Кирилл Андреев - Миры отверженных Страница 65

Внезапно Бруно, лежавший неподвижно у ног Неро, навострил уши. Пёс вскочил на ноги, подбежал к воде и начал громко лаять, бегая по берегу, из одной стороны в другую.

– Да ты уймешь уже, наконец, своего горластого демона? – Леонтий свирепо посмотрел в сторону Неро.

Мальчик вскочил на ноги и протянул руку вперед, – Смотрите. Там, что-то всплыло на поверхность. Действительно, у водопада с той стороны что-то плавало на поверхности.

– Это Ид, вскрикнула Тэсия, – это он. Папа, ну что ты стоишь, иди же, скорее, вытащи же его оттуда.

Несколько мужчин бросились в воду, другая часть со всеми остальными детьми и женщинами бросилась огибать озеро по берегу. Цэрэн встала и направилась в сторону леса.

Ид был в сознании, но плохо представлял себе, где он сейчас находится. Он видел, как к нему плывут люди, как они его вытаскивают на берег. На затылке его была рана, из которой сочилась кровь, и очень болела голова.

Над ним склонился Леонтий, – А ты живучий зеленокожий, – римлянин усмехнулся. – Ну как, ты меня узнаешь? Ид кивнул головой, и попробовал самостоятельно сесть.

– Говорить можешь?

– Да. Только голова кружится. Ид пытался удержаться, чтобы снова не упасть на песок.

– Ну что там с тобой, произошло? Леонтий присел на корточки, и всматривался в лицо мальчику. – Как ты ухитрился выскользнуть из лап чудовища?

– Какого чудовища? Вы что, его видели? Ид смотрел непонимающими глазами на Леонтия.

– Ну, которое тебя утащило на дно. Здесь о нём, все только, и говорят. Никто не видел, но все говорят, что оно есть, – Леонтий ухмыльнулся.

– Никто меня никуда не тащил. Я просто головой о скалу сильно ударился.

Тут подошла Цэрэн, и оттолкнула Леонтия в сторону. Леонтий упал на песок. – Ты что старуха, – совсем из ума выжила?

Цэрэн приложила к ране пучок какой-то травы. Потом она взяла руку Ида и приложила её к этому пучку, знаками показав, как его надо держать. Затем повернулась и что-то сказала Леонтию, и громко рассмеялась. Рассмеялись и подростки, и улыбнулся даже Ид.

Леонтий повернулся к дочке, которая тоже еле сдерживала улыбку. – Что сказала эта старуха?

– Папа, поверь, лучше тебе этого не знать.

Леонтий вскочил. – Она что, вздумала надо мной насмехаться? Скажи ей, чтоб впредь, говорила только на моем языке, иначе я за себя не ручаюсь.

Ольдих вздохнул, – Ну и славно, раз нет никакого чудища. А я вот сейчас бы поел, а то с утра уже совсем проголодался.

Хильдебальд, согласно кивнул головой. – Ну, раз нет чудища, – тогда может, и наловим здесь рыбы. Благо ее тут в изобилии, только руки подставляй.

Леонтий, посмотрел на небо. Солнце клонилось уже к закату. – Наверное, смысла идти назад в ночь, нет никакого, а раз здесь безопасно, как говорит эта безумная, то, здесь и надо устраиваться на ночлег. Думаю, мама без нас, не умрет со страху, – сказал Леонтий, и обнял дочку. – Там же у неё защитник есть, – сам отец Дарион, – Леонтий улыбнулся, и подмигнул дочке.

Наступил вечер, солнце село за горизонт, вокруг костра расположились колонисты и кушали приготовленную Лисиппом, рыбу в углях.

– Ну что вандал, как тебе моё предложение, насчет того, чтобы остаться здесь? Вода рядом, река с водопада очень прозрачная, пить её можно, рыбы полно. С той стороны полно фруктов, подойти сюда извне, любому зверю будет весьма затруднительно.

– Тут действительно как-то спокойнее, – согласился Ольдих. Командир, если хотите знать мое мнение, то я предпочел бы, остаться здесь, – сказал толстяк, обращаясь к Хильдебальду.

– Но мы ещё не знаем, что здесь будет, когда наступит зима, или что тут вместо неё бывает на этой планете? А вообще, неужели только меня достает эта голубая луна? В пещере то её хоть не видно, а тут как-то не по себе.

– Да ладно, не так уж она и достает, – засмеялся Леонтий. – Ну, так что, говори своё мнение. Я своё тебе сказал. Я хочу переместиться сюда.

– Дай ночь подумать, римлянин. Утром тебе всё скажу. А сейчас ты не хочешь никого выставить на ночь в охрану?

– Ты от кого хочешь поставить охрану? От чудовища на дне озера?– Леонтий захохотал. – Так нет же его. Этот лягушонок сам себе свой кочан ушиб о скалы.

– Да нет, скорее от Трира. Мы не знаем, куда он ушел, и что он замышляет.

Улыбка слетела с губ римлянина. – А вот тут, – я согласен. Ну, давай, сначала я со своими людьми полночи посторожим, а потом ты со своими.

Тургэн, появился из темноты, словно из ниоткуда, и сев рядом с Цэрэн, начал ей что-то, долго шептать на ухо.

