Владимир Бойко - Не служил бы я на флоте… (сборник) Страница 78

В конце доклада директора ЦНИИ–45 контр-адмирала В. И. Першина Сталин вдруг спросил:

«Товарищ Першин! Кто же все-таки виновать в случившемся?». В. И. Першин нашелся и ответил: «Виновато наше общее незнание, товарищ Сталин!». На это последовало заключение вождя: «Ну ладно, за нэзнание мы нэ судым! Идыте и исправляйте!».

После Великой Отечественной войны на совещании у И. В. Сталина обсуждался вопрос о целесообразности строительства эсминцев проекта 30К, созданного еще перед войной. Некоторые специалисты считали строительство кораблей этого проекта нецелесообразным по соображениям морального устаревания. На совещании Сталин задал вопрос: «Вы признаетэ, что корабль проекта 30К лучше, чем проекта 7У?». Получив утвердительный ответ, вождь вынес следующее заключение: «Вот и стройтэ пока 30К, а одновременно разрабатывайте новый, более совершенный проект 30-бис». Для большей убедительности Сталин добавил: «Вот, Шахурин (министр авиационной промышленности) сговорился с кэм-то нэ строыть рэактивные самолеты, и мы отстали в этом вопросэ, а тэперь он – в тюрьме!».

До Второй мировой войны морская мощь государства и во многом уровень его научно – технического и экономического потенциала оценивались по возможности строить тяжелые артиллерийские корабли, и прежде всего линкоры. Когда до войны Сталину докладывали о дороговизне создания линкоров типа «Советский Союз», он ответил: «По копеечке соберем – и построим!». Однако вождю так и не удалось осуществить свою мечту – построить хотя бы один советский линейный корабль или тяжелый крейсер. На одном из совещаний Сталин недовольно обратил внимание сидевшего рядом с ним адмирала Н. Г. Кузнецова, что некий присутствующий на совещании адмирал на его руководящие указания практически не реагирует – не враг ли, мол? Адмирал Кузнецов, человек храбрый и самостоятельный, не испугался объяснить лучшему другу физкультурников, что адмирал толковый, заслуженный и расхождений с генеральной линией не имеет – просто военная специальность такая, морской артиллерист, а как не оглохнуть, сидя в стальной коробке, в которой еще и двенадцатидюймовые пушки бухают? Сталин, видимо, был в хорошем настроении, и так же, как и спросил, вполголоса, сказал: «Да, зря я такого заслуженного человека обидел. Да и наград у него маловато, а Вы говорите, что хорошо служит… Может, ему орден дать?».

На другом конце стола адмирал вскочил и заорал на всю комнату: «Служу Советскому Союзу!». Такая уж особенность слуха у военных моряков. Да разве только у моряков?

При разработке автомобиля «Победа» планировалось, что название новой машины будет «Родина». Узнав об этом, Сталин задал вопрос: «Ну, и почем у нас будет «Родина»?». Название тут же сменили на «Победу».

Похожая история была и с одной медалью. Решили в годы войны учредить медаль для отличившихся в бою солдат. И название придумали – «За мужество». Сталин, узнав об этом, задал только один вопрос: «Женщин тоже этой медалью будут награждать?». До авторов идеи суть вопроса дошла не сразу, но когда сообразили – тут же сменили название на «За отвагу».

Осенью 1936 года на Западе распространился слух о том, что от тяжелой болезни скончался Иосиф Сталин. Чарльз Ниттер, корреспондент информационного агентства Ассошиэйтед Пресс, решил получить информацию из самого достоверного источника. Он отправился в Кремль, где передал для Сталина письмо, в котором просил: подтвердить или опровергнуть этот слух.

Сталин ответил журналисту немедленно: «Милостивый государь! Насколько мне известно из сообщений иностранной прессы, я давно уже оставил сей грешный мир и переселился на тот свет. Так как к сообщениям иностранной прессы нельзя не относиться с доверием, если вы не хотите быть вычеркнутым из списка цивилизованных людей, то прошу верить этим сообщениям и не нарушать моего покоя в тишине потустороннего мира. 26 октября 1936. С уважением И. Сталин».

Адмирал И. Исаков с 1938 года был заместителем наркома Военно-Морского флота. Однажды в 1946 году ему позвонил Сталин и сказал, что есть мнение назначить его начальником Главного Морского штаба, в том году переименованного в Главный штаб ВМФ. Исаков ответил: «Товарищ Сталин, должен вам доложить, что у меня серьезный недостаток: ампутирована одна нога». «Это единственный недостаток, о котором вы считаете необходимым доложить?» – последовал вопрос. «Да», – подтвердил адмирал. «У нас раньше был начальник штаба без головы. Ничего, работал. У вас только ноги нет – это не страшно», – заключил Сталин.

Как-то иностранные корреспонденты спросили Сталина: – Почему на гербе Армении изображена гора Арарат, ведь она не находится на территории Армении? Сталин ответил: – На гербе Турции изображен полумесяц, а ведь он тоже не находится на территории Турции.

Наркома сельского хозяйства Украины вызвали на Политбюро, он спросил: – Как я должен докладывать: коротко или подробно? – Как хотите, можете коротко, можете подробно, но регламент три минуты, – ответил Сталин.

Когда решали, что делать с немецким военным флотом, Сталин предложил поделить, а Черчиль внёс встречное предложение: «Затопить». Сталин ответил: «Вот вы свою половину и топите».

После создания первых отечественных подводных лодок-ракетоносцев, вооруженных сначала двумя, а затем тремя баллистическими ракетами, было решено построить атомную подводную лодку с увеличенным боекомплектом более мощных ракет. По соображениям обеспечения поперечной остойчивости разместить ракеты в стационарных вертикально расположенных шахтах не представлялось возможным. Конструкторы вначале пердложили поворотные блоки ракетных шахт. В обычном состоянии шахты находились в горизонтальном положении, а перед стартом поворотом соответствующего блока приводились в вертикальное положение. Решение это было совершенно уродливым с конструктивной очки зрения.

Проект подводной лодки повезли показывать Н. С. Хрущеву в Пицунду, где он в это время отдыхал. Выслушав все сомнения конструкторов корабля и их жалобы на слишком большие массогабаритные характеристики ракет, Хрущев предложил не использовать поворотные блоки ракетных шахт, а поворачивать в вертикальное положение (ставить на «попа») всю подводную лодку (!!!), имея на ней горизонтально расположенные ракетные шахты. Возразить этой «фантастической» идее никто не осмелился. Конструкторы, возвратившись в Ленинград, начали «ставить» подводную лодку на «попа».