Роберт Фалкон Скотт - Дневники полярного капитана Страница 88

Пятница, 13 октября.

За последние три дня оба наши больные заметно поправились. У Клиссольда с немалым трудом удалось одолеть внутреннее расстройство; он несколько меньше жалуется на боли, и настроение его быстро улучшается. Его все еще тешат уверениями, что он пойдет с моторными санями, но мне Аткинсон говорит, что об этом нечего и думать. Достаточно того, если он выздоровеет к тому времени, как нам отправляться с лошадьми.

Рука у Форда вот уже два дня, как поправляется. Аткинсон думает, что дней через десять ему можно будет собираться; но уход за рукой должен быть тщательный, пока погода не станет совсем летняя.

А до сегодняшнего дня она продержалась отвратительная. Зато сегодня – чудный день. С утра светит солнце и греет так, что все послеполуденные часы можно было сидеть на открытом воздухе, и фотографическая работа была истинным наслаждением.

Лошади ведут себя хорошо, за несколькими исключениями. Виктор теперь слушается, благодаря терпению Боуэрса. Китаец ходит солидно; не совсем приятно то, что у него шаг медленный, но это еще не беда, если только идет ровно.

Всех больше хлопот с Кристофером. Он забавен, пока ничего неприятного не случается, но я все время побаиваюсь, как бы он кого не укусил или не лягнул. Любопытно то, что он смирен в конюшне и под седлом или на прогулке под уздцы; но как только дело доходит до саней, в него точно вселяется какой-то бес – брыкается и кусается с явной злонамеренностью; и запрягать его с каждым днем как будто становится не легче, а труднее. Последние два раза его пришлось повалить, так как с ним не справиться даже на трех ногах! Кругом него собираются Оутс, Боуэрс и Антон и привязывают одну переднюю ногу; тогда с обеих сторон держат ему голову, и Оутс сзади надвигает оглобли; но чертенок с быстротой молнии оборачивается – и пошли работать в воздухе задние копыта.

Это продолжается до утомления, когда получается возможность его одолеть. Но в последние два дня, как я уже заметил, на эти упражнения уходило столько времени, что Оутс должен был, ради сокращения процедуры, привязать короткую веревку и к другой передней ноге и повалить упрямца. Но, даже стоя на коленях, неуч не перестает биться и ухитряется лягнуть тем или другим ловким копытом. Как только он запряжен и побегал на трех ногах– готово; можно четвертую развязать.

Так, по крайней мере, было до сегодняшнего дня, когда была разыграна целая комедия. Кристофер спокойно шел рядом с Оутсом, как вдруг его испугала собака. Он закинул назад голову, вырвал веревку из рук Оутса и помчался. О слепом испуге не было и речи, а просто он воспользовался случаем, чтобы освободиться; и тотчас же, самым систематическим образом, приступил к тому, чтобы отделаться и от груза. Сначала он стал круто вывертываться, чем сдвинул с места два тюка сена; затем, увидев другие сани, он накинулся на них таким бешеным натиском, что те едва успели вовремя посторониться. Слишком ясен был его коварный расчет: стукнуться своим грузом о чужую лошадь и сани, чтобы самому от него избавиться.

Два или три раза он с этим намерением бросался на Боуэрса, потом на Кэохэйна, причем он далеко не отходил, а кидался с оскаленными зубами и лягаясь во все стороны. К тому времени сбежались люди и, сначала один, потом другой, на лету влезли на сани; кончилось тем, что Оутс, Боуэрс, Нельсон и Аткинсон все сидели на них. Кристофер пробовал тем же способом отделаться и от живого груза, и ему удалось-таки сбросить Аткинсона; но остальные уперлись пятками в снег, и маленький злодей, наконец, умаялся. Но и тут еще он свирепо огрызался на каждого, кто подходил к поводу, и прошло еще порядочно времени, прежде чем Оутсу удалось совладать с ним. Такова эпопея Кристофера. Душевно рад, что нет других ему подобных. Эти проделки сулят немало хлопот в будущем, но мне думается, что немного рыхлого снега на Барьере окажется лучшим лекарством.

Сегодня вечером должны возвратиться лейтенант Эванс и Гран. Телефон оповестил нас об их уходе с мыса Хижины, а также о том, что Мирз ушел в Угловой лагерь. Эванс говорит, что он взял с собой восемь мешков корма и что собаки побежали во всю прыть.

Воскресенье, 15 октября.

Оба наши пациента хорошо поправляются. Клиссольд две ночи проспал без сонных порошков и повеселел; боли в спине совсем оставили его.

Погода положительно теплее и уже три дня стоит ясная. Термометр показывает не больше одного или двух градусов ниже нуля [–19 °С], и воздух удивительно мягкий и приятный. Все существенные приготовления окончены; лошади с каждым днем бодрее.

Клиссольда у плиты заменили Хупер и Лэшли, и могу по справедливости сказать, что ни хлеб, ни разные блюда ничего от того не утратили. Хорошо иметь таких людей, для которых не существует трудностей.

Вторник, 17 октября.

Не все, однако, благополучно. Сегодня положено было вывести на лед моторы. Поверхность от снежных наносов очень неровная, и у первых саней, лучших из всех, соскочила цепь. Ее поставили на место, и машина пошла, но как раз перед тем, как ступить на лед, встретила ледяную гряду и круто приподняла передок, вследствие чего цепь опять соскочила с зубчатых колес; на этот раз так неудачно, что Дэй в критическую минуту поскользнулся и, совершенно нечаянно, вплотную нажал регулятор. Машина рванулась, но под задней осью появилась зловещая струйка масла, и осмотр показал, что раскололся алюминиевый подшипник оси. Подшипник сняли и внесли в дом; может быть, и удастся поправить, но времени остается очень уж мало. Все это показывает, что нам нужно больше опытности – и больше мастерских.

Я в душе убежден, что нам большой помощи от моторных саней не будет; впрочем, с ними еще ничего не приключалось, чего нельзя было бы избегнуть. Побольше осторожности и предусмотрительности – и мы имели бы в них драгоценных помощников. Беда в том, что если они нам изменят, никто этому не поверит.

Мирз вернулся из Углового лагеря в воскресенье, в 8 часов утра, и в тот же день по телефону известил меня об этом. Он, очевидно, шел быстро, что очень утешительно относительно работоспособности собак. 70 географических миль в два дня и одну ночь – хорошо; лучшего требовать нельзя.

Пришлось сказать Клиссольду, к его великому огорчению, что ему нельзя будет идти с моторными санями. Но он продолжает поправляться, и я надеюсь, что он будет совсем здоров к тому времени, как нам выступать с лошадьми. При моторах вместо него будет состоять Хупер. У меня масса работы, письменной и подготовительной.

Среда, 18 октября.

С юга нагрянула метель. В воздухе густо крутит снег.

Основательный осмотр мотора убедил нас в возможности исправить беду. Вчера Тэйлор и Дэбенхэм ушли на мыс Ройдса, намереваясь пробыть там дня два.