Ретро Бит - Seva Soth Страница 12

Ну и ладно! Не встречался с малолетками никогда, нефиг и вставать на эту кривую дорожку. Нечего взрослому мужику, пусть и в теле подростка, к несовершеннолетним свои грязные лапы тянуть. Оставим тому упырю-педофилу с собственным островом. Как там его… Вайнштейн, Эпштейн… явно не Эйнштейн. Вот, к слову, о маньяках. Как раз тот не-товарищ, которому я шею бы пожал. Напишу на него анонимку в газету! Не сработает, но хоть совесть чуточку успокою.

Мы же обратим внимание на сформировавшихся женщин. Таких, как Елена Прекрасная или Мисс Июль. Не конкретно этих, но подобных им. Они в сторону доходяги Криса, правда, поначалу и не посмотрят — ну и пусть, всё наверстаю. Да и не самая главная проблема в мой жизни, чай, не спермотоксикозник и думать способен головой, а не тем, что мне не-Валентина едва не отбила коленом. И, по возможности, никаких горячих, в плане характера, латиноамериканок. Не люблю, когда на меня орут.

Без стука, как хозяин, зашел Гектор. Увидел сковородку с моей яишенкой, сел и начал хомячить, будто так и надо. Даже руки не помыл — и это после того, как кобеля, бросившегося встречать хозяина, почесал. Продолжать мысленно ныть об уличной обуви в доме явно непродуктивно.

— Буэнос хуэвос, эсе, — выдал парень.

И нифига моя стряпня не хуэвос! Очень даже вкусно получилось. Ответ «не нравится — не ешь» так и напрашивался, но хватило ума понять, что у этого слова есть другое значение. Яйца? Может быть. Что-то такое на грани восприятия позвякивает.

— Отвези меня завтра в школу, — прогундосил я.

— Орале! Хочешь понтануться своим братом, карналито? Ради репутации! Хитрец! — воскликнул латинос.

— Да, так, — утвердительно кивнул ему. Не объяснять же, что сам я не то, что до школы, но и до остановки автобуса не уверен, что дорогу правильно найду.

— Симон. Будь готов к семи. Доставим твою задницу в школу с королевским шиком.

Воскресный вечер в компании бандита из гетто, пса-убийцы и учебника по физике пролетел незаметно. Я очень честно и добросовестно старался учиться, чтобы не опозориться перед мистером Миллером, с которым у Криса, наверняка, конфликт. И молодая голова — это прекрасно. Мои родные заплесневелые мозги, с сосудами, забитыми холестериновыми бляшками, так хорошо работали лет тридцать назад. Я даже с первого раза запомнил, что в футе двенадцать дюймов и навострился переводить простые значения в метрическую систему на ходу.

— Молодец, карналито, вот что своевременные чингасос делают, — одобрил моё занятие Гектор, отвлекшись от пива и телека, где два боксера лупили друг дружку красными перчатками, — не будь, как твой брат, учись, становись человеком.

Развезло его, на задушевные разговоры потянуло. Как бы не спился крисов братишка. Много я таких молодых и крепких, разрушивших себя синькой, в девяностые видел. Но попробуй ему запрети. А если Елену подговорить? Пусть она скажет? Сомнительная затея. И с другой стороны — пока он бухает, меньше подозрительного в изменившейся личности брата замечает. Циничная мысль, неправильная, но правдивая.

На шесть утра завел себе будильник. В пластиковом корпусе под дерево, с яркими красными цифрами текущего времени. Он меня преследует! В том смысле, что у меня года с 2010 отмерял часы точно такой же, буквально брат-близнец.

Снился, если честно, настоящий кошмар. Что я подкатываю к Мисс Июль, а она лупит меня коленом в пах с восклицанием «Терминадо!». И крик блондинки совпал с сигналом зуммера. Доброе утро, Вьетнам! Подмигнул девице с плаката и бодро вскочил с кровати.

В первой жизни я дисциплинированно собирал себе рюкзак в школу еще с вечера. Но тут рюкзака я вчера, обыскивая трейлер, попросту не нашел. Может быть, он и был, но остался где-то в придорожных кустах, когда Крис проваливал испытание на вступление в банду. Или этот, иначе сказать не могу, пендехо пролюбил сумку где-то в другом месте. Да хоть бы и в школе забыл. Признаться, такое даже со мной случалось пару раз, когда очень спешил поиграть у приятеля в приставку.

В качестве замены отыскалась мятая спортивная сумка, со спортивной же формой. Еще одна футболка с эмблемой «Тигров», только белая и короткие, как трусы-боксеры, шортики. Запихал туда и скоросшиватель, и учебники, и канцелярию россыпью — ручка, линейка, карандаш, ластик. Эх, в каком же году остался мой козырный черно-белый пластиковый пакет с надписью «Марианна»⁈ Я в нем сменку носил. Для учебников таскал нормальный портфель из кожи молодого дермантина. Я отличник все же, хоть и из плохого района.

В родной России меня бы уже ждал завтрак. Овсянка или хотя бы бутерброды с кофе. Но судя по виду Гектора, разбуженного моим же будильником, он предложить мне способен только «чингасос». Звездюли, если по-нашему. Отсутствие кофе или чая сильнее всего напрягает. Как разбогатею, хоть немного — обязательно куплю. Настоящий, молотый. Буду варить на плите в ковшике и, может быть, добавлять карнажное молоко. Грешен, люблю именно латте.

Оделся, умылся, отвел на пару минут Дюке облегчиться. Умный пёс тут же вернулся обратно, а мы с Гектором погрузились. Выбрал для похода в школу свой лучший наряд — джинсы, почти красную футболку и кеды. На улице, как мне показалось, царил тот еще дубак. Градусов пятнадцать, не больше. И это потрясающе! Я существо теплолюбивое и не люблю мороз, несмотря на всю ширину своей русской души. Контраст со вчерашней жарой. Так вот зачем нужно колючее одеяло!

Итак, сегодня я узнал, что школа — это налево. И не так уж далеко. Минут за десять доехали, при том, что брат Криса вовсю лихачил. На спидометре я увидел число 65, что мой уже натренированный вчерашним вечером мозг домножил на 1.6, получив 104 километра в час. Шоссе, конечно, но вроде как в городской черте. И ремней безопасности нет! Дорога простая и понятная. Семь минут на скорости за сотню — итого километров двадцать. Ноги не отвалятся, даже если обратно пешком идти придется, не заблужусь. А уж с велосипедом, так и остающимся пока что в кузове пикапа, тем более.

По пути водитель включил радио и салон залила слащавая музыка про любовь. Вот серьезно? Не только избившая Криса банда, но и почти мой брат тоже слушает вот такое? Стиль меня не раздражает — он мелодичный, спокойный и ненапряжный, но вот совершенно не вяжется с образом татуированных «крутых бандито-гангстерито» в белых майках. Но что примечательно, среди всех этих «мой ангел» и «моя