Кирилл Андреев - Миры отверженных Страница 70

Но сейчас, ситуация совершенно другая. Мы будем иметь дело с управляемыми объектами вторжения, которые будут менять свою траекторию и угол вхождения. Поэтому к каждой такой пушке нам будет необходимо приставить как минимум, два десятка обслуживающих талан или землян, которые обеспечат её быстрый разворот, в нужную нам сторону. И если стрелков и наводящих, мы ещё возможно наберем среди своих, то вот, чтобы пушки элементарно разворачивать в нужную сторону – у нас просто банально нет для этого талан.

И такие пушки, нам придётся расставить по всей планете, потому что мы не знаем, откуда они начнут атаку, и нам, чтобы, хоть как-то прикрыть весь периметр неба, надо выставить не менее, пару десятков тысяч таких пушек. И то этого будет недостаточно. Но у нас никогда такого количества не было, да и не нужно нам было столько. Их у нас фактически наберется раза в три меньше. Да и то, все они давно находятся в законсервированных шахтах, и никто не знает, в каком они сейчас состоянии. Так что, если хотя бы две трети из них, смогут нормально функционировать – это уже будет хорошо.

Долгоон что-то сказал, и переводчик вступил с ним в диалог. При этом Долгоон сильно нервничал, и прикрикивал на него.

Этирей нервничал. – Что, что он говорит, переводи же давай.

– Он говорит, что не понимает, как она работает, и хочет, чтобы ему показали, как она реально действует.

Этирей покачал головой, и устало выдохнул, – Хорошо. Оператор, выведите на экран обзорное видео.

На экране появилось улыбающееся лицо талана, который стоял на площадке управления пушки, и о чем-то рассказывал, показывая на небо. Переводчик, склонившись к уху Долгоона, переводил ему, что говорилось на экране. Следующий кадр дал общий план и показал, что таких пушек на большой площадке стоит несколько десятков и все застыли в напряженном ожидании. Вдруг на небе начали показываться маленькие светящиеся точки, которых постепенно становилось всё больше и больше, пока они не превратили всё небо в светящийся небосвод, несмотря на яркий солнечный день. И тут пушки, одна за другой, стали давать залпы.

Снаряды уходили навстречу метеоритному потоку, а заряжающие уже принимали из погрузчика новый заряд, и открывали и закрывали затворник. Снаряды, меж тем, резко устремившись к цели и не доходя до них, взрывались, после чего, образовывали в небе разворачивающиеся паутины большого диаметра, а все вместе, они сплетались в гигантскую энергетическую сетку, светло-голубого цвета. При соприкосновении с такой сетью, метеориты взрывались, превращаясь в более мелкие фрагменты, после чего эти фрагменты попадали на такую же сетку от следующих залпов, дробясь все сильней и сильней.

Этирей скомандовал. – Выключите уже это. Я думаю, он уже понял смысл. Экран погас, и Этирей продолжил. – Просто есть нюансы, и я их ему сейчас объясню. В общем, ты, наверное, понял Долгоон, как они работают. В итоге, почти всегда серии, из трех залпов всегда хватало, чтобы на землю падали мелкие камешки и песок. Но нам сейчас предстоит не с камнями сражаться, а с умными целями. Заряд в воздухе держится не больше пару десятков секунд, причем с каждой секундой он теряет свою силу, а после, просто испаряется в воздухе. А у нас сейчас будут цели, которые будут уворачиваться от них, и потому маневренность пушек приобретает здесь решающее значение.

Этирей смотрел на непроницаемое лицо Долгоона и это его взбесило. – Да что, я тебе, всё тут рассказываю? Ты ответь, наконец, готов нам помогать или нет, а то я тут стою, столько времени перед тобой распинаюсь, а от тебя ни слова не слышу.

Переводчик перевел последние слова Долгоону. Долгоон ответил ему, показывая на Этирея, и на сидевших молча за столом, офицеров.

– Что он ещё хочет? – вскричал Этирей, потерявший последние остатки терпения.

– Долгоон спрашивает, а что будет, когда эти корабли, всё же избегут наших ловушек, и они попадут на поверхность. С ними ведь как-то придется сражаться? И, наверное, это будут ваши огнемёты?

– Какие ещё огнеметы? Этирей наморщил лоб. – А, видимо, он имеет в виду, плазмоматы? Да, это будет наше оружие, когда придется с ними сражаться, уже на земле.

– Долгоон это понял. Он говорит, чтобы эти плазмоматы, вы раздали людям и научили их пользоваться ими. Это одно из его условий.

– Что? Он хочет, чтобы ему и всем людям выдали оружие? – воскликнул в недоумении Этирей.

– Командующий, да они его сразу же повернут против нас. – Это безумие, – загалдели за столом офицеры.

