нависала угроза со стороны полностью отмобилизованной и вооруженной по последнему слову военной техники миллионной Квантунской армии. Ее еще называли Квантунской группировкой.

Нужно отметить, что часть войск с дальневосточных рубежей была снята еще в начале войны, чтобы остановить упоминаемый выше «Тайфун» германской группы армий «Центр» под руководством фельдмаршала Федора фон Бока. Но организованный Кремлем и природой наступательный ураган силами Красной Армии и тыла, не без пусть скромной, но помощи в ходе проведенной операции «Снег», укротил «Тайфун», разметав его силы по заснеженным полям сражений и обочинам дорог.

Японская разведка была осведомлена о перемещениях советских войск, а поэтому план нападения на СССР под кодовым названием «Кантокуэн» («Особые маневры Квантунской армии») не потерял актуальности. В Токио ждали своего часа. На совершенно секретных картах хищными стрелами японские дивизии нацеливались на советские города и в любой момент могли ударить по гарнизонам, стоящим вдоль государственной границы и вблизи Хабаровска, Владивостока и Читы.

После ряда сокрушительных поражений гитлеровской Германии на Восточном фронте спецслужбы Страны восходящего солнца сделали ставку на активизацию разведывательной деятельности против советских войск на Дальнем Востоке. Упор делался на агентурное проникновение в части Красной Армии и в ее ближайшее окружение. Основными специальными органами, работающими против частей и подразделений наших войск, были 2-й отдел японского генерального штаба, а также параллельно с ним функционирующий центр морской разведки – 3-й отдел морского генерального штаба. Второму и третьему отделам генеральных штабов полностью подчинялись представители так называемой легальной разведки – военные и морские атташе Японии в разных странах.

В Квантунской армии разведкой занимался местный разведывательный отдел. Многочисленные и разветвленные аппараты военных «миссий» (ЯВМ), имевшихся во многих населенных пунктах Маньчжурии и Внутренней Монголии, являлись на деле резидентурами японской внешней разведки.

Начальниками ЯВМ, как правило, назначались офицеры не ниже чем в капитанском чине, из числа квалифицированных японских разведчиков. Некоторые важные ЯВМ возглавляли полковники и даже генерал-майоры. В подчинении ЯВМ находились отряды «Асано», предназначенные для проведения диверсионных и террористических акций в тылу советских войск.

Японские спецслужбы активно вербовали россиян – бывших белогвардейцев армии адмирала Колчака, отрядов барона Унгерна фон Штернберга, банд атаманов Семенова, Гамова, Кузнецова, Калмыкова и других, осевших в Маньчжурии.

Первое русское военное подразделение в составе армии Маньчжоу-Го было сформировано в начале 1938 года. Оно получило название по имени его командира – майора Макато Асано. Помощником его был эмигрант Г.Х. Наголян. Вначале в отряд «Асано» набирались добровольцы, а позднее личный состав формировался в порядке мобилизации лиц из числа эмигрантов в возрасте от 18 до 36 лет. Одевали курсантов отряда в японскую форму. При организации разведывательнодиверсионных вылазок их переоблачали в форму советских солдат и офицеров…

Один из руководителей японской разведки – генерал-лейтенант Итагаки на одном из совещаний предложил идею «использования агентов противника против него самого». По существу, это был призыв по перевербовке советских разведчиков и их агентуры, создания так называемого института двойных агентов или агентов-двойников.

В результате начиная с середины 1942 года и до окончания войны агенты-двойники стали грозным оружием в руках японских спецслужб.

Внезапное нападение японской авианесущей эскадры с использованием пикирующих легких бомбардировщиков на американскую военно-морскую базу Перл-Харбор, ставшее полной неожиданностью для янки и советского командования, показало, что японские разведывательные органы остаются мастерами маскировки военных планов. Они удачно проводили работу и по дезинформации противника.

Отмечались случаи террористических актов против наших военнослужащих и местного партийно-советского руководства и диверсионных вылазок, направленных на подрыв мостов, железнодорожных путей, складов с ГСМ и ангаров с боевой техникой, а также отравление источников питьевой воды, особенно колодцев.

Руководитель военной контрразведки СССР генерал-лейтенант Виктор Семенович Абакумов, понимая агрессивность и коварство самураев, требовал усилить агентурную работу против войск Квантунской армии. Неоднократно посылал из Центра комиссии по проверке состояния агентурного аппарата как на флоте, так и в особых отделах, а затем в УКР СМЕРШ НКО Забайкальского военного округа и Дальневосточного фронта.

В связи с этим военная контрразведка советского Тихоокеанского флота приступила к работе по созданию негласного аппарата. Ему ставилась задача по расширению агентурной деятельности в тылу противника на случай войны с Японией.

Готовился и ответный удар – на диверсии японцев военные контрразведчики решили ответить своими диверсиями. На объектах главной базы флота – складах, ангарах, мастерских и арсеналах к началу 1942 года было подготовлено 45 агентов, главным образом из числа вольнонаемного контингента – рабочих и служащих на этих объектах, а также из граждан, проживающих в непосредственной близости от них.

В апреле 1942 года эта агентура прошла обучение в течение месяца при спецшколе Управления НКВД по Приморскому краю. В этой же школе по программе руководителей диверсионных групп прошли 15-дневные курсы трое оперативных работников из числа флотских контрразведчиков. После возвращения с курсов они приступили к обучению других работников аппарата Особого отдела ТОФ. Таким образом, военными контрразведчиками флота была сформирована группа диверсантов из 1 5 человек.