Василий Звягинцев - Вихри Валгаллы Страница 129

Последний пронзительно рыдающий аккорд «Маленького цветка» стих. Сашка начал рыться в кейсе, выбирая новую кассету, и леди Спенсер за руку увлекла меня с веранды к краю поросшего жесткой степной травой обрыва. Внизу, в десятке с лишним саженей, плескалось поразительно чистое море. Видны были бараньи лбы валунов на дне, шевелящиеся ленты водорослей.

— Я выполнила свое обещание, князь, — сказала мне она вибрирующим голосом. По-русски она говорила по-прежнему с легким акцентом, явно нарочно, поскольку была абсолютной полиглоткой.

— Какое именно? — не понял я.

— Вон, посмотри…

Не далее чем в километре от берега я увидел белую трехмачтовую яхту, вооруженную, как гафельная шхуна. Высоченные, слегка склоненные назад мачты, длинный бушприт с утлегарем и бом-утлегарем, остекленная рубка на полуюте. Даже на расстоянии бросались в глаза благородные линии корпуса, сразу напомнившие мне несравненную «Катти Сарк». Но яхта была поменьше, конечно. Тонн в двести — двести пятьдесят, насколько я мог судить.

Я обернулся к Сильвии.

— Твоя. Дарю. Как я и говорила, с королевской верфи. Георгу V сейчас не до морских прогулок.

— Ну… не знаю, как и благодарить… — Я прижал к губам ее узкую пахнущую горькими духами кисть. — Если кто-нибудь скажет, что леди Спенсер не держит слова, будет иметь дело с моей шпагой. Сколько я вам должен?

— Вы еще с прежним долгом не рассчитались, князь…

Это она напомнила о моем проигрыше в стипль-чезе, за который я должен был ей отдаться.

— Прямо здесь рассчитаться или?.. — довольно плоско от растерянности пошутил я. Она сделала вид, что не заметила моего хамства.

— На яхте. Когда вступишь во владение, — безапелляционно, как о само собой разумеющемся, ответила Сильвия. — А потом можешь уплывать со своей возлюбленной. Куда — мне все равно, — дословно повторила она мои сказанные у нее на вилле вечность назад слова.

Что это за идефикс у нее — любой ценой затащить меня в постель? Куда уж выше — такая яхта на пару миллионов фунтов тянет, если внутренняя отделка там не уступает экстерьеру. Так дорого меня еще никто не ценил.

— О чем ты болтал с этой? — ревниво поинтересовалась Ирина, когда мы вернулись и я сел с ней рядом, чтобы отдать должное очередной перемене блюд. — Она смотрела на тебя, как кошка на клетку с канарейкой.

— Скорее наоборот, как канарейка на кошку. И сделала нам с тобой царский подарок, лишь бы мы убрались с глаз долой на край света…

— Интересно, интересно, — протянула Ирина, когда я объяснил ей суть дела. — Для чего бы ей это потребовалось?

Вот женщины! Сама только и мечтала последний год, чтобы уехать отсюда в дальние края, забыв о земной и галактической политике, а теперь ищет тайные пружины в поступке соотечественницы вместо того, чтобы просто радоваться.

Еще через полчаса, перейдя к десерту, сырам и ликерам, я как бы невзначай затеял разговор о будущем. Что вот, цель достигнута, и не пора ли отдохнуть от забот о судьбах мира. И я, мол, считаю: изменения достаточно необратимы, чтобы позволить человечеству пожить немного собственным умом. А если снова что-нибудь пойдет не так, будет время вмешаться.

И сколь же велико было мое удивление, когда меня никто не поддержал.

— У нас с Олегом много дел в Москве, — сверкнула взглядом очаровательно-опасной ведьмы Лариса. — Я Троцкого без присмотра не оставлю…

Олег при этом смутно улыбался и что-то царапал черенком вилки на дубовой столешнице.

«Да она же собирается свалить Давыдовича, сама усесться на престол феодально-коммунистической империи. Лариса I вот-вот готова явиться миру! А наивный идеалист Левашов окажется при ней в принц-консортах», — осенило вдруг меня. Вот это пассаж! А я ее держал всего-то за леди Макбет уездного масштаба.

— Я тоже никак сейчас не могу оставить флот, — сообщил на удивление трезвый после двух десятков рюмок Воронцов. — Пока не превращу Седдюльбахир в новый Гибралтар, а остров Мармара — в Гонконг, отдыхать рано. Они тут без меня наверняка прохлопают ушами, и коварные альбионцы традиционно наших иванушек объегорят… — И засмеялся собственному каламбуру. Поклонился Сильвии и уточнил: — О присутствующих не говорю.

Так, интересно, на что сошлется кандидат в генералиссимусы? Или за него тоже невеста скажет? Нет, леди Спенсер продолжала делать вид, что она здесь ни при чем.

— Я с капитаном, — ответил на мой ожидающий взгляд Берестин. — Армия недореорганизована, и наша и турецкая. Большевикам не верю. Возможна новая война. За Северный Кавказ хотя бы. И вообще, за что боролись?

И, что самое поразительное, Сильвия одобрительно кивнула. Тоже претендентка? Если мы с Ириной уйдем, не видит ли она себя генеральным директором всего проекта?

Остался Сашка. Что скажет он, теперь я знал заранее. Сомневался только в форме.

И он моих ожиданий не обманул.

— Я полностью на стороне Андрея. Гораздо лучше дать братьям славянам пожить своим умом. Внести в процесс элемент естественности как бы. Некоторой стихийности. А отпуск мы даже по КЗОТу уже заработали. Как раз одиннадцать месяцев прошло, как мы на должности гувернеров при человечестве. И Южные моря страсть как мечтаю поглядеть. Брехал Джек Лондон или так все там и есть? Плывем то есть… Надеюсь, мы с Аней вас не стесним?

— Никоим образом не стесните, — едва сумела скрыть свою радость Сильвия. — На яхте восемь комфортабельных кают, два салона, столовая и библиотека. Там и десятку гостей не тесно…

В моем согласии взять Сашку в компаньоны по свадебному путешествию она не сомневалась. На том и порешили.

Глубокой ночью в дверь моей каюты послышался легкий стук.

Ирина только что заснула. От радости, что все решилось наконец, она в постели превзошла саму себя.

Прикрыв ее легким покрывалом, я облачился в халат, вышел в тамбур и повернул головку замка.

Шульгин был уже снова трезв и серьезен. Мы проследовали через темные комнаты в мой секретный кабинет. Я зажег свечи, откупорил засмоленное горлышко бутылки хереса. После восьмичасового обеда, перешедшего в поздний ужин, и последовавшей за ним «ночи любви» меня терзала жажда.

Выпили, помолчали, повторили.

— Ты понял все? — спросил наконец Сашка.

— Натюрлих, яволь.

— И делать будем — что?

— Ты разве не решил?

— Собираемся в плавание, так?

— Так.

— Долго готовимся, изучаем яхту, загружаем припасы, разрабатываем маршрут…

Я кивнул.

— Накануне отплытия у меня или Анны что-то случается, мы вынуждены остаться, договариваемся, что догоним вас позже…

— А может, лучше так: уходим, как договорились, потом Анна остается с нами, а ты слезаешь на первой остановке и тихонько возвращаешься?

— Пожалуй, это будет даже лучше. Наконец-то я всерьез сыграю в графа Монте-Кристо… Наливай по третьей.

Так мы с ним и сделали. А дальше… Впрочем, как сказано у мэтров, это уже совсем другая история…»