Игорь Рабинер - Как Россия получила чемпионат мира по футболу – 2018 Страница 39

– Какая репутация у лорда Трисмана была прежде? – продолжили мы беседу с Коллинзом.

–  Он был противоречивой фигурой в Футбольной ассоциации. Многие люди в английском футболе полагали, что его работу нельзя назвать хорошей. Другие, правда, считали иначе. Но он изначально представлялся неоднозначной кандидатурой на пост главы английского футбола. И руководителем стал таким же. Некоторые вещи, которые он говорил о разных футбольных людях, принимались в штыки.

– Какие, например?

– Он жестко критиковал премьер-лигу, выражал негативное отношение к тому, как она управляется и как расходуются деньги. В определенной степени эта критика справедлива. Но когда руководитель FA вступает в прямой антагонизм с премьер-лигой – он должен понимать, что тем самым навлекает на себя большое недовольство. Футбольная ассоциация должна тесно работать с лигой, от нее никуда не деться. И со стороны главы FA не слишком разумно было делать подобные вещи. Когда ты на этой должности – надо быть дипломатом, а не идти на открытый конфликт со структурой, с которой все равно придется сотрудничать.

– Припоминаю даже версию, что «слив» информации, порочащей Трисмана, как раз и был инициирован премьер-лигой, которой ворчливый лорд давно уже стоял поперек горла.

– (Смеется) Это конспирологическая теория, сторонником которой я не являюсь. Уверен, что ничего подобного не было.

– Критиковал ли Трисман также и знаменитых игроков?

– Да, он публично осуждал поведение Джона Терри в истории с Уэйном Бриджем и его бывшей подругой (хорош гусь. А сам-то каков! – Примеч. И.Р.).

– Как вообще этот политик, не имевший ранее отношения к футболу, был назначен на пост главы FA?

– Это было, если называть вещи своими именами, назначение правительства. Они хотели видеть во главе ассоциации человека со стороны, независимого от футбольной среды. Этим требованиям Трисман полностью соответствовал и работал в меру своего, стороннего, понимания проблем.

– В итоге это не сработало?

– В целом, наверное, нет. Кое-что хорошее он сделал, но столкнулся со слишком серьезной оппозицией, интересы которой задевал. И в конце концов одна большая ошибка все перечеркнула.

– А как бывшие звезды английского футбола отреагировали на его назначение?

– Футбольная сфера – это очень закрытое сообщество, которое неохотно принимает людей со стороны. Тем не менее надеюсь, что мы получим еще одного независимого президента, который просто не будет совершать глупых поступков.

– Что думаете о таких публикациях, как о любовной истории Терри, и их последствиях? Не наносят ли они ущерб атмосфере в сборной Англии – ведь та сенсация повлекла за собой даже смену капитана в ней.

– Ущерб для атмосферы в сборной Англии – это поведение Терри, а не публикация в газете. И тот факт, что его лишили капитанской повязки, это лишний раз подтверждает. Если бы то, что было опубликовано, не соответствовало действительности, подобного никогда бы не произошло. И Капелло, считаю, был прав, отреагировав на это круто и пойдя на жесткие меры.

В истории с Терри все рассудит время. Без него в роли капитана Англия провалит мировое первенство, и год спустя Фабио Капелло вернет защитнику «Челси» капитанскую повязку сборной, признав тем самым, что был не прав.

В то же время оценка, которую дал Коллинз российской заявке и ее козырям, окажется весьма адекватной: главные плюсы он подметит абсолютно правильно. А вот озвученная им философия прессы как «курьера», доносящего до общественности тайные факты и слова, подавляющим большинством членов исполкома ФИФА одобрена явно не будет. Причем даже из числа тех, о ком даже у самых зубодробительных английских репортеров язык не повернется произнести слово «коррупционер».

В июле 2011-го я разговаривал с Францем Беккенбауэром. И о том, что в конечном счете «похоронило» Англию, великий немец высказался весьма откровенно:

–  Успех России меня абсолютно не удивил. Убежден, что вы будете идеальными хозяевами мирового первенства. При этом все европейские кандидаты были сильны – но, к примеру, Англия проиграла из-за своей прессы. Британские репортеры то и дело бросали обвинения в адрес членов исполкома ФИФА, жаловались на оппонентов и т. д. В конце концов члены исполкома, которые принимали решение (среди них был и сам Беккенбауэр. – Примеч. И.Р.), – живые люди. И я вполне понимаю, почему они решили не голосовать за Англию после того, как их обвинили в коррупции.

О чем речь? Скоро узнаете.

На самом деле это вопрос глубоко философский и не вполне однозначный. Что может и чего не может позволить себе пресса, когда на кону – не просто важное для твоего государства решение, а настоящее человеческое счастье твоих сограждан? А вся Англия – я сам свидетель – спала и видела этот чемпионат.

Тем не менее у журналистов в этой стране существуют очень жесткие и бескомпромиссные профессиональные установки, по своему весу напрочь превосходящие соображения патриотизма. Марк Франчетти, собственный корреспондент газеты Sunday Times в Москве, поделился ими со мной:

–  Такой философский спор – профессионализм или патриотизм – существует только у вас в России. Конечно, есть определенные ограничители. Допустим, я очень плотно занимался Кавказом и Чечней, работал со всеми – и с боевиками, и с федералами, брал интервью у Басаева, дважды был в здании «Норд-Оста» во время его захвата. Так вот, узнав о каких-то фактах, я могу поступиться нашими правилами только в двух случаях. Во-первых, избегу публикации, если не могу гарантировать физическую безопасность источника информации. И во-вторых, если у меня появляется точная информация, что готовится теракт, и я знаю, где и когда он состоится, то как человек обязан сообщить это правоохранительным органам.

Но это – крайний случай. А как можно не публиковать материал, если с его помощью ты можешь доказать, что ФИФА – коррумпированная организация?! И я вас уверяю, что если бы, допустим, Англия получила ЧМ-2018, а потом, предположим, Sunday Times узнала, что какой-то министр заплатил за это ФИФА, – ни наше издание, ни какое-либо другое в Англии и минуты думать не стало бы, публиковать это или нет. Конечно, публиковать!

Прекрасно понимаю, что об английской прессе можно многое сказать. Иногда она – лучшая пресса в мире, а иногда – самая ужасная, поскольку ее культура очень агрессивна и порой переходит допустимые границы. Но то, что она – самая независимая и на нее невозможно воздействовать извне, – сто процентов. Давить – бесполезно.

Наше издание принадлежит к медиаимперии Руперта Мердока. Так вот, даже о скандале внутри собственной (!) организации у нас писали пусть и осторожно по формулировкам, но абсолютно объективно по фактам! Ведущий Sky News брал интервью у пресс-секретаря фактически той же структуры и в прямом эфире говорил: «Посмотрите мне в глаза и скажите, что вы в это действительно верите!» Человек пытался уйти от ответа, а его продолжали прижимать к стенке – и в глаза он так и не посмотрел!

По происхождению я не англичанин, а итальянец, и могу сказать, что в Италии такого нет. Разве что в Америке. В России же совсем иная культура. Как иностранец, доступа к определенным людям ты просто не получаешь, а русский журналист его получает, только если он – «свой». А это уже не журналистика. Я здесь очень давно, и в этом плане многое изменилось, и не в лучшую сторону. Претензии к журналисту могут возникать только в случае, если он нарушает законы или пишет неправду. А если он пишет правду, но эта правда – сложная и неприятная, то это уже не к нему. И в последнее время меня в России очень бесит, что нужно обязательно делать вид, что все нормально. Хотя нормально – далеко не все. А в той же Англии с пониманием относятся к тому, что журналист вне зависимости от конъюнктуры, политической, национальной или какой угодно еще, честно делает свою работу.

Слова Франчетти – можно сказать, манифест. Но если бы все было так просто! Ведь и сам журналист признает, что порой английская пресса бывает «самой ужасной». Более того, дает очень сильный ответ на следующий мой вопрос:

–  Скандал, приведший к закрытию популярнейшей News of the World, может ударить по всей прессе Англии?

–  Думаю, что меньше свободы не будет, но будет больше контроля. А это в принципе неплохо, потому что скандал доказал: английская пресса, по крайней мере в последние несколько лет, не могла сама себя регулировать. Есть организация под названием Press Complaints Commission, которая как раз занимается контролем прессы. Но у нее было слишком мало полномочий, которые теперь явно расширятся. Однако у меня нет опасений, что пресса станет несвободной, поскольку то, что творилось, включая те же прослушивания частных телефонов, – это не свобода, а беспредел.