Якорь души - Евгений Аверьянов Страница 10

Я нахмурился, задумавшись.

— И когда начались пустоши…?

— Все бросили. Рабочие разбежались, хозяин вроде пытался выехать на бронированном кроссовере, но слухов потом не было. Говорят, в город не попал. Посёлок просто остался, гниёт где-то на границе старых дорог.

Я прищурился.

— Если даже половина того, что ты описал, сохранилась — это идеальная точка.

— Там далеко, — заметил Саша. — Но если есть шанс на стены и фундамент, это уже лучше, чем собирать крепость с нуля.

— Ты найдёшь дорогу? — спросил я у Ильи.

— Найду, — уверенно кивнул он. — Там был старый маршрут через промышленную зону, потом поворот у разрушенного моста и в лес. Я примерно помню. Если ориентиры остались — выведу.

Я кивнул. Всё складывалось слишком точно, чтобы это был просто случай.

— Значит, это наш следующий путь, — сказал я. — Проверим. Если место подходит — закрепим его за собой.

— Начнём строить? — с осторожной надеждой спросил Илья.

— Начнём возвращать себе землю.

И если там действительно стоит полуготовая крепость — она не будет пустовать долго.

Мы обошли почти весь периметр восточной окраины, пробрались через несколько полузасыпанных тоннелей, заглянули в пару ржавых гаражей и старых складов.

Ничего.

Ни старых внедорожников, ни грузовиков, ни мотоциклов — всё либо сгнило, либо разобрано, либо вывезено теми, кто был проворнее. Даже велосипеды, и те были либо без колёс, либо уже вросли в землю.

Я выпрямился, оглядел заброшенное шоссе, уходящее в туман.

— Похоже, пешком, — спокойно сказал я.

Саша выругался себе под нос.

— Ну, хоть ноги у нас теперь другие, — усмехнулся Илья. — С новыми средоточиями — уже не проблема.

— Два дня, — кивнул я. — Если идти без спешки. Для вас — это уже серьёзный вызов. Для меня — прогулка.

Мы уже собирались уходить, когда я остановился, посмотрел на сереющее небо над трущобами и произнёс:

— Знаете… прежде чем выдвигаться… стоит сделать ещё кое-что.

— Что именно? — насторожился Саша.

— Пройтись по другим поселениям трущоб. Их тут как минимум четыре в радиусе пяти километров. Может, среди них найдутся ещё кандидаты.

— В будущую армию? — прищурился Илья.

— Нет, — покачал я головой. — В будущую гвардию. Тех, кто будет в основе. Не просто бойцы. Люди, которых можно научить думать, стоять до конца, решать, а не только исполнять.

— Как ты нас нашёл, — сказал Саша, почти шёпотом.

— Нет. Вы нашли меня. Я лишь помог вам увидеть, кем вы можете быть.

Парни молча кивнули.

— Но… кого искать? — спросил Илья. — Людей вроде нас? Мы тогда и сами не знали, кто мы.

— Я почувствую.

Потенциал — как свет, он прорывается сквозь оболочку. Нужно только вглядеться глубже. Вы со мной — а это значит, вы тоже начнёте его замечать. Чуть позже.

— А если кто-то откажется?

— Пусть. Я не вербую. Я даю шанс. И если кто-то его не возьмёт — это его выбор. Но если даже пара человек откликнется… это уже не трое.

Илья хмыкнул:

— Тогда начнём с ближайшего сектора? Северный?

— Да, — подтвердил я. — У нас пара дней до выдвижения. Потратим их с пользой.

И пусть никто ещё не знал имени этой будущей крепости…

Сердце её уже билось.

За пару дней мы обошли все окраины. Где-то нас встречали с опаской, где-то с безразличием. Пара раз пришлось остановить потасовки, в одном из секторов — подавить банду, державшую в страхе район. Ненадолго.

Но результат стоил того.

Я нашёл десятерых.

Людей с неочевидным, но отчётливо ощущаемым потенциалом. Один — бывший инженер с забитым взглядом и пальцами, привыкшими к микросхемам. Другая — девушка из ремонтной бригады, молчаливая, но с яркой искрой в душе. Были и более грубые, прямолинейные, но в каждом — нечто большее, чем просто желание выжить.

Пока Саша и Илья продолжали осваиваться с телами, я помог им достичь третьего уровня наполнения во всех трёх средоточиях. Это был первый настоящий рубеж — дальше всё шло медленнее, требовалось больше энергии, осознанности, работы над собой. Но начало положено.

С новыми кандидатами я был осторожнее.

— Ты… не хочешь сделать им то же самое? — спросил Саша, наблюдая, как я смотрю на десяток будущих союзников, собравшихся у костра.

— Хочу, — сказал я. — Но не вслепую.

Я поднялся и подошёл к группе. Они встали, как по команде. Некоторые тревожно переглянулись.

— Прежде чем я открою вам путь, — начал я, — вы должны понять: я не играю в бога. Не раздаю силу просто так. Я не из тех, кто создаёт секту. Но… знания, которыми я делюсь, опасны. Если они попадут в чужие руки — это обернётся разрушением. Моим. Вашим. И, возможно, того будущего, за которое мы сражаемся.

Я сделал паузу.

— Поэтому — клятва. Добровольная. Через систему. Она не будет сковывать вас, не заставит служить. Но она исключит предательство. Она защитит вас и меня от того, что может случиться, если кто-то решит, что знает лучше.

Кто-то сглотнул. Один шагнул вперёд — молча. Затем ещё двое. Вскоре — все.

Система зафиксировала клятвы.

Они стали первой клятвенной десяткой. Первыми, кто не просто доверился мне, а подтвердил это на уровне, где ложь невозможна.

— Завтра утром, — сказал я, — мы выходим. Путь займет два - три дня. Если место подойдёт — оно станет нашим домом. И не просто приютом — оплотом нового порядка.

— Ты хочешь стать царём? — спросил кто-то с усмешкой.

— Я не хочу царства, — ответил я. — Я хочу, чтобы каждый разумный мог сам решать, кем он станет. Без подачек. Без кланов. Без родов.

— Но кто-то должен стоять первым, — сказал Илья.

— Возможно. Но не выше — а впереди.

В ту ночь огонь горел особенно ровно.

Мы шли плотной группой, не привлекая внимания. На рассвете миновали последние ржавые будки и сползшие с опор кабели. Вышли на открытую зону — бывшую промплощадку, где ветер гонял обрывки пластика и сухую траву. Впереди — старая трасса, уходящая на восток. Путь был свободен. Почти.

Почти — потому что нас уже ждали.

Из тени рухнувшей эстакады вышли дюжина человек