Олег Измеров - Ответ Империи Страница 121

— Диспетчерская? Скажите, ЖЭУ присылало консьержа по аварии видеокамеры у самолета, ну, дом такой, как пирамида, — он досадовал, что не запомнил дома номера и улицы.

— Все в порядке, — ответил голос Светланы, — не волнуйтесь.

— Да. Да. То-есть, работы ведутся? Отремонтируют? Да? Большое спасибо. Извините за беспокойство. Починят скоро, сказали, — обернулся он к Веронике, которая уже отпирала дверь.

— Конечно починят. Проходите, тут прихожка, вешайте сюда.

Щелкнул выключатель; в коридоре, отделанном под желтоватый природный камень, Виктор увидел слева то, что хозяйка дома называла 'прихожкой', то-есть шкаф с вешалкой и зеркалом, красноватого цвета яблони. Справа от входа вверх вела неширокая лестница с деревянными перилами в тон.

— Это в спальни, — пояснила Вероника, положив розы на тумбочку и стягивая сапоги, туго обтягивавшие ее стройные крепкие икры. — Одна моя, другая — Таисии… Тапочки вот там.

— Красивое имя. Вообще хорошо, что вернулись к старинным русским именам.

Вероника вновь сверкнула глазами, в которых на мгновение Виктору почудились озорные огоньки.

— Только не смейтесь: это в честь Таис Афинской. Знаете, у Ефремова…

— Зачем смеяться? Это тоже мой любимый писатель… А в двухкомнатных тоже есть лестницы?

— А здесь нет двухкомнатных, однокомнатных… Весь дом одни трехкомнатные. Все семейные с детьми.

— Ну да, и потолки, смотрю, повыше.

— Так это в гостиной и на кухне. Два семьдесят. А наверху как в дачных домиках — два тридцать. Эксперимент такой — ученые установили, что советский человек активно живет в гостиной и на кухне, а в спальне либо тихо сидит занимается, либо спит. Зато два санузла — внизу туалет с раковиной, вот там дверь, в конце коридора, и вверху совмещенный, с ванной, очень удобно. Проходите сейчас на кухню, я поставлю цветы и разберем, что у нас есть к столу.

21. Трандец низкой интенсивности

Кухня у Вероники хоть и была раза в полтора больше хрущевских, но тоже оставалась торжеством советского функционализма. Хотя, впрочем, может, и не советского. Стены были покрыты крупной кафельной плиткой под терракоту, ряды тумбочек и шкафчиков, в которые был встроен двухметроворостый трехкамерный холодильник, автомойка посуды под раковиной — все это навевало у Виктора ностальгические воспоминание о машинном зале ЕС ЭВМ. Пейзаж оживляли гераньки на окне, большая декоративная глиняная тарелка на стене, с барельефом, изображавшим винный погребок, песочно-желтая видеодвойка на кронштейне и люстра с тремя подвесами на покрытом темным лаком штурвальном колесе. На стоявшем у окна обеденном столике возлежала маленькая кассетная магнитола.

Очутившись на кухне, Вероника почувствовала себя в родной среде, и тут же взяла в свои руки бразды правления.

— Ставьте все здесь, я сейчас разберу. Вон в том шкафчике салфетки, там сверху, на стол постелить. Стойте, что же я? Гостя на кухне принимаю. Подождите, сейчас дам другую, накроем в гостиной.

— Вероника Станиславовна! — воскликнул Виктор. — Да ведь нас всего двое, мы прекрасно и здесь чай попьем. Здесь уютно, телевизор, магнитофон… А потом перейдем в гостиную. Зачем туда-сюда бегать?

— Вы так считаете? — она улыбнулась, и ямочки на ее щеках заиграли. — Ладно, давайте здесь. А насчет электроники — да, это со студенческих лет моя слабость. Вы знаете, у меня четыре телевизора! В зале 'Рубин' шестьдесят один сантиметр, здесь 'Березка' тридцать один, и в спальнях два 'Шилялиса', тоже цветные, двадцать три… Ах, да.

Она взяла пульт и нажала на первую кнопку.

— Сейчас программа 'Взгляд' будет.

— У вас тоже есть 'Взгляд'?

— Да у нас она уже лет пятнадцать. Это американцы с прошлого года начали с Барбарой Уолтерз и Билли Гедди.

— Действительно…. - согласился Виктор, мучительно вспоминая, что же такое американцы начали с прошлого, то-есть, девяносто седьмого года.

На экране появился Александр Любимов и какой-то морской офицер, еще не пожилой, лысоватый; Виктор попытался вспомнить, где он мог его видеть этого офицера в своей реальности, но этого ему так и не удалось.

— Юрий Николаевич, — спрашивал его Любимов, — не могли бы вы прокомментировать нашим телезрителям последние действия руководства НАТО? Это частное, локальное стремление начать военный конфликт, или за ним скрывается какая-то более общая стратегия этого военного блока?

— Понял вопрос. Наши теоретики полагают, что все мы, по сути. становимся свидетелями и косвенными участниками начала очередной мировой войны — войны низкой интенсивности. Война эта примет затяжной характер, а ее содержанием, как фактически декларировано блоком НАТО, станут операции по свержению неугодных режимов, обеспечению возможности разграбления энергоносителей третьих стран и их природных ресурсов, уничтожения производств оружия массового поражения и средств их доставки, перекраивания существующих границ и территориальной принадлежности и изменения политических систем. Прикрытием для этого будут служить кампании против международного терроризма, борьба с правительствами, поддерживающими терроризм, борьба с торговлей оружием, наркомафией, пиратством, а также защите национальных меньшинств и этнических групп.

— То-есть, я правильно понял, что нам угрожает не очередная горячая точка, а мировая война?

— Да. Вы правильно поняли. Югославский конфликт должен лишь поставить последнюю точку в продвижении НАТО на восток. После этого вытеснение СССР, скажем, из Болгарии — это уже дело недолгого времени, болгарское правительство уже готовит требования вывода наших баз. Войска альянса будут присутствовать на наших южных и западных границах и зона ответственности блока приблизится к западным областям Китая. На втором этапе противодействия, по мере достижения Китаем военно-экономического могущества, способного эффективно противостоять планам США, не исключен вариант упреждающего силового воздействия на Китай, а вместе с ним и Россию, что по существу будет означать развязывание третьей мировой войны в ее классическом понимании, в ходе которой одним из главных средств достижения поставленных целей будет высокоточное оружие, а также, возможно, и оружие массового поражения.

— Вы извините, как-то легко вы это все говорите, даже не по себе становится, — улыбнулся Любимов.

— Ну, я думаю, для вас лично это далеко не неожиданность, и вы к этой мысли давно привыкли, так скажем, потомственное.

— Ну, это личное, но сейчас я, как телеведущий, обязан сопереживать со своей аудиторией.

— Понимаю. После Великой Отечественной наша пропаганда строилась на том, что мы должны избежать новой мировой войны. Такая позиция основывалась на том, что применение Советским Союзом, Соединенными Штатами и рядом других стран ядерного оружия может привести к гибели всего человечества. Однако за прошедшие четверть появились и получили большое развитие новые виды вооружений, в частности, высокоточное оружие, космическое и информационное оружие. Высокоточное оружие по ущербу, которое оно наносит противнику, уже сейчас сопоставимо с ядерным…

— Можно? — Вероника поставила на стол высокую и стройную хрустальную вазу, похожую на квадратную трубку, в которой расположила подаренные розы. — Какие красивые… Виктор Сергеевич, вы просто изумительный человек.

— Да что вы, — смутился Виктор. — Вам помочь? Скажите, что нужно.

— Нет-нет, я сама все соберу. Интересная передача, правда?

— Да уж, пожалуй.

— Любимов всегда интересно ведет. Хотя, как ведущий, он мне поначалу не нравился. Немножко много такой красивости, ну вот так как-то, — и она сделала неопределенный жест руками. — Мне нравятся более простые люди, ну, как, например… как, например, вы. Хотя это очень субъективно, конечно.

Она поправила ладонями волосы, двумя волнами сползавшие по вискам. Милая женщина, подумал Виктор. Начинается мировая война, а женщину будет волновать прическа и характер телеведущих, которые давно уже принимаются как телезнакомые.

— …Одна из главных причин будущей войны против СССР — это передел транснациональными корпорациями топливно-энергетических регионов мира. В пределах нашей страны их три — Каспийский, Кавказский и Восточно-Сибирский. Несомненно, остаются и такие ранее действовавшие причины, как стремление уничтожить на территории СССР нового, зарождающегося евроазиатского центра силы и мощного конкурента на мировой политической и экономической арене и экономическое стимулирование гонки вооружений, что создает заинтересованность в ней военно-промышленных сил. К этому всему добавляется соперничество на цивилизационно-культурной основе.

— То, что раньше называли идейным противостоянием?