Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников Страница 127

– Про что это? – попытался сделать вид, что ничего такого не было Даниил, кляня себя за то, что не выдержал и проговорился-таки. Был же, наверное, какой-то способ всё разрулить не болтая, был… но вчера он его найти не смог. Устал, был эмоционально опустошён после тяжёлого и долгого спора в Экипаже – и на тебе! Проговорился.

– Про этот твой Союз соци… уж не помню каких там республик. Который после империи в тысяча девятьсот двадцать втором году образовался. – Николай сделал паузу и серьёзно посмотрел на Даньку. – Ты вот что – отправляйся к себе. А я… сегодня и ещё пару дней я, судя по всему, буду сильно занят – так что у тебя будет немножко времени подлечиться. А вот потом готовься – вызову в Зимний и с живого не слезу.

Часть III

Россия сосредотачивается

1

– А это тоже оттуда, из будущего?

– Да.

– И как это называется?

Данька поднял голову и посмотрел на… императора всероссийского Николая I, сидящего напротив него с крайне любопытным выражением лица, после чего вздохнул.

– Линимент бальзамический по Вишневскому. Антибактериальное и вяжущее средство, ускоряющие процессы регенерации.

Что такое бактерии и регенерация, Николай сейчас, спустя несколько дней их почти непрерывных разговоров, уже знал. Ну как непрерывных… Первую половину дня новоиспечённый император проводил в делах – по итогам бунта велось серьёзное расследование, кроме того, вовсю шла подготовка к коронации, которая по традиции должна была пройти в Москве, в каковую убыл Михаил, назначенный ответственным за сие весьма важное мероприятие, плюс Николай активно занимался расстановкой своих людей на ключевые посты. Он и Даньку попытался с ходу ввести в Государственный совет, сделав графом. Прям на Госсовете в присутствии Константина об этом заявил. А когда его попытались остановить – взбеленился и наорал на присутствующих:

– Мой papa своего брадобрея графом сделал, а я того, кто меня от штыка бунтовщика грудью заслонил, не могу?! Да ещё и, если вы, господа, помните, он Россию в число самых технически развитых держав вывел…

Так что к Даньке он заявился с гербовой грамотой наперевес. От чего бывший майор пришёл в ужас. Потому что, во-первых, представил, какая волна ненависти на него обрушится, и, во-вторых, у него ну совсем не было времени на то, чтобы заседать во всяких советах… Но от «графа» ему отвертеться так и не удалось. А вот от места члена Государственного совета отбиться получилось.

– Ну сам подумай, Николай, – мне железные дороги строить надо, ту, что между двумя столицами уже вот-вот стройку запустим… заводы новые – нефтеперегонный, паровых машин в Нижнем ещё достраивается, сантехники… Зимний и Аничков дворцы ты, опять же, вот сам же и приказал мне такой же канализацией и водопроводом оборудовать, как это в Мишкином дворце сделано. А это ж убиться, какие площади! Плюс явно это не последняя такая работа будет… Ну откуда у меня время будет в этом твоём Совете торчать? Тебе же явно просто моего присутствия на заседаниях будет мало – ты ж меня явно ещё и нагружать начнёшь всяким разным! Или ты предлагаешь ничего из перечисленного не делать? Если да – так я не против. Буду сидеть – разговоры разговаривать, только вот дела стоять будут.

Так что Николай, хоть и скрепя сердце, согласился с его доводами. Однако заявил, что когда «граф Николаев-Уэлсли» немного разберётся с делами – они ещё вернутся к этому вопросу… А потом они запирались в его покоях, и Даниил начинал свой рассказ.

Плавного повествования не получилось. Николай как будто вернулся во времена своего детства. Он восторженно ахал, охал, перебивал бывшего майор вопросами, взмахивал руками… но, когда они перешли к конкретике, выяснилось, что на большую часть наиболее животрепещущих вопросов ответов у Даниила нет.

– То есть ты не знаешь, когда состоится новая война с Османской империей?

– Ну я же тебе уже говорил: единственное, что я помню, – это война тысяча восемьсот семьдесят восьмого года. Когда нашим удалось освободить Болгарию. Были ли какие-то раньше – не помню… ну, за исключением тех, что мы с тобой уже изучали здесь.

– А когда мы разобрались с Кавказом?

– Да до конца никогда, – вздохнул Даниил. – У нас и в тысяча девятьсот девяносто третьем война с Чечнёй была, и в двухтысячном… А если что поближе к нынешнему времени брать – так Лермонтов в Пятигорске на дуэли в тысяча восемьсот сорок первом погиб, как раз служа на Кавказе.

– Лермонтов?

– Поэт такой и офицер. Гусар вроде… – год смерти Лермонтова бывший майор запомнил, потому что был однажды с Марьяной по путёвке в военном санатории в Минводах и ездил из него на экскурсию в Пятигорск. А посещение могилы Лермонтова было в подобных экскурсиях обязательным пунктом. – Именно он, кстати, «Бородино» написал.

– Вот как… Значит, все остальные стихи и песни тоже не твои?

– Ну да…

– Хорошо, а сколько будет править Мохаммед-шах и кто получит корону после него?

– Не знаю.

– А какую политику будет проводить Карл Х?

– М-м-м… а кто это?

– Король Франции.

– Не знаю.

– Когда отойдёт от дел Меттерних?

– Не знаю… – в конце концов Данька не выдержал и слегка психанул. – Да пойми ты, там, в будущем, я был всего лишь майором, причём интендантом. На складах служил. Занимался учётом и содержанием артиллерийского вооружения и боеприпасов. Причём склады эти располагались в лесах под Челябинском. Всё! Ну откуда я могу знать ответы на твои вопросы?

Николай озадаченно замер:

– А-а-а… зачем там склады? У вас часто восстают киргизы?

– Кто? – удивился бывший майор. – А-а-а… нет. Киргизия – уже тридцать лет как отдельное государство.

– И вы с ним воюете?

– Да нет же… склады были построены, ещё когда мы были в одном государстве. А в глубинке… да хрен его знает. Наверное, чтобы скрыть их от американцев.

– От кого?

– Ну-у-у… здесь пока это называется Северо-Американские Соединённые Штаты.

Николай удивлённо вскинул брови:

– А чем вас так напугали эти дикие люди? Это ж мелкая отсталая страна…

Даниил вздохнул:

– Это сейчас они – мелкая отсталая страна, а в будущем – сильнейшее государство планеты. СССР с ними почти пятьдесят лет бодался и в конце концов проиграл – распался на куски.

Молодой император удивлённо покачал