Олег Филимонов - Злой среди чужих Страница 26

Больше всего меня удивил транспорт, которым пользовались переселенцы. С машинами все было нормально, их и было-то не слишком много, преимущественно внедорожники и небольшие грузовики, но вот лошади меня просто потрясли! Этих зверей и лошадьми-то трудно назвать – вернее, совсем нельзя, хотя какие-то общие черты, безусловно, имелись. Например, на этих животных тоже ездили верхом…

Вообще-то, корпусом они на лошадей смахивали, только выглядели гораздо мощнее. Передние ноги чуть длиннее задних, отчего линия спины спадала вниз. Но неудобств всадникам это, похоже, не доставляло. Шея длинная, голова в целом тоже с лошадиной схожа, если не считать наличия большой зубастой пасти… Я в какой-то книжке по палеонтологии картинку видел, кажется, там похожая тварюга называлась морпусом.[51]

– Это что за звери? – вопросил я шерифа.

– Мустанги. Дорги для нужд колонистов из местной породы вывели. Хотя заплатить изрядно пришлось. Обычные лошади здесь не акклиматизируются, а эти им в скорости почти не уступают, а силой и выносливостью далеко превосходят. Умнее собак, да и жрут абсолютно все, как свиньи или медведи. Здесь и другие похожие на лошадей животные есть – например, гиппарионы, но они мелковаты, а эти самыми подходящими оказались.

– Всеядные? – Действительно, клыки у этого эквивалента лошадок были немаленькие – не хуже кабаньих. И корешки выкопать, и кишки выпустить…

– Всеяднее не бывает! А что наиболее ценно, у измененных особей доминантные гены – при скрещивании с дикими собратьями потомство все нужные характеристики наследует.

Как выяснилось, это было еще не все – на ногах (или лапах?) у этих милых коняшек оказались не копыта, а когти, которые могли втягиваться! Поручик Ржевский бы обзавидовался. Впрочем, и ороговевшая кожа пальцев от копыт мало чем отличалась. Вот такие непарно… когтистые ездовые зверушки у здешних вакеро.

За разговором мы проехали мимо мэрии, а недалеко от нее Эрл показал мне свое место работы – небольшой домик, ничем, кроме скромной таблички на дверях «Шериф», от других не отличающийся.

– Теперь знаешь, где меня искать. Если здесь нет, то я на выезде или в салуне – сейчас туда и заскочим. Дома почти не бываю. Только ночую, да и то не всегда.

Салун «Фронтир» мало чем отличался от своих кинематографических и исторических аналогов. Только двери были нормальные, а не низенькие «крылья летучей мыши», через которые так удобно выкидывать пострадавших в драке. Для желающих культурно отдыхать на воздухе, а не в прокуренном помещении столы были расставлены и на улице, а к салуну пристроен навес. Даже небольшая сцена и танцплощадка имелись – просто центр досуга!

Кроме коновязи, рядом наличествовала стоянка для машин, куда мы и заехали. Шерифовы помощники извлекли из багажника мясо антилопы и потащили его куда-то на задворки, а мы с Эрлом, не заходя внутрь, уселись за столик на улице.

Не успели мы толком расположиться, как подскочила пухленькая, симпатичная официантка в белом передничке, и шериф по-хозяйски распорядился:

– Мари, мы там мясо привези, стейков с картошкой нажарьте, а пока давай пива на пятерых и что-нибудь на закуску. Сэму скажи, что нам переговорить надо будет, попозже, как освобожусь.

Я прям умилился, как родным повеяло. Готов спорить на что угодно, что денег с нас тут не возьмут. Все в традициях расейской милиции. Хотя когда бы это наши менты для крышуемой точки (вернее сказать, той, которую доят, – толку-то с них никакого нет) что-нибудь сделали? Например, мяска подкинули? Нет, за нашей милицией такого не водится. В этом отношении Эрл выгодно отличается. Даже сравнивать нельзя: шериф – это не мент!

– Для виски вроде рановато, или тебе все же чего покрепче? – обратился Гарретт уже ко мне.

– Нет, пиво вполне подойдет.

Вернулись шерифовы помощники и подсели к нам за столик, тут же и пиво подоспело. Нефильтрованное и очень вкусное, кстати. Пока мы, неторопливо отхлебывая, дожидались бифштексов, я рассматривал окружающую публику. Народу по этому времени было немного – человек десять на улице и еще сколько-то внутри заведения. Но, по моим представлениям, здесь могло бы разместиться раз в двадцать больше людей. Салун размерами лишь немного уступал мэрии – самому большому зданию в городе. Шериф подтвердил, что вечером примерно столько и наберется. Слышалась английская и французская речь. А я все никак не мог отделаться от ощущения, что не на другую планету, а прямиком в среду ковбоев, разведчиков-скаутов и трапперов угодил. Ближе к вечеру наверняка игроки и бандиты подтянутся… Просто наваждение какое-то!.. Потом мое внимание привлекли два мужика в красных мундирах, сидевшие через пару столиков от нас. Уже догадываясь, кто они, я все же уточнил свои предположения у шерифа.

– «Красные куртки» – парни из конной полиции.

– Их мундиры-то не демаскируют?

– Не без того, но что поделаешь – традиция. Впрочем, они по кустам не ползают – другие задачи решают. А если потребуется, то и камуфляж наденут.

– Как я понимаю, они не твоя епархия?

– Да, мне не подчиняются, эти ребята больше по окрестностям, а я с помощниками за порядком в городе слежу.

– Что, на весь город вас всего четыре человека? – поразился я.

– Пять. Клод сейчас в участке дежурит. А конной полиции полуэскадрон – они нам в случае чего помогут. Как и мы им. Впрочем, я имею право любого на помощь привлечь – у нас почти все взрослые мужчины, из тех, кто вес в городе хочет иметь, в ополчение записаны. Ты вот будешь в ряды вступать?

– Почему бы и нет. Что для этого надо?

– Ничего особенного, заедем в участок, в списки тебя внесу, подпись поставишь, и все. Только потом будь готов по первому зову с оружием на сборный пункт прибыть.

– И часто прибывать придется?

– Нечасто, только если банда налетит и твоя очередь будет. Много народа еще ни разу не мобилизовали – войн пока не случалось.

– А что за банды? Много их тут?

– Хватает, но в основном небольшие. Негры, латиносы, белое отребье – каждой твари по паре.

Забавно, сам шериф негров неграми величает, а не афро… гекатцами, к примеру, видать, слетает с людей в здешнем климате политкорректное дерьмо.

Принесли куски жаренного на углях, с дымком, мяса. К нему картошку и зелень. И разговор на некоторое время увял – я так от одного запаха чуть сразу слюной не захлебнулся, а когда впился в сочное мясо зубами, стало вообще не до чего… Потрясающе вкусной эта антилопа оказалась! Считается, что выдержанное мясо вкуснее свежей убоины, но я в большинстве случаев предпочитаю парное. А антилопятина меньше часа назад еще бегала.

Об оплате счета, как я и предполагал, никто не вспомнил. Когда с обедом было покончено, шериф отослал своих сотрудников в участок, а мне сказал:

– Пойдем, до оружейного тебя провожу, тут недалеко. Экипироваться будешь.