Храм Крови - Екатерина Алферов Страница 2

— Единственное, что я чувствую, это то, что Ма Цзюнь забыл помыться на постоялом дворе! Эй, жирдяй Ма! Когда в последний раз видел воду? Год назад?

Ма Цзюнь огрызнулся:

— Сам ты не мылся! Лучше понюхай свои подмышки, старый медведь!

Все, кто слышал их перепалку, рассмеялись. Я тоже улыбнулся, но чувство тревоги не отпускало.

Сяо Лань шла чуть впереди. Я подошёл к ней тихо:

— Лань, ты ничего странного не замечаешь?

Она посмотрела на меня холодным взглядом:

— Нет. А что?

— Запах скверны. Слабый, но есть.

Сяо Лань нахмурилась, остановилась и замерла, закрыв глаза. Я знал, что она обладает хорошим чутьём: как разведчик и убийца она умела различать малейшие изменения в окружающей среде. Через несколько секунд она открыла глаза и покачала головой:

— Ничего. Возможно, это остаточный запах от той битвы с волками, который прилип к твоей одежде или оружию?

Я задумался. Возможно ли это? Может, скверна действительно въелась в мою одежду или в меч? Но я тщательно постирал испачканное, менял одежду и чистил оружие. Так не бывает, чтобы запах держался так долго.

К концу дня я уже начал сомневаться в собственных чувствах. Может, это просто моё воображение? Звериная натура обостряет все чувства, но иногда эти чувства могут обманывать. Или я так впечатлился тем, что мы скоро минуем границу с Империей, где скверна процветала, что у меня начались галлюцинации.

На постоялом дворе вечером Юэ Ган, лидер «Клыка Севера», увидел, что я всё ещё принюхиваюсь и подошёл:

— Ли Инфэн, я слышал, тебе мерещится запах скверны?

— Да, — кивнул я. — Чувствую постоянно, но слабо. Никто больше не замечает.

Юэ Ган усмехнулся, но не насмешливо, скорее с пониманием:

— Знаешь, это нормально после такого масштабного боя с порождениями тьмы. Этой зимой на севере меня тоже постоянно преследовала эта вонь. Разум запоминает опасность и начинает искать её везде. Видит угрозу там, где её нет. Это называется боевой памятью. Пройдёт через несколько дней, когда успокоишься.

Он похлопал меня по плечу:

— Не переживай, парень. Ты кузнец, не привык к таким передрягам, но у всех так было и это пройдёт.

Я прикусил язык, чтобы ничего ему не ответить.

Остальные, услышав наш разговор, тоже начали подшучивать, но не злобно, скорее по-дружески:

— Эй, молодой наёмник Ли, может, проверишь мою телегу? Вдруг там демон прячется? — смеялся торговец Лянь.

— Или в моём мешке с рисом! Точно, в рисе засела скверна! — подхватил Чэнь Бо, и даже его вечно нервное лицо расплылось в улыбке.

— Нет, нет, я точно чую! Скверна большом бочонке вина на телеге старика Хуана! — заявил Тао. — Дайте его мне, я проверю!

— А я помогу! — тут же добавил Ма. — Тебе точно понадобится помощь, ты один не справишься!

— Ну уж нет! — расхохотались купцы. — Знаем мы вас!

Чжао Ю, лучник, подмигнул мне и похлопал по плечу:

— Самый младший впечатлился. Наш командир сказал верно, всё пройдёт.

Я вынужденно улыбнулся в ответ. Возможно, они правы. Возможно, это действительно просто моё воображение, но инстинкт всё равно не давал успокоиться. Внутри, в глубине сознания, белый тигр тихо возмущался, и я вместе с ним…

Я привык доверять своим чувствам. Что-то было не так. Но что?

На следующий день, в полдень, мы остановились на короткий привал у небольшого ручья.

Старик Хуан, торговец специями, распорядился накрыть общий стол, была его очередь угощать. Он был в отличном настроении: дорога шла спокойно, товары целы, да охрана надёжная.

Из его телеги достали корзины с едой, которые он запас на постоялом дворе: свежие лепёшки с кунжутом, варёные яйца, жареное мясо, маринованные овощи и даже несколько кувшинов рисового вина. Не пир, но по меркам дороги это было роскошью.

Мы расселись на поваленных стволах деревьев и больших камнях у ручья. Наёмники с двух команд смешались: кто-то уже подружился, а кто-то просто вежливо терпел присутствие друг друга. Купцы тоже присоединились, кроме У Фэна, который остался у своей телеги, что-то проверяя среди своих многочисленных кувшинов и ящиков.

Старик Хуан поднял чашку с вином:

— За удачный путь! За храбрых защитников! И за то, чтобы дорога дальше была такой же спокойной!

— За удачу! — откликнулись все хором.

Вино было не самого лучшего качества, немного кисловатое, видимо, старый купец решил немного сэкономить, а может на постоялом дворе не нашлось ничего лучшего. Зато лепёшки были ещё тёплыми, с хрустящей корочкой, а мясо просто таяло во рту.

Тао уплетал за обе щеки, набивая рот так, что едва успевал жевать. Ма Цзюнь, его новый товарищ по арьергарду, не отставал. Они явно нашли общий язык через любовь к еде и вину.

Лин Шу сидела рядом с Сяо Лань. Они молча ели, обмениваясь редкими короткими фразами. Два разведчика и две одиночки, но было видно, что они уважают друг друга.

Мэй Сюэ сидела рядом со мной. Она аккуратно ела, маленькими кусочками, и я невольно обратил внимание на изящество её движений. За время пути она немного подрастеряла свой городской лоск, но это её совершенно не портило. Я бы так и любовался, если бы тигр не рыкнул и не напомнил мне о еде.

— Как твои руки? — неожиданно негромко спросила она.

Я посмотрел на свои ладони, сжимающие свежую лепёшку.

— В порядке. Всё зажило.

— Хорошо, — она кивнула и продолжила есть.

Когда трапеза подошла к концу, мы снова тронулись в путь. Старик Хуан был доволен: все сыты и в хорошем настроении, караван движется без проблем. Чэнь Бо перестал дёргаться от каждого шороха. Лянь насвистывал какую-то песенку. Даже У Фэн, обычно замкнутый, слегка расслабился.

…Но я всё равно чувствовал этот проклятый запах скверны. Слабый, едва заметный, но постоянный. Словно кто-то невидимый шёл рядом с нами, прячась в тени деревьев.

Я больше никому не говорил об этом. Просто дал себе зарок быть настороже.

К вечеру мы добрались до постоялого двора.

Это было небольшое, но прочное здание у самой дороги. Двухэтажное, с широким двором для телег и стойлами для лошадей. Хозяин, пожилой мужчина с седыми усами, встретил нас с гостеприимством:

— Добро пожаловать, добро пожаловать! Проходите, проходите! Есть комнаты, есть еда! Загоняйте телеги под навес!

Мы разместились быстро. Купцы сняли комнаты на втором этаже. Наёмники, как обычно, расположились