Александр Руднев - Бабочка в янтаре (СИ) Страница 102

— Я познакомился с Вэем три с половиной месяца назад на Тибероне-16. Тогда он спас мне жизнь, как мне казалось. Однако позже выяснилось, что он был частью грандиозного спектакля, разыгранного для моего испытания перед получением диплома. Между тем я не уверен даже в этом.

— Не совсем понимаю, — перебил его Климов.

— Если бы я понимал, — усмехнулся Егор, — потом мы вместе добрались до Галилеи, где собрали информацию о «лиловых», после чего направились на базу, координаты которой мне передал погибший друг. База была атакована, нам удалось подбить несколько истребителей и выйти из боя с повреждением двигателя.

— Как же вы оказались на Y-876? — спросил капитан, — Ведь это световой месяц пути.

— Вот тут провал, — Астахов почему-то решил не посвящать новых знакомых в обстоятельства пребывания в «подпространстве», да и про пирамиду тоже решил умолчать, — каким-то чудом.

Он пожал плечами, заметив искру недоверия во взгляде Климова.

— Странная история, — отметил тот, — и как теперь изловить Вашего приятеля?

— Надо попробовать ультразвуковой сенсор, который реагирует на движение.

— Вы думаете, мы не пробовали? — усмехнулся Игнатов, — Скорее всего, у него рассеиватель.

— Он ловкий малый, — согласился Егор, соображая, как обнаружить Вэя в тумане, а как же ваш маяк, ведь именно благодаря ему вы нашли нас?

— К сожалению, маяк замолчал, — сказал капитан, — или источник энергии иссяк, или атмосферные электровихри гасят сигнал.

— Да, уж, не очень обнадеживает, — пробурчал Астахов, — у него дыхательной смеси на пару часов, можно просто подождать, а потом ножками дотопать до трупа, — он поморщился, представив мертвое тело Вэя.

— Можно и так, — кивнул Климов, — только нашу посадку могли засечь с патрульного крейсера. А значит, времени у нас немного.

— Интересно, на что он рассчитывает? — задумчиво спросил Игнатов, — Планета необитаема на все сто пятьдесят процентов. Аборигенов он здесь точно не найдет.

Егор был прекрасно осведомлен о подготовке китайца и его выносливости, но помощник капитана был прав — на что можно рассчитывать, если у тебя контейнер с кислородом на два часа жизни. Тут никакая выносливость и смекалка не поможет. Если только…

— Капитан! У Вас есть корабль на орбите?

Климов и Игнатов переглянулись.

— Есть.

— Свяжитесь с ним, запросите анализ пространства.

— И что искать будем? — насторожился капитан.

— Вы говорили, что кейс очень важен, — пояснил Егор, — и скорее всего не только для вас.

— Черт! — выругался тот, — Дайте связь с «Корсикой»! — крикнул он пилотам.

— Капитан! «Корсика» на связи, — доложил Като.

— Внимание! Я — «Скиф-три» — назвал он позывной, — дайте картинку окрестностей!

— Что случилось, «Скиф? — раздался голос дежурного офицера.

— Срочно нужен анализ пространства!

— Хорошо, хорошо, — в тоне отвечающего проскользнули нотки раздражения.

Через минуту все тот же офицер сообщил, что горизонт чист, и Климов, закончив сеанс связи, вопросительно взглянул на Астахова и спросил:

— А Вы чего ждали?

— Хотелось бы верить, что все действительно спокойно, — вздохнул Егор, не обращая внимания на скрываемое раздражение собеседника.

— Внимание! Внимание! — раздалось в динамиках, — «Корсика» вызывает «Скиф-три»!

— На связи, — ответил капитан.

— Со стороны солнечной системы наблюдаю три объекта. Как приняли?

— Что за объекты?

— Похоже, корабли среднего класса.

— Время подлета?

— Три часа, не больше.

— Вас понял, спасибо.

Климов вытер пот и сел в кресло. Кажется, опасения Астахова сбывались. Китаец каким-то образом вызвал звездолеты Корпорации, поэтому и сбежал в надежде дождаться их прибытия.

— Надо уносить ноги, капитан, — сказал Игнатов, ожидая приказа о выходе на орбиту.

Однако тот медлил.

— Дайте мне локальную связь! — попросил Егор.

— Зачем?

— Хочу поговорить с приятелем.

После того как ему протянули активную гарнитуру, он подошел к мониторам, на которых клубился все тот же грязно-зеленый туман и попытался вызвать Вэя.

— Я знаю, что ты меня слышишь, Вэй. Не знаю, что ты задумал, но те, кого ты ждешь, прилетят позже, чем у тебя закончится кислород.

