Андрей Громыко. Дипломат номер один - Леонид Михайлович Млечин Страница 90

МИД вспоминал: «Не на высоте оказалось наше посольство в Каире, его информация запаздывала по времени, анализ обстановки нельзя было назвать адекватным и достаточно глубоким… Правда, нельзя забывать о той крайне нервозной обстановке, которая царила тогда в египетском руководстве, о той антиизраильской волне, которая при помощи средств массовой информации захлестнула весь арабский мир».

Новым послом в августе 1967 года в Каир приехал член коллегии Министерства иностранных дел Сергей Александрович Виноградов, который долгое время работал послом во Франции.

В Каир отправилась большая делегация во главе с начальником Генерального штаба маршалом Матвеем Васильевичем Захаровым. В делегацию включили командующего Прикарпатским военным округом генерал-полковника Петра Николаевича Лащенко. Его оставили в Египте главным военным советником. Вслед за этим в Египет отправили группу советских офицеров. Число их все увеличивалось.

Петр Лащенко попросил прислать ему в помощь сослуживца – первого заместителя начальника штаба Прикарпатского округа генерал-майора Евгения Ивановича Малашенко. Каждое утро генерал Малашенко, приехав в оперативное управление египетского Генштаба, задавал один и тот же вопрос:

– Как дела на фронте?

Египетские офицеры отвечали, что донесения из частей еще не получены, и продолжали смотреть телевизор, повторяя, что так они быстрее узнают обстановку.

27 ноября Насер принял генерал-полковника Лащенко, который доложил президенту, что первая группа военных советников – примерно триста человек – уже прибыла и занята созданием системы обороны в зоне Суэцкого канала и боевой подготовкой египетских войск.

Первый успех пришел, когда два египетских ракетных катера, полученных от Советского Союза, потопили купленный в Англии израильский эсминец «Эйлат». Советский посол доложил в Москву: «Сообщая эту новость, Насер не скрывал своего удовлетворения успешными действиями египетских моряков». Но это не заслуга египтян. Катера были оснащены новыми ракетами П-15 класса «корабль – корабль», отправленными в Египет сразу после шестидневной войны. За эту ракету ее создатели Александр Яковлевич Березняк и Марк Нафтальевич Гальперин из конструкторского бюро «Радуга» получили Ленинскую премию. В израильский эсминец попали все четыре ракеты, пущенные с обоих катеров.

В начале января 1968 года в Каир приехала большая делегация во главе с членом политбюро, первым заместителем главы правительства Кириллом Мазуровым. Громыко включил в делегацию своего заместителя Владимира Семенова, который записал в дневнике:

Египетские войска окопались у Суэцкого канала, зарылись в землю. Наши советники стараются восстановить боевой дух в армии. Внести в нее элемент современной организации…

Насер поседел в висках, стал более нервным, видно, много ему стоила эта передряга. Он ориентируется твердо на нас, понимает, что на запад мосты сожжены. Его соратники вяжутся больше к нему. Министр иностранных дел Риад произвел впечатление наиболее растерянного деятеля. Он, конечно, не дипломат и не военный. Просто беда.

В конце марта в Каир прибыли Громыко и маршал Гречко. После визита двух министров Москва обещала прислать еще сто боевых самолетов и каждый год оснащать оружием целую дивизию. Гречко распорядился командировать в помощь египетской армии еще четыреста советских офицеров.

Тысячи советских офицеров обучали египтян. Советники быстро обнаружили, что египетские офицеры не слишком охотно выполняют их рекомендации и вообще больше склонны отдыхать, чем работать. Но сделать замечание египетскому офицеру невозможно – он всегда найдет массу оправданий. А некоторые еще и обижались, отчитывали советников:

– Вы не имеете права говорить нам о недостатках, это унижает наше национальное достоинство. Так с нами обращались англичане.

