Дед против богов: чип им в дышло! - Алексей Улитин Страница 19

Он оттолкнулся от стены. Огляделся — пещера, два плоских камня, пустой глиняный сосуд, темнота в углу. Хорошее место. Жалко уходить.

— Время, — сказал Жуков. — Идём.

Угур уже стоял с бурдюками — собрался без лишних движений, пока дед думал. Молча, быстро. Жуков отметил: умеет собираться. Десять лет выработали рефлекс — когда надо уходить, уходи сразу, не жди.

Они поднялись по ступеням. В основной тоннель — осторожно, Жуков первый, высунулся, осмотрел. Пусто. Факелы горят, в дальнем конце — движение, но далеко. Тени на стенах, голоса — неразборчиво.

— Смена, — сказал Угур тихо. — Идут.

Точно — из темноты в дальнем конце тоннеля тянулась цепочка лулу. Шли молча, ровно, в одном ритме. Смена начиналась.

— Нам туда, — сказал дед.

Они вышли из бокового тоннеля — спокойно, без суеты. Жуков сразу взял темп идущих, встроился в хвост колонны. Угур — чуть сзади, в стороне, как и должен идти водонос: не в строю, но при деле.

Никто не обернулся. Никто не заметил.

Жуков шёл и думал: вот оно. Главное правило маскировки — не прятаться, а совпадать. Не надо тёмного угла и хитрого укрытия. Надо просто делать то же, что все, с той же скоростью и той же рожей. Он это знал ещё с завода — когда не хотел, чтоб начальник цеха нашёл ему лишнюю работу, двигался именно так: занят, при деле, не трогай.

[Навык «Параноидальное чутьё»: активен. Обнаружено: повышенная активность в верхней части шахты. Направление: сверху. Дистанция: уменьшается. Скорость: высокая.]

— Быстро спускается, — пробормотал дед себе под нос.

Колонна втянулась в рабочий сектор — тот самый, где вчера копали. Жуков знал здесь каждый метр теперь — жилу, где работал, трещину в потолке, место у стены, где сидел вечером. Профессиональная память: прораб запоминает объект с первого обхода.

Главное сейчас — жила.

Он выбрал место — не то, где вчера стоял, чуть левее. Там жила шла толще, сантиметров восемь в ширину, уходила вглубь породы плотным пластом. Руда богатая — это видно даже без Системы, просто глазами, просто по блеску.

Встал рядом. Почти вплотную к стене — правый бок в тридцати сантиметрах от жилы.

[Электромагнитный фон: высокий. Интерференция нейросигнала: активна. Эффективность «Антисети»: 40 % + 30 % = 70 %. Исходящий сигнал субъекта LU-7-042: подавлен на 70 %.]

— Семьдесят, — прочитал дед. — Тридцать всё равно уходит. Ладно. Тридцать — это фон, это шум. В общей массе — может, не заметит.

Он взял кирку. Ударил в породу — ровно, по слою. Пыль полетела. Кирка вошла хорошо.

[Таймер нормы: запущен. Выполнено: 0 кг / 50 кг.]

— Опять пятьдесят, — буркнул Жуков. — Ну хоть стабильность.

Он копал и слушал. Гул сверху становился ближе — теперь уже слышно было не через камень, а через воздух. Что-то двигалось по вертикальному стволу шахты вниз — плавно, без рывков, явно на каком-то механизме. Платформа, решил дед. Или лифт. Аннунаки делают для себя удобно, это понятно.

Лулу вокруг работали. Ритмично, тихо, без остановок. Никто не поднимал головы. Никто не смотрел вверх.

Один Жуков слушал.

И чувствовал — через «Параноидальное чутьё», через старый прорабский инстинкт, через что-то третье, чему нет названия — как сверху спускается что-то большое. Не надсмотрщик. Не рядовая проверка.

Хозяин.

— Ну, — сказал Иван Петрович Жуков себе тихо, не прекращая копать. — Познакомимся.

- - —

Нинъурта вошёл в тоннель с северной стороны.

Жуков засёк его периферийным зрением — не повернул головы, не замедлил ритм, просто отметил: вот он вошёл, идёт вдоль стены, один. Без свиты, без надсмотрщиков рядом. Большой начальник и без охраны. Либо очень уверен в себе, либо хочет, чтобы никто не знал, зачем пришёл.

Жуков копал и смотрел.

Нинъурта был моложе того аннунака, которого дед видел вчера. Не по виду — по движениям, по повадкам. Тот, вчерашний, ходил медленно, так ходят люди, которые давно всё видели и ничему не удивляются. Этот — иначе. Быстрее, точнее, с той энергией, которая бывает у людей, которым ещё что-то интересно. Учёный, вспомнил Жуков из плана — генный инженер. Ученик Энки.

Ростом — чуть меньше двух с половиной метров. Для аннунака, видимо, невысокий — вчерашний надзиратель был крупнее. Кожа — светлее, тоже бронзовая, но с более золотистым отливом. Одет не в доспехи — в что-то вроде плотного комбинезона, тёмного, с полосами металла на плечах и запястьях. На поясе — устройство, которое Жуков не опознал: плоское, размером с ладонь, светится слабым синим.

Сканер, решил дед. Вот чем сканирует.

[Субъект: Нинъурта. Раса: Аннунаки. Специализация: генетика, нейроинженерия. Уровень:???. Класс: Куратор серии LU. Статус: ОПАСЕН. Намерения: анализ аномалии.]

— Анализ аномалии, — повторил дед беззвучно. — Это я, значит, аномалия.

Нинъурта шёл медленно — не потому что устал, а потому что смотрел. Останавливался у каждого лулу на секунду — доставал устройство с пояса, держал рядом. Синий свет пульсировал. Убирал. Шёл дальше.

Жуков наблюдал за этой процедурой внимательно — методично, запоминая каждую деталь. Как долго держит сканер. На каком расстоянии. Как реагирует на показания — когда что-то не так, замедляется ли, меняется ли выражение.

Выражение менялось редко. Нинъурта смотрел на лулу с тем же выражением, с каким смотрят на показания приборов — внимательно, но без эмоций. Данные. Просто данные.

— Лаборант, — пробормотал дед себе. — Чистый лаборант. Не злой, не добрый. Методичный. Таких на заводе боялись больше, чем орунов — орун поорёт и забудет, а методичный найдёт всё до копейки и запишет.

Нинъурта прошёл треть тоннеля. Двигался в сторону деда — неторопливо, но неотвратимо. Жуков считал расстояние: сорок метров. Тридцать пять.

Угур появился с бурдюком воды — возник из темноты, как всегда, тихо. Пошёл по своему маршруту — от одного лулу к другому. Не смотрел на Нинъурту. Не менял темпа.

Хорошо, отметил Жуков. Правильно.

Тридцать метров.

Нинъурта остановился у парня с тёмными волосами — того самого, который вчера бил кирку поперёк слоя. Поднял сканер. Подержал дольше обычного — секунды четыре, не две. Что-то увидел. Нахмурился — едва заметно, чуть сошлись золотистые брови.

Потом — достал из кармана комбинезона маленький предмет. Тонкий, металлический, похожий на стержень. Приложил к виску парня — тот не дёрнулся, стоял смирно. Стержень мигнул синим.

Парень вернулся к