Елена Коровина - Великие авантюры и приключения в мире искусств. 100 историй, поразивших мир Страница 72

И вот Герман Краутцер стоял у проходной прииска, чуть не плача. Ни в чем ему не везет! Денег хватило всего-то на «лицензию одного дня», к тому же, только новоявленный старатель пересек проходную, полил дождь. Краутцер ринулся обратно в помещение и начал уговаривать дежурного перенести срок лицензии на завтра. И надо же — впервые в жизни ему что-то удалось! А на другой день светило солнце. Все вокруг сверкало в его лучах. Надев на плечи рюкзак с киркой, лопатой и другим специальным снаряжением, Краутцер ранним утром, когда, как романтично говорила Хильдегарда Бингенская, «зелень земли свежее всего», отправился на поиск счастья. И все вышло просто волшебно — едва зайдя на территорию прииска, изумленный старатель заметил нечто переливающееся в ранних лучах солнца. Фантастически огромный изумруд с большое куриное яйцо выкатился прямо под ноги Краутцера.

Вечером, вернувшись домой, Герман рассказал жене и тестю о неправдоподобной находке, добавив, что выпускающий его с рудника охранник посетовал на то, что никто не нашел за день ни одного камня, а ведь именно он должен был стать «Миллионным изумрудом». Жена выхватила камень из рук Германа: «Выходит, ты нашел „миллионник“ и тебе должны премию?» Краутцер покачал головой: «Ничего мне не должны. Я же не рассказал о нем начальству. Кому нужна их грошовая премия? Когда я реализую камень, мы станем богачами!» И тут тесть напустился на зятя: «Это же незаконно! Все найденные изумруды должны быть занесены в официальный реестр и оценены. А ты обязан заплатить налог в десятую часть стоимости!» — «Десятую часть?! — встряла жена. — Кому и за что?! Этот камень валялся на земле, пока Герман не подобрал его!» — «Земля принадлежит руднику! — попытался образумить тесть парочку, уже охваченную жадностью. — Без налога этот изумруд — краденый, а сам Герман — вор!» Жена вскочила, прижав камень к груди: «Кто же виноват, что на руднике бесхозные изумруды под ногами валяются?! К тому же еще неизвестно, что это за камень. Сначала надо показать ювелиру, а потом и о налогах судачить!»

Венский ювелирный резчик Роман Энглиш был никому не известен. Но ведь к известному ювелиру и не пойдешь. Он же спросит: откуда камешек? Так что пришлось изумрудному воришке обратиться к «черному мастеру». Энглиш долго изучал камень и в конце концов взвесил его дрожащей рукой. Результат фантастический — 180 карат! «Считайте, что вы — четырежды миллионер, герр Краутцер! — Ювелир затряс руку обалдевшему Герману. — За свою работу по огранке я возьму с вас ровно десятую часть — 400 тысяч шиллингов!» Краутцер завздыхал: «А это не слишком много?» — «Но ведь я не спрашиваю, откуда вы взяли камень? — притворно сладко заулыбался ювелир. — Все знают, что вы брали лицензию на поиск альпийских изумрудов, но ни о какой находке не оповестили дирекцию Хабахтальского рудника!»

Домой из Вены Герман приехал на взводе. Сначала рассказал о баснословной стоимости камня, потом пожаловался на цену ювелирных работ. «Этот Энглиш тебя обманет! — взорвалась жена. — Соглашайся только в том случае, если сам будешь присутствовать при работах. А то этот пройдоха подменит камень!»

Краутцер так и сделал. Снял в Вене комнату и каждый день, в течение всего срока работ, просиживал рядом с ювелиром, наблюдая, как тот режет камень. И вот, наконец, в трясущейся от важности момента руке мелкого служащего лежит большой прямоугольный изумруд — 3,5 на 2,5 и на 1,0 см и семь мелких камешков, оставшихся после огранки. Да только ювелир не доволен: «Положите изумруд на стол, он пока не ваш! Да и осколки не ваши. Сначала вы должны заплатить мне 400 тысяч!»

Рука Краутцера задрожала еще сильнее. Проклятая невезуха! Где же он возьмет такие деньги? «Вы можете оставить мне семь этих малышей! — услышал он голос ювелира и разжал руку. Энглиш ловко подхватил камни, потом выбрал свою семерку, положив большой изумруд в бархатный футляр. — Держите! И помните, у каждого великого камня есть собственное имя. Ваш изумруд я назвал „Звездой Хабахталя“».