Этирей схватился за голову, но увидел, что переводчик всё это время переводил Долгоону, что происходит вокруг. – Стоп, закричал Этирей, – не переводи ему ничего.

Переводчик повернул испуганное лицо к командующему, – ну вы же сами сказали, переводить всё в точности.

– Да сказал, но это не надо. Спроси, – а зачем ему это надо?

– Он сказал, что это одно из его условий.

– Ах, вот как? Одно из условий?! А можно услышать, наконец, все его условия, чтобы понимать, что он хочет в реальности? А то, пока такое впечатление, что он морочит нам голову.

Толмач повернулся к Долгоону, и передал все сказанное. Землянин кивнул. Переводчик выслушал его и снова повернулся к Этирею. – Долгоон просит его не перебивать. Он выскажет всё, что хочет сказать, а потом вы будете его спрашивать.

Этирей согласно кивнул. – Ну, давай, если так. Ты главное, не забудь ничего.

Долгоон выпрямился и начал говорить. Говорил он, смотря при этом пристально, в глаза Этирею, а рядом стоящие с ним люди, время от времени кивали головой, как бы негласно выказывая говорящему, свою поддержку. Переводчик дождался конца речи. – Долгоон говорит, что у вас безвыходное положение, и без помощи людей вам, одним не справится.

За столом кто-то выкрикнул, – Ну всё. Теперь он хочет нас шантажировать.

Этирей поднял руку, – Тише, давайте выслушаем до конца. Ваши комментарии будут попозже.

Переводчик продолжил. – Долгоон говорит, что оружие ему нужно, потому что он не очень верит, что эти старые пушки смогут эффективно показать, то, что он видел сейчас на экране. А настоящие бои будут потом, здесь, на земле, и он хочет, чтобы люди смогли также эффективно сражаться с врагом, имея в руках это оружие. Он говорит, что только так, мы сможем вместе достойно встретить врага, и не понимать это могут только существа с небольшим умом. Но и это ещё не всё.

– Небольшим умом, – недовольно хмыкнул Этирей. – Продолжай.

– Так вот, если даже Долгоон согласится, то за ним пойдут лишь несколько сотен рабочих его шахты, а здесь нужно в сотни раз больше. И если вы хотите, чтобы за вами пошло столько людей, – вы должны обещать им что-то более существенное, чем просто выжить.

– А что значит более существенное? Разве защитить свои жизни, – это не в интересах людей? Разве это не существенно? – развел недоуменно руками Этирей.

– Нет. Долгоон сказал, что люди здесь и так все затравлены и запуганы, и здешняя жизнь им в тягость. Многие потеряли свои семьи, а их жизнь теперь вдали от их дома, от их земли. И теперь, что смерть от краснокожих, что от зеленокожих, – для них уже никакой разницы не имеет. А вот, если у них была бы надежда, – вот тогда они смогли бы сражаться так, как будто это их родная земля.

– Ну, и что он тогда предлагает? Я что-то не совсем понимаю, к чему он клонит?

– Долгоон говорит, что в случае победы, – все, кто останется в живых, будут отправлены назад, – на свою Землю.

– Что? – застонал Этирей. – Да это невозможно. Как он себе это представляет? Это же нереально.

Миртаан, наклонился к Этирею. – Командующий, да пообещайте же им, что угодно, а после победы мы сами разберемся с ними.

Этирей усмехнулся. – Если я даю слово, значит, я его сдержу. Командующий выпрямился и повернулся к офицерам. – А землянин, наверное, прав. Если мы не пойдём на его условие, – нас всех здесь ждёт смерть, а потом гефестиане доберутся и до Земли.

Этирей повернулся к переводчику. – Так, я хочу для себя чётко понять, – правильно ли я понял его условия. Он хочет, чтобы земляне получили доступ к оружию, а в случае победы, все, кто захочет вернуться, назад на Землю, – смогли бы это сделать. Так, да?

Переводчик перевёл, и Долгоон кивнул и начал что-то говорить.

Толмач продолжил. – Да, именно это Долгоон и говорит. Но он ещё говорит, что сейчас речь шла только насчет него и его людей, а вам надо разговаривать со всеми, кто находится здесь, на Таураане. Но с землянами должен говорить землянин, и тогда его словам поверят больше, а для этого Долгоон сам хочет сделать это. Поэтому ему надо срочно выучить несколько земных языков, а также он хочет знать таланский, чтобы говорить с вами напрямую, без меня. И еще он хочет, чтобы Вы лично дали ему слово, что не обманете его, с возвращением людей на Землю. Тогда он будет уверен, что конкретно надо говорить землянам.

Этирей тяжело выдохнул, – Хорошо, я даю ему моё слово. Но и пусть он тоже даст своё слово, что не повернет оружие против нас.