После нескольких секунд он продолжил:

— Мы ведь были друзьями, Вэй. Когда ты так изменился? Вспомни, как мы едва не погибли на Тибероне, а потом у базы «лиловых». Как ты выручал пилота, потерпевшего крушение. Как думаешь, твой отец одобрил бы все то, что ты сделал?

— Оставь в покое моего отца! — прохрипел китаец, — У меня не было выбора. Ты ничего не знаешь, Егор. Я с самого начала должен был быть рядом с тобой. Им нужен этот кейс. И они за ним уже летят.

— Что тебе пообещали?

— Мне ничего не нужно.

— Как же им удалось тебя сделать предателем?

— Я никогда не был предателем. Я никого не предавал, а лишь пытался сохранить жизнь своей семье. Это ты бредил безумными идеями спасения мира.

— Перестань! Мы же вместе…

Егор перевел взгляд на Игнатова, о чем-то тихо говорившего с капитаном. Краем уха он расслышал, что они запеленговали передатчик и направляются туда. Корабль устремился в гущу тумана к точке, в которой засекли китайца. Вэй умолк, видно, поняв, что происходит, но уйти не успел. Сенсоры засекли его движение, и вскоре на бегущего человека набросили сеть.

Егор видел на мониторе, как двое бойцов подошли к кокону из сети, в котором барахтался Вэй. Забрав кейс, и оружие, они сняли сетку и вернулись на борт.

— Вы не понимаете!.. — кричал Вэй, когда корабль набирал высоту, оставляя после себя столб гари, смешанной с пылью.

Астахов хотел было что-то ответить, но промолчал, сняв гарнитуру и положив ее на панель.

— Надо забрать его, — обратился он к Климову.

— У нас мало места, — был ответ, — не беспокойтесь, ему оставили дополнительный запас кислорода, до прибытия кораблей Корпорации хватит.

— Выходим на орбиту, — доложил Игнатов, — приготовьтесь к стыковке и отключению гравитационных подушек.

Глава 29

Хог уже несколько минут пытался понять, что произошло, и куда подевался астероид, с которым они должны были неминуемо столкнуться. Капитан доложил, что тот просто испарился. Прямо перед ударом, до которого оставались секунды. Никаких взрывов, никаких вспышек, н и ч е г о. Теперь весь экипаж ломал головы, как кусок камня двести километров в диаметре, по всем расчетам призванный стать их общей могилой, вдруг исчез, словно, его и не существовало.

— Капитан! Что это было? — на всякий случай спросил он худощавого седого мужчину, понимая, что тот вряд ли сможет дать вразумительный ответ.

— Пытаемся понять, господин Хог.

— Такое вообще возможно?

— Сенсоры засекли астероид за несколько миллионов километров, — вслух размышлял капитан, — могли выйти из строя именно они.

— Причем здесь аппаратура? Если я видел своими глазами эту глыбу, — возразил Рэм, — а потом она просто испарилась.

— Я еще ни разу с таким не сталкивался, но одно могу сказать точно — перед чудесным исчезновением этой самой глыбы приборы засекли странный объект, менявший форму и цвет, — сказал тот и снова углубился в колонки цифр на мониторе.

— И где этот объект?

— Испарился также, как и астероид.

— Покажите!

Капитан приказал вывести на монитор запись, на которой действительно странное тело трансформировалось в различные фигуры, переливаясь всеми цветами радуги, а затем растаяло, будто ничего и не было.

Хог потряс головой.

— Час от часу нелегче.

— Прикажете продолжать полет? — спросил командир корабля.

— Следуем заданным курсом, — кивнул Рэм, — и проанализируйте инцидент тщательным образом.

— Будет исполнено.

Когда напряжение немного ослабло, и страсти улеглись, Хог вспомнил о цели экспедиции.

— Сколько еще до места?

— С учетом разгона часов двенадцать, — доложил седовласый капитан.

Хог вышел из рубки, и остаток пути провел в каюте, где ему удалось немного вздремнуть, однако большую часть времени он пытался еще раз осмыслить несостоявшееся столкновение и второе рождение, а может быть, коллективное помешательство членов экипажа всех трех кораблей.

На ум приходили самые невероятные объяснения, вплоть до абсурдной идеи о том, что они все незаметно для себя попали на тот свет. Однако сообщение капитана о подлете к точке развеяло эти несуразные мысли, вернув к реальности, и напомнило о «грязной» работе, которую нужно было сделать, чтобы выполнить поставленную задачу.

Планета серым полукругом выступала из темноты космоса. Одно из светил лишь выглядывало из-за линии горизонта, а второе тускло освещало ближнюю часть полушария. Между тем, первая звезда была так далека, что свет едва доходил досюда, а другая представляла собой угасающего гиганта, уже не способного обогреть систему из четырех планет.