Дважды Герой Советского Союза, маршал авиации Александр Николаевич Ефимов вспоминал, как летел на Ил-14 вместе с начальником штаба египетской авиации Хосни Мубараком, будущим президентом страны. Египетские зенитчики приняли их самолет за вражеский, обстреляли его и повредили крыло.

Для Египта поражение в войне обернулось еще и тяжелыми экономическими проблемами, в том числе из-за закрытия Суэцкого канала. И Египет потерял нефтяные скважины на Синайском полуострове, которые давали шестьдесят процентов всей необходимой ему нефти. Кроме того, Египет начал бешено перевооружаться. Армия съедала все деньги, и мысли у египтян были только о военном реванше…

Через год после шестидневной войны самолетный парк египетских военно-воздушных сил был восстановлен. Массированные поставки оружия помогли Насеру преодолеть психологический кризис. 24 июля 1968 года на конгрессе Арабского социалистического союза он посулил Израилю новую войну:

– Для нас освобождение наших территорий является долгом, делом принципа, наконец, вопросом жизни или смерти. Мы освободим нашу территорию сантиметр за сантиметром, даже ценою огромных жертв. Справедливая война является законной. В настоящее время мы должны сконцентрировать свои усилия на восстановлении нашего военного потенциала. Терпение и твердость! Мы должны превзойти противника. И мы победим!

Генерал Малашенко заметил:

– У египтян и вообще у арабов войск больше чем достаточно. Они имеют двойное превосходство в силах над Израилем, но не желают воевать. Хотят, чтобы мы за них воевали и освободили Синай.

В воздушных боях над Суэцким каналом, которые назвали войной на истощение, Египет нес серьезные потери. Израильские летчики атаковали арабов на предельно низкой высоте – пятьдесят-семьдесят метров. Египетские летчики не могли противостоять израильтянам. Имевшиеся у Египта средства противовоздушной обороны (зенитная артиллерия и ракетные комплексы С-75 «Двина») тоже были рассчитаны на поражение только высоко летящих целей.

Президент Насер сказал советскому послу Виноградову:

– Я проявляю исключительную заинтересованность в скорейшем приезде советских военных советников. Египетские летчики научились только летать, но они не умеют маневрировать в воздухе, обороняться и эффективно вести боевые операции. Всему этому нужно их научить.

Египтяне просили прислать им советских летчиков-добровольцев, чтобы они защищали небо Египта. В начале 1970 года на помощь египтянам отправили целую группировку ПВО – особую зенитно-ракетную дивизию, разведывательную истребительную эскадрилью и истребительный авиаполк. Перебросили и части морской авиации.

Советским летчикам и зенитчикам приказали оборонять небо Египта. Ракетчики развернули лучшее, что имели, – зенитно-ракетные комплексы малого радиуса действия С-125 «Печора», зенитные самоходные установки «Шилка», переносные зенитно-ракетные комплексы «Стрела-2». За пять месяцев они сбили двенадцать израильских самолетов. Но и сами несли потери в необъявленной войне.

Поскольку египетские руководители мечтали о реванше, им требовалась разведывательная информация об израильских вооруженных силах, особенно расположенных на Синайском полуострове. В Москве приняли решение проводить разведывательные полеты над территорией Израиля. Для этого сформировали отдельный авиационный отряд, который должен был летать на новых самолетах МиГ-25.

Горьковский авиационный завод (директор – будущий глава правительства России Иван Степанович Силаев) и Особое конструкторское бюро Артема Ивановича Микояна получили задание подготовить секретную модификацию самолета МиГ-25 для высотной разведки. Скорость самолета почти в два с половиной раза превышала скорость звука, высота полета – двадцать километров. Эта высота считалась недосягаемой для авиации и противовоздушной обороны Израиля.

Летчиков вместе с главкомом военно-воздушных сил маршалом авиации Павлом Степановичем Кутаховым вызвали к министру обороны маршалу Гречко. Министр приказал:

– Ближе чем на сорок