На улицу Краутцер вышел как пьяный. Шутка ли, 4 миллиона в кармане! Как же их сохранить, куда спрятать? Отвезти домой — нельзя: жена отберет! Положить в банковский сейф невозможно — придется объяснять происхождение изумруда. Носить при себе — а ну как ограбят? Новоявленному миллионеру уже и так на каждом шагу мерещились ловкачи-воры, грабители-расхитители. Оказывается, тяжело владеть незаконным сокровищем…

Оглядываясь, словно заправский воришка, Краутцер побрел по улицам. Задумавшись, не заметил, как оказался на опушке знаменитого Венского леса. И тут его осенило — вот наивернейшее хранилище! Герман лихорадочно выкопал глубокую ямку под корнями самого приметного дерева и сунул туда футляр с изумрудом. Раз он нашел его в земле, в земле и спрячет!

Прошел месяц. Жена запилила мужа: «Продавай изумруд! Что это за порядки, когда, имея верных четыре миллиона, мы сидим впроголодь?!» Тесть вздыхал: «Поехал бы ты, Герман, на рудник и повинился!» Довздыхался, старичок! Адвокаты из Хабахталя сами пожаловали в дом Краутцера: «Вы обвиняетесь в крупном мошенничестве: обманном завладении национальным достоянием — миллионным изумрудом Хабахталя! Вам светит пожизненное заключение. Правда, можно повернуть дело по-другому. Вы официально возвращаете нам „Звезду Хабахталя“, платите 10 процентов ее стоимости, а мы объясняем прессе, что вы огранили изумруд по нашему распоряжению!»

Незадачливый мошенник пришел в ужас: опять эти десять процентов? Что за вечная десятина на его бедную голову?! «У меня нет такой суммы!» — только и выдавил он. «Тогда в уплату за мошенничество вам придется распроститься с домом!» — безжалостно отрезал адвокат.

На следующее утро в сопровождении служителей Фемиды Краутцер поехал в Венский лес выкапывать злосчастную «Звезду». Выхватив у него из рук футляр, адвокаты кинулись проводить экспертную оценку — сколько же стоит «миллионник». Выяснилось — нисколько! В футляре, закопанном Германом под деревом, лежала обычная зеленая стекляшка.

Выходит, мошенник сам себя перехитрил! Заплати он за камень рудничному начальству, те послали бы его на огранку к проверенному мастеру ювелирного дела. И проклятый Энглиш не сумел бы обмануть беднягу Краутцера как младенца. Когда же он подменил камень? Когда гранил? Когда клал в футляр? Словом, Герман чуть не рыдал от такого коварства и по совету адвокатов подал в суд на ювелира. Но проклятый Энглиш клялся, что честно выполнил заказ. И камень, им ограненный, был настоящим изумрудом чистейшей воды. Ювелира арестовали и допрашивали несколько месяцев. Но тот ни в чем не признался. Да и суд, затянувшийся еще на два года, не смог осудить Энглиша за недостатком «уличающих показаний». Тут уж и сам Краутцер засомневался: может, камень украл и не ювелир, а некто, подсмотревший, как Герман закапывает сокровище в Венском лесу? Одно слово — невезуха!..

Правда, теперь Герман Краутцер не мог жаловаться, что прожил жизнь никому не известную. Его фотографиями пестрели все газеты мира. Он стал самым незадачливым мошенником ХХ века — «Человеком, который надул сам себя». Окрестности Венского леса, прилегавшие к тому месту, где росло дерево, под которым незадачливый воришка зарыл свое сокровище, перекопали любители кладов. Ничего! И весь мир еще долго гадал: куда же делся камень?

Но на этом история не закончилась. Краутцер опять отправился на Хабахтальский рудник. И чудо — его «второе пришествие» принесло новую находку: изумруд не меньше, а может, и больше первого. Правда, теперь, наученный горьким уроком, он объявил рудничному начальству о своей находке. Дома же объяснил жене: «Не всем дано играть с законом в азартные игры! Не с моей невезухой браться за авантюры!»

В благодарность за проявленную честность рудничные власти скостили Краутцеру сумму налога и разрешили самому выбрать ювелира для огранки. После огранки камень оценили и дирекция Хабахталя выплатила Герману причитающуюся сумму — ровно миллион. Новоявленный миллионер тут же покинул страну и улетел в Штаты. Там, как известно, миллионеров много, и след Германа Краутцера затерялся. И никому не пришло в голову: может, Краутцер вовсе и не был незадачливым воришкой, а, напротив, ловко и виртуозно облапошил всех? Существовал ли в реальности этот самый, второй изумруд, или хитрому авантюристу удалось выдать за него свою первую находку? Недаром же затерялись не только следы самого Краутцера, но и «Звезды Хабахталя»! А может, все-таки камней было два? И виртуозный мошенник увез в Америку не только миллион, полученный за второй изумруд, но и саму «Звезду», которую он только объявлял утраченной, а сам надежно прятал где-то?

Завсегдатай артистических кафе

Актеры, как известно, любят расслабиться — выпить и закусить, особенно при приятной компании. Впрочем, и иная творческая интеллигенция не чужда такому времяпрепровождению. Да и кто ж откажется?!