– Ещё и эти все время шепчутся, – тихо сказал Лисипп, наклонившись к Леонтию.

– Да, от этой старухи еще черт знает что, можно ожидать, – согласился Леонтий, и этот ее прихвостень, – тот еще мутный тип. Скажи Самаксу, чтобы и за ними ночью понаблюдал тоже.

Тургэн вскочил и подбежал к костру. Схватил лежащую на песке палку и вытащил ею рыбу из углей, и стукнул по глине, и та распалась, обнажив внутри себя, куски рыбы. Тургэн, перебрасывая её в руках, сильно дул на неё и запихивал в рот, жадно жуя, при этом непременно улыбаясь. Все остальные, молча, смотрели на него.

– Да жри, жри уже, чего ты улыбаешься? Рыбу не ловил, дрова не носил, а туда же – корми его, – сказал Ольдих и улыбнулся Тургэну, скрывая за улыбкой истинный смысл слов.

Тургэн инстинктивно почувствовал неловкость, и, схватив рыбу, удалился с нею к деревьям, поближе к Цэрэн.

– Ну, вот. Обратно к своей мамаше, с ней не так страшно, – сказал Хильдебальд, и все попадали на песок, от хохота.

Дети сделали свой костер, и запекали в нем мелкую рыбешку, нанизанную на палку, держа ее на вытянутой руке над огнем.

– А здорово ты напугал всех нас, Ид, – сказала Эрдэнэ. – Вот Тэсия, вообще тебя уже похоронила.

– Ничего я его не хоронила. Просто стало жалко. Только и всего. А ты дно там видел?

– Почти, – тихо ответил Ид.

– Ну и что там, на дне? Ну, расскажи, интересно же – оживился Промиус.

– Да, давай, а то ты весь вечер молчишь. Весь из себя такой задумчивый. Ты что-то скрываешь от нас? – пытливо спросила Эрдэнэ.

– А какое оно, это чудовище? – спросил Неро.

– Ну, какое ещё чудовище? Тебе же сказали, что там ничего нет, и он просто ударился головой, – нервно сказала Тэсия. – Такое впечатление, что это ты ударился головой, а не он.

Ид замялся. – Вы знаете, я не хотел говорить это при взрослых, да и вам не хочу. Боюсь, что вы мне не поверите.

– А что, ты что-то видел? – глаза у Тэсии заблестели. – Там что, действительно есть чудовище?

Ид грустно улыбнулся. – Нет, я же говорю – чудовищ там нет, но там есть что-то другое.

Дети все наклонились вперед, с интересом смотря на Ида.

– Когда я нырнул поглубже, то там, в самом низу скалы есть расщелины, где и прячутся рыбы. И когда я протянул руку к одной из них, она вдруг на меня посмотрела. И вы знаете, у неё был такой грустный взгляд, что мне на секунду показалось…

– Ха-ха-ха, рыба на него посмотрела, – громко засмеялся Промиус.

– Если тебе смешно – тогда не слушай, – Эрдэнэ недовольно посмотрела на вандала.

– Ну-ну, говори дальше, – нетерпеливо сказала Тэсия.

Ид продолжил. – Да в том-то и дело, что я сам никогда бы в это не поверил, если мне кто рассказал. Но я готов поклясться, что у этой рыбы был очень грустный взгляд, и это был взгляд моей мамы.

– Ахахахха, – Промиус держался за живот от смеха, – у рыбы глаза как у матери. Ну, ты и мастер сказки придумывать, Ид.

Эрдэнэ надвинулась на Промиуса и зашипела. – Если ты сейчас не заткнешься, то я огрею тебя этой палкой.

Промиус не в силах сдерживаться, упал на спину и закрыл рот рукой, чтобы остановить распирающий его смех.

– Оставь его в покое, Эрдэнэ, – сказала Тэсия. – Вандал – и есть вандал. Никаких манер.

– Ну, что там дальше, давай? – Тэсия вся сгорала от нетерпения.

– Я от неожиданности отскочил назад, и ударился головой, а потом потерял сознание, ну и видимо, пошел ко дну.

– И как ты потом вынырнул? – недоверчиво спросила Эрдэнэ.

– А я не вынырнул сам. Меня вытолкнул кто-то.

Тэсия закрыв рот руками, пробормотала. – Так значит там не злое чудовище, а доброе?

– Да не чудовище это вовсе. Ид заметно расстроился, видимо уже пожалев, что раскрылся перед друзьями. – Я же говорил, что не хотел вам всё рассказывать. Я не знаю, как вам это сказать, но вы мне всё равно не поверите.

– Да давай, говори уже, а мы уж потом решим – верить тебе или нет, – Промиус уже не смеялся и был предельно серьёзен.

– И вот , в какой-то момент я очнулся оттого, что кто-то меня поднял со дна и выталкивает наверх. Там внизу не очень было видно, да и у меня после удара, голова очень сильно кружилась, но потом, у поверхности я уже смог разглядеть его.

– Почему его? Кого его? Ну, ты будешь уже рассказывать, или ты над нами издеваешься? – Эрдэнэ теряла терпение.

– Это был очень похожий на меня талан.