Мертвые не умеют смеяться - Владимир Лещенко Страница 33

Сотни людей в момент оказались сбиты с ног, покалечены, брошены друг на друга, воздух огласился множеством воплей и матом!

Толпа заметалась в ужасе. Вернее сказать –заметалась лишь её часть –не все поняли что происходит и что означает непонятная машина катающаяся по площади. Даже падающие, кричащие от боли передние шеренги не вразумили слишком многих –ведь не было ни грохот пулеметов, ни трассирующих пуль…

А на площади уже разворачивался СОП «Минотавр» собственной персоной - острие сводной группы. Бойцы раскидывали попавшихся на пути, догоняли бегущих, нещадно били их дубинками и сбивали с ног. Кого-то хватали и тащили назад, заламывая на ходу руки.

— Всем разойтись! –вопили громкоговорители. -Немедленно! В противном случае открываем огонь на поражение!

А потом белый исполин трубящим мамонтом ринулся вперед. Ревела сирена, бил по глазам ослепительный проблесковый огонь, хлестали по толпе ослепляющие лазерные лучи. Вот «Минотавр» подкатил к трибуне – с неё горохом посыпались разбегающиеся кто-куда ораторы, заодно с журналистами, даже в эту минуту не забывавшими снимать. Тормозя он подкатил к сооружению, вверх взлетел манипулятор и обрушился на враз покосившуюся трибуну. А потом взревев всей тысячью лошадиных сил дизеля, машина ударила трибуну бульдозерным ножом, превращая её в обломки.

Затем «Минотавр» рванул вперед, толкая впереди себя груду железа и досок, и опять устремился на толпу – но не на мечущееся в центре площади человечье море, а заворачивая влево, туда куда подались самые рассудительные, надеявшиеся отступить по широкой Дмитровке. И вновь не все –далеко не все поняли— что означает происходящее.

Они так много раз видели что-то подобное в компьютерных играх и голливудских фильмах-катастрофах, что подсознательно уже начали воспринимать увиденное как еще одно кино…

Но на этот раз нельзя было выключить плазменную панель или выйти из кинотеатра до окончания сеанса…

Несколько протянувшихся дьявольски долго секунд, и машина ворвалась прямо в гущу народа, давя и снося плотно стоящую людскую массу.

Ааааааээээу!!!

Ааааааээээу!!!

Взлетел над площадью безумный крик боли, ярости, отчаяния…

— Седьмой, что случилось! Седьмой, мать твою ……!!! –закричал в микрофон Биреев,

Капитан, сука, б……, ……, ……!!!

Генерал впервые в жизни ощутил как темнеет в глаза и уходит из под ног земля.

Где-то в глубине души вертелось что все пропало, что теперь всех собак повесят на него, что из за рехнувшегося командира проклятого тягача, что не видать ему ни должности замминистра, ни в перспективе – министерского кресла, ни «откатов» с подношениями –и все из за вдруг рехнувшегося капитанишки.

Но капитан Васильев –как и мехвод –старший прапорщик Паченко, были не при чем –они были мертвы…

— Отлично! — выкрикнул генерал в микрофон, — Седьмой, вмажь им как следует!

Сидевший за пультом управления огнем «Минотавра» двадцатилетний прапорщик МВД быстро задергал джойстики, вдавливая педаль стартера компрессора до отказа, форсируя давление. Невидимый жнец прошелся по толпе, все еще не понимающей что происходит.

Сотни людей в момент оказались сбиты с ног, покалечены, брошены друг на друга, воздух огласился множеством воплей и матом!

Толпа заметалась в ужасе. Вернее сказать –заметалась лишь её часть –не все поняли что происходит и что означает непонятная машина катающаяся по площади. Даже падающие, кричащие от боли передние шеренги не вразумили слишком многих –ведь не было ни грохот пулеметов, ни трассирующих пуль…

А на площади уже разворачивался СОП «Минотавр» собственной персоной - острие сводной группы. Бойцы раскидывали попавшихся на пути, догоняли бегущих, нещадно били их дубинками и сбивали с ног. Кого-то хватали и тащили назад, заламывая на ходу руки.

— Всем разойтись! –вопили громкоговорители. -Немедленно! В противном случае открываем огонь на поражение!

А потом белый исполин трубящим мамонтом ринулся вперед. Ревела сирена, бил по глазам ослепительный проблесковый огонь, хлестали по толпе ослепляющие лазерные лучи. Вот «Минотавр» подкатил к трибуне – с неё горохом посыпались разбегающиеся кто-куда ораторы, заодно с журналистами, даже в эту минуту не забывавшими снимать. Тормозя он подкатил к сооружению, вверх взлетел манипулятор и обрушился на враз покосившуюся трибуну. А потом взревев всей тысячью лошадиных сил дизеля, машина ударила трибуну бульдозерным ножом, превращая её в обломки.

Затем «Минотавр» рванул вперед, толкая впереди себя груду железа и досок, и опять устремился на толпу – но не на мечущееся в центре площади человечье море, а заворачивая влево, туда куда подались самые рассудительные, надеявшиеся отступить по широкой Дмитровке. И вновь не все –далеко не все поняли— что означает происходящее.

Они так много раз видели что-то подобное в компьютерных играх и голливудских фильмах-катастрофах, что подсознательно уже начали воспринимать увиденное как еще одно кино…

Но на этот раз нельзя было выключить плазменную панель или выйти из кинотеатра до окончания сеанса…

Несколько протянувшихся дьявольски долго секунд, и машина ворвалась прямо в гущу народа, давя и снося плотно стоящую людскую массу.

Ааааааээээу!!!

Ааааааээээу!!!

Взлетел над площадью безумный крик боли, ярости, отчаяния…

— Седьмой, что случилось! Седьмой, мать твою ……!!! –закричал в микрофон Биреев,

Капитан, сука, б……, ……, ……!!!

Генерал впервые в жизни ощутил как темнеет в глаза и уходит из под ног земля.

Где-то в глубине души вертелось что все пропало, что теперь всех собак повесят на него, что из за рехнувшегося командира проклятого тягача, что не видать ему ни должности замминистра, ни в перспективе – министерского кресла, ни «откатов» с подношениями –и все из за вдруг рехнувшегося капитанишки.

Но капитан Васильев –как и мехвод –старший прапорщик Паченко, были не при чем –они были мертвы…

В тот момент когда ревущий железный зверь сокрушил трибуну, откуда-то из под обломков ударила автоматная очередь. Кто и зачем пронес оружие на площадь, как умудрился незаметно протащить в центр города, что двигало им, когда в последний миг стрелял он в надвигающуюся махину - уже неизвестно. Но это была одна из тех случайностей, что в итоге и привели к тому что все произошло так как произошло, а не как было задумано.

Пули АК-47, снаряженного новыми патронами, пробили восьмимиллиметровый лист, и угодили в кабину, поразив и водителя и командира, пройдя в считанных сантиметрах над головой стрелка.

Единственное упустили создатели «Минотавра» -это дополнительную бронезащиту кабины.

И ведь мелькала такая мысль – но слишком поджимали сроки, да ведь и не для серьезных боев делалась машина, не против врага вооруженного…

Проложив сквозь толпу широкий коридор, «Минотавр» врезался в ограждение стеклянного купола подземного торгового