Олег Языков - Крылья Тура. Командировка [2 том полностью] Страница 45

Я подошел к большому окну и, с немалыми усилиями и треском, распахнул створки. Вот так-то лучше! Весна, май! Только-только прошли праздники.

— Ну, что, товарищ командир? Помощь нужна? — это, естественно, Капитолина.

— Нужна, Капитолина Сергеевна! Еще как нужна! Мне здесь без женских рук не справиться. Вот, что… Жизнь сейчас нелегкая, вы тут всех знаете. Давайте пригласим три-четыре женщины, убраться, привести студию в порядок, тряпки какие постирать. Вот деньги… Отставить отпирательства! Вот деньги! Нужно будет еще — скажите. Всем, кто будет работать на уборке помещения — достойно заплатить. Я в армии живу на всем готовом, мне деньги тратить некуда. Да и не на кого… пока. Так что не будем спорить, уважаемая Капитолина Сергеевна! Да и заработают женщины хоть что-нибудь, на чулки там, на сласти… для детей, понятное дело. Ну, что? По рукам? Вот и хорошо. А я сейчас в госпиталь. Сегодня уже не вернусь, так что — давайте, командуйте тут! Ключ оставить? Ах, у вас дубликат? Просто великолепно, тогда — до завтра!

С тем мы с Николаем, освободившись от узла с барахлом, и отбыли. Машина довезла меня до госпиталя, довольный Коля распрощался, сказал, что ежели что — он в миг и сразу, и исчез в клубе дыма. Ну а я побрел искать глазника или, выражаясь научно, офтальмолога. Вспомнив анекдот про офтальмолога и гинеколога, я фыркнул и пошел бодрее…

Найдя заведующего соответственного отделения, я представился, показал бумаги и объяснил свою боль и печаль. Это встретило полное понимание, и я тут же был препровожден под белы ручки в смотровую. Там меня бросили в пыточное кресло, немного напоминающее кресло зубного врача, и надо мной склонились две головы. Одна принадлежала жгуче-черному армянину в белой шапочке, а другая — прекрасной незнакомке с голубыми глазами. Почему я говорю про глаза? А просто — все остальное скрывалось под белой марлевой повязкой. Как паранджа, прости господи! Вот, что они — армяне эти, — со своими прелестными ассистентками делают!

Девушка начала осторожно снимать с меня повязку, а врач отвернулся и забрякал какими-то медицинскими инструментами на блестящем лотке. Началось! Сердце сжалось от испуга. Страсть не люблю больницы.

— Так, так, так… Где это вас, дарагой мой, так приложило?

Таиться от славных представителей советской медицины я не стал и выложил все, как на духу.

Неожиданно, приговор был мягок и щадящь. Все в полку с моим ушибом было сделано правильно. Теперь нужно было только время. Я ощутил гордость за нашего военврача и санинструктора Верочку. Впрочем, некие процедуры не помешали бы… Вы где остановились, и какие у вас планы на вечер?

Я честно сказал, что никаких планов у меня нет, а в жилье я еще не въехал. Оказалось, что это то, что доктор прописал! Причем — буквально! Доктор что-то мне прописал и в госпитале я проведу время до завтрашнего обеда. А чтобы мне не было скучно, придется испытать на моем ушибе несколько новых процедур.

Чтобы избавиться от уродского синяка я был готов босиком ходить по углям, а не только млеть под ловкими пальчиками красивой девушки, которая втирала мне какую-то мазь, и я с радостью согласился. Таким образом, я и переночевал в госпитале, будучи прогрет и усыплен целебным синим светом лампы…

В общем, в мансарду я поднимался почти другим человеком. Повязка была снята за ненадобностью, а глаз прикрывала небольшая марлевая салфетка на лейкопластыре. Да и ту через день-другой можно было снимать. Вот, что значит наша передовая военная медицина!

Открыв своим ключом дверь, я просто обмер! Студию было не узнать! Даже цветы стояли в какой-то вазе. Воздух был свежим и чистым — машин-то в военной Москве поубавилось значительно, да и что им делать в нашем переулке? Вся студия сверкала чистотой, даже потолок освежили побелкой. Вот молодцы! С меня причитается новоселье, и никаких отказов я не принимаю!

Тут я заметил большой и уродский телефон. Интересно, а он работает? Нет, тона вызова не слыхать, но телефон "дышит". Значит, его можно подключить. Только вот куда мне звонить? А почему это обязательно я буду звонить? Может быть, мне позвонят! Поскребышев, например…

Коротко хохотнув, я взял на заметку зайти на телефонную станцию и разобраться с этой проблемкой. Пригодится. Может, я тут задержусь.

Теперь надо бы решить вопрос и с кормежкой. Та-а-к, что у нас есть? А ничего у нас и нету! С собой в самолет я ничего не брал, пообедали мы с Колей в столовке штаба, вчера вечером и сегодня утром меня, пусть и весьма скромно, покормили в госпитале. А вот где мне обедать? Я порылся в планшете и нашел талонную книжку. Где, где — в Караганде! В "Метрополе" я имею в виду, ведь Коля об этом мне и говорил. А вообще-то, что-нибудь надо купить и в студию. "Приз в студию!" — вспомнил я одного развеселого телеведущего. Правда, в моем случае лучше — "Харч в студию!" Придется мне и этим озаботиться. Да! А где есть харч, не помешает и бутылка-другая чего-нибудь легкого и освежающего… Например — водки и коньяка… Это надо бы оговорить с Капитолиной, она здесь должна все знать.

Капитолина Сергеевна не подвела. Она пришла с инспекцией как раз перед тем, как я собрался выходить на охоту за пропитанием. Я всячески расшаркался и рассыпался в благодарностях. Причем — абсолютно искренних. Капа была явно тронута. Видимо уже давно капитаны ВВС Красной Армии с орденами на широкой груди не брали ее под локоток и не заглядывали в глаза с искренней благодарностью!

Моя идея с новосельем после некоторой попытки отпора была принята, я профинансировал затраты на стол и, заодно, попросил прикупить что-нибудь легкое на завтрак — яйца, там, сыр, масло с молоком. Держать все это богатство можно будет в ведре с холодной водой, еще довольно прохладно — за три-пять дней не пропадет. Да я, собственно, и не дам пропасть — все сожру!

Заодно легко и просто решился вопрос с алкоголем. Профессорская семья из соседнего подъезда получала весьма приличный паек из распределителя. Дед вносил немалый вклад в оборонку, и это высоко ценилось. Так, вот. В этих продуктовых пакетах был и весьма качественный алкоголь — чудесная московская водка и — о чудо! — выдержанный армянский коньяк! Двум старикам это было абсолютно ни к чему, сын воевал на фронте, а его жена вместе с оборонным заводом откочевала на Урал. А вот немного лишних денег старикам бы не помешали. Так что мы с профессором провели взаимовыгодный обмен, благо, что у меня на сберкнижке деньги еще были.

Жизнь налаживалась! Это я понял, когда сытый и довольный выходил из ресторана "Метрополь". Вот это аттракцион! Честно говоря, я не очень люблю рестораны. Как правило, готовят там не очень вкусно, закуски лежалые, рыба пересоленная, а водка… Ну, сами догадаетесь. Да — пусть будет теплая! И этот шум, бренчание посуды, табачный дым и накатывающий с кухни духан.

Так вот, "Метрополь" меня, надо сказать, удивил. Особенно своим интерьером. Такого великолепия, зеркал и позолоты я давно не видел! Это было что-то! Похоже на крутую VIP-парикмахерскую в Зимнем дворце. Ну — у каждого свой вкус, кому-то, может, и нравится. Да, воздух был, как бы это помягче сказать… не совсем свеж, лязг посуды тоже присутствовал. Как и излишне громкие звуки оркестра. А вот кухня была на высоте. Все было вкусное, свежее, исполнено и сервировано с душой и выдумкой. Опять же — великолепные вина, водки и коньяки. Причем — водка из настоящего зернового спирта "Люкс", а не из производных процесса нефтеперегонки, как в моем недавнем времени. Да и коньяк был выдержанным коньяком, а не виноградным самогоном, подкрашенным марганцовкой. А лососина, грибы, икра! Это сказка! Правда, сказка была не дешевой. Причем — очень не дешевой! Эдак у меня никаких денег не хватит, на такие-то швыряния купюр за роскошный, надо сказать, обед.

Ну, ничего! С деньгами что-нибудь решим, надо подумать и что-нибудь толкнется в мозг. А потом — у меня же есть талоны. Я их сегодня не использовал, а пошел на разведку. Посмотреть, кто там чего и почем. Вот и посмотрел на две двести. Теперь буду думать. Да и моя полушерстяная, но все же явно полевая форма, в ресторане режет глаз. Тут, если оставить обсуждение костюмов штатских товарищей в стороне, в основном были старшие офицеры и, естественно, в мундирах. Чуть ли не парадных. На широкую ногу живет московское офицерство! Кутить умеет! Интересно, с каких это прибытков?

Женщины тоже… Красивых — полно. Но взгляд у них такой, оценивающий… взвешивающий. И улыбки холодные. Вера Холодная, м-да… Я не могу сказать — что это профессионалки, но и любительницами я бы их не назвал. Хищницы — во! Самое точное определение для них будет. Интересные для меня платья, я бы сказал — очень женственные и приятно на женщину взглянуть. Меховые горжетки — так, что ли, они называются? Маленькие кокетливые шляпки, кружевные перчатки, ну — тут я пас. Многие дамы полусвета курят папиросы с длинным мундштуком. Да уж — разврат… Детский разврат середины сороковых…