Петр Румянцев-Задунайский - Великая и Малая Россия. Труды и дни фельдмаршала Страница 77

Сего ради весьма нужно вашему сиятельству в ваших условиях с принцем Кобургом всякий пункт весьма внятным и точным образом определить, и особливо в относящемся ко взаимному сношению так распорядиться, чтобы ваш отделенный отряд и господина генерала барона Эльмпта как наискорее и всегда в прямую пору о всем происходящем уведомляемы были. Ваше сиятельство должны несколько казаков употребить на встревожение неприятеля выше и ниже Могилева, дабы тем разделить их силы и внимание, и быть готовым и всем вашим корпусом, ежели бы нужда требовала, сии отряды подкреплять, а по завладении ими на той стороне Днестра местами и к нему приблизиться и сообщение их с вами, образом и способом по времени удобными, обнадежить.

А прежде отправления сего отряда или и тотчас за получением сего моего ордера воеводу русского[101], чтобы изведать его прямые намерения, спросить: будет ли он в случае, ежели бы мы поиск сделали от Могилева и на Сороку, нам способствовать – и в чем таково его пособие состоять будет.

А жителей молдавских через добронамеренных и вами употребляемых особо о сем движении и вступлении войск ее императорского величества в сию землю предварить и к содействию приуготовить, не именовав ни Могилева, ни Сороки, но во все другие места, как например Рашков и иные ниже лежащие, дабы там и в Бельцах находящихся турок удержать в том их положении, а места, на кои сей поиск делаться должен, привести в ослабление. Каков же дан от меня господину генералу и кавалеру барону Эльмпту ордер.

По ордерам, что я дал вашему сиятельству от 3-го и 19-го месяца прошедшего, ваше сиятельство увидите тотчас причины, кои меня подвигли, во-первых, предложить принцу Кобургу готовность на возможное пособие и содействие, а потом и на деятельное их выполнение, и что в предприятии, кое он предлагал на занятие Хотина, я был должен ему предоставить указать распоряжения, а вашему сиятельству на них основывать ваши, и по успехам, что будут иметь австрийские войска, распространять поиски; но и сии выражения не значили еще очень далеко подчиненность, а соглашение командующих весьма нужное.

Я отдаю, впрочем, всю справедливость силе причин, что вы приметили принцу Кобургу в вашем ответе на его письмо от 9-го, и особливо относительно Жванца и усыпления неприятеля, и кой вы приложили к вашему рапорту от 2-го числа сего месяца нашего стиля, и я чувствую всю неприятность, каковую вы открываете в их видах.

Но, воображая себе всегда лучшее, наипаче я о том жалеть должен, что все сие не делается с точностью в определении людей и времени и что одних кажется мало, а другое уверительно дурно, что вдруг полагают и занимать или, лучше сказать, брать Хотин, и боятся нападения на их границы, которые их натурой и войсками, что в Трансильвании, довольно прикрыты; и по всем возможным расчетам я должен полагать, что они надеются Хотин взять или нечаянно, или через измену; но в первом случае на что тяжелая артиллерия на противном берегу, а в другом ежели бы не удалось, она только неминуемой потере была бы подвержена.

Со всем тем, чтобы лучше объяснить все сии недоразумения, то я бы советовал вашему сиятельству никогда не уклоняться от содействий, но паче к тому всю готовность оказывать; и всегда о точном определении времени настоять и ему представить, что и артиллерия могла бы быть у вас, ежели бы в свою пору о том отозвались, и что батальоны, ежели он их употребление находит нужным и полезнейшим того, каково вы ему предлагали, готовы и что вы их тотчас отправите, куда он назначит.

Я препоручил господину генерал-поручику и кавалеру Бегичеву, чтобы он то число орудий приготовил, а ежели бы можно – и действительно отправил. Ваше сиятельство можете в вашем письме ему посоветовать, чтобы для ускорения времени попытался он попросить его по доброму соседству из Каменца.

Я не могу входить в подробность мер, понеже по многим обстоятельствам я должен судить, что все это разойдется на том, что было на письме; но предоставляю вашему сиятельству все тут сходственно с прямыми видами и известностью обстоятельств учреждать, как то вашему сиятельству и в моем ордере от 19-го числа прошедшего месяца препоручено.

Государыня всемилостивейшая!

Из моих всеподданнейших и от 5-го и 25-го чисел месяца прошедшего под № 1[102] и 5-м[103] отправленных донесений, ваше императорское величество видеть изволили, какие движения ваши войска и были должны делать на способствование принцем Кобургом предполагаемых предприятий на Хотин; а из здесь всенижайше представляемых в копиях его письма и ответа графа Салтыкова явствует, что первый, не говоря более о повелении, коего он по сему случаю ждал от императора, полагает выполнить сие свое предложение при удобном времени и требует не демонстрации, но точного содействия, не входя в подробное исследование, может быть принцу и графу Салтыкову лучше ведомых обстоятельств; но по многим убеждениям, и особливо по образу и числу на сие предприятие назначенных, и вообще в команде принца Кобурга находящихся войск, я судить должен, что сие в виде только одном делается, чтобы непроизводством [из-за невыполнения] нас впредь нареканием отяготить, и я тотчас приказал графу Салтыкову отнюдь не уклоняться от содействия; но паче всю лучшую готовность к тому оказывать и требуемые им войска приготовить, а генералу-поручику Бегичеву и артиллерию туда отправить, как то здесь в копиях всенижайше представляемых моих ордеров обстоятельнее видимо есть.

Многие обстоятельства, которые противоречат плану принца Кобурга, и неизвестность прямых намерений, что имеют они и войска польские, должны уверительно много мешать производству наших собственных. Они держат нас поныне вне всякого действия; и что становится тем более неприятно, чем ближе к тому пора удобная надходит. Я бы уже давно поехал к армии, ежели бы мои болезненные припадки и особливо несносная стужа мне только выходить позволяли из избы, но если бы обстоятельства сделались ясные и мое присутствие там нужно было, то не превозмогут никакие причины над ревностью, с какою я вашему императорскому величеству служу и на вашу службу спешить буду.

Вашего императорского величества верноподданнейший

Я не сомневаюсь нимало, чтобы ваше сиятельство по моим примечаниям в ваших постановлениях с принцем Кобургом, и от вас сделанном отряде, куда он по совершении своего отправления обращен быть должен, и каким средством вы ваше с ним сообщение через реку Днестр иметь будете, точно не назначили; но чтобы с сей стороны от меня ничего упущено не было, то я за нужно судил вашему сиятельству о том напомнить и при том еще повторить, чтобы все ваши движения и содействия на известных вам обстоятельствах о неприятеле и по успехам, что иметь будет принц Кобург, основывали и так распорядили, чтобы, по завладении Хотина, без промедления вы [смогли] Днестр и Прут перейти, и по предварительному, как выше сказано, с принцем Кобургом соглашению между Серетом и Прутом стать, и из сего положения, ежели ничто препятствовать не будет и неприятель вовсе удалится, и в близости в больших силах не будет, ваши поиски далее и до Ясс, и особливо на овладение неприятельских магазинов, делать, и там найденный запас, ежели бы удержаться войскам не можно, к себе прибрать могли, и, словом все тут употребить, что при первом потрясении неприятельских сил в свою пользу и им во вред сделать только можно.