Кавказский рубеж 11 - Михаил Дорин Страница 18

— Сан Саныч, доброе утро. Меня Сериков к вам направил, — подошёл он ко мне и мы поздоровались.

— Да, Пал Палыч. Мы решили, что я возьму «на поруки», так сказать, одну из ваших лётных групп. Что по этому поводу можешь сказать? — спросил я, показывая Перьеву присаживаться на стул напротив меня.

— Товарищ подполковник. Лётная группа, которую вы изволили взять под личное кураторство, построена в коридоре. Готов представить.

— Изволили взять? Звучит так, будто я их в лотерею выиграл.

— Я наверное неправильно выразился, Сан Саныч. Просто всем давно известно, что курсантам с вами… как бы, нравится летать, — улыбнулся Перьев.

— Им в принципе должно нравиться летать. И неважно, кто с ними на борту. В этом плане тоже нужно их настраивать, Пал Палыч.

— Да, я вас понял.

— Давай, запускай своих «орлят». Познакомимся ближе.

Перьев кивнул, встал со стула и позвал из коридора курсантов.

В кабинет, стараясь не шуметь сапогами и не задевать косяки плечами, потянулись пятеро курсантов. Они выстроились в шеренгу перед моим столом.

Я внимательно осмотрел ребят, оценивая и внешний вид, и то, как они реагируют на меня. Форма на всех, мягко говоря, сидит по-разному. У двоих кителя топорщились пузырями на спине. Явно не по размеру выдали на складе. У одного, наоборот, форма была ушита в талии так, что он напоминал рюмку.

На плечах голубые погоны с жёлтой буквой «К». Материал погон был дешёвый, ворсистый, уже начинавший терять цвет под солнцем. Ремни у всех кожаные, со звёздами на пряжках, начищенными пастой ГОИ до зеркального блеска. Наверняка, комэска дал команду привести внешний вид в порядок перед самым заходом ко мне.

И тут мой взгляд наткнулся на крайнего слева.

Щёки пунцовые, глаза бегают, стараясь смотреть куда угодно, только не на меня. На носу выступила капелька пота.

— Встреча на Эльбе, — протянул я, не сдержав улыбки.

Это был Басюк. Тот самый любитель «вечерних прогулок». Видимо, судьба у него такая — попадаться мне на глаза чаще, чем собственной маме.

— Товарищ подполковник, не понял…

— Да всё нормально, Пал Палыч. Мысли вслух. Так, ну я с ними сейчас познакомлюсь, а потом отпущу. Можешь идти, — ответил я и отпустил Перьева.

— Есть. Вот список, который вы просили. Мне командир эскадрильи в таком виде сказал сделать, — ответил мне Павел и протянул листок.

На нём была небольшая табличка, где была указана информация и личные данные по каждому из курсантов.

Как только дверь закрылась, я вернулся на своё место и ещё раз осмотрел всех.

— Представляться не буду. Меня вы знаете. С каждым из вас я познакомлюсь во время контроля готовности. Сразу говорю, глубину знанию сегодня проверю конкретно. Это понятно?

— Так точно! — громко ответили все пятеро хором, что у меня чуть уши не заложило.

— Кричать не нужно, — почесал я ухо, которое слегка заложило.

Тут я заметил, что один из ребят старается сдерживать улыбку изо всех сил.

— Ты чего такой весёлый? А, ну да, Веселов же у тебя фамилия, — заметил я.

— Так точно, товарищ подполковник. Просто рад, что у нас теперь вы инструктор, — ответил курсант.

— Не уверен, что тебе будет со мной весело.

Тут же улыбка у Веселова пропала.

— Да не переживай. Я не кусаюсь. Обычно.

Ребята все заулыбались, слегка расслабившись после «стартового» напряжения.

— В 16.00 приду к вам. Разберём полётные задания. Все свободны. Товарищу Басюку остаться, — сказал я, и курсанты потянулись на выход.

Через несколько секунд мы остались с провинившимся курсантом наедине. Басюк выглядел сильно потерянным, хотя я и не собирался над ним изгаляться. Но провести кое-какую воспитательную работу необходимо.

— Чего молчишь? Как дела, Ваня? — спросил я, вставая со своего места.

— Норм… нормально, товарищ подполковник, — запнулся Басюк.

— Выспался?

— Так точно.

Я подошёл к чайному столику и взял горсть конфет.

— Тебе увольнения не хватает?

— Никак нет, хватает. Просто хотел увидеться.

Сделав пару шагов, я протянул парню конфеты. Он не сразу, но взял их.

— Спасибо.

— Пожалуйста. С товарищами обязательно поделись. А то, что можно на КПП выйти на лавке посидеть, ты об этом не подумал? Вам никто не запрещает этого сделать. Так зачем так рисковать из-за мимолётного желания?

— Не знаю, товарищ подполковник. Не подумал.

Я кивнул и прошёлся вдоль стола.

— Думай в следующий раз, иначе заберёшь все наряды на выходные до конца лётной практики. Понял? — спросил я.

— Нет… ой, так точно.

— Вот и молодец. Свободен.

Басюк, вытянулся и развернулся на месте.

Он сделал пару шагов и повернулся. Я увидел, что он посмотрел куда-то на стену, где у меня висели фотографии с командировок и подарочные фото с автографами и пожеланиями. А ещё там было несколько вымпелов.

— Товарищ подполковник, а разрешите по личному вопросу обратиться?

— Давай.

— У вас вот есть эмблема и фотография с бойцами. А это где? — спросил Иван и указал на одно из фото.

Это была эмблема щита красно-зелёного цвета с изображением белого грифона. А рядом фотография, где я и мой экипаж запечатлены с группой бойцов в боевом снаряжении.

— Это я в одной из служебных командировок. Рядом со мной бойцы 72-й бригады специального назначения Сербии.

— Вы… вы и там были? А расскажете? — «загорелись» глаза у Басюка.

— В самоволки прекратишь бегать, тогда и расскажу.

— Есть! Так точно! — обрадовался Иван и вышел из кабинета.

Я улыбнулся и сел на своё место. Взяв листок со списком курсантов, быстро пробежался по нему и достал свою рабочую тетрадь. Надо было начинать работать и готовиться к полётам.

В назначенное время я уже шёл в сторону первой эскадрильи, чтобы лично проверить подготовку своей лётной группы. Согласен с тем, что с курсантами нужно находиться постоянно, следить за их подготовкой, где-то и «леща» отеческого поддать, образно говоря. Но у меня есть и свои должностные обязанности, так что готовились мои курсанты вместе с другой лётной группой.

На входе в штаб эскадрильи меня встретил комэска Сериков и начал сопровождать к учебным классам.

— Сан Саныч, если что мы и сами у них проведём контроль готовности. Чтоб вас не отвлекать, — предложил мне Сериков, когда мы шли по коридору.

— Мне не доверяешь, Василич? — улыбнулся я.

— Я из лучших соображений. Куда вам до учёбы сейчас.

— Наша основная работа — учить курсантов. Так что на контроль готовности я время найду.

Через минуту мы уже были перед дверью класса, где готовилась моя группа.

— Они с кем занимались сегодня? — спросил я.

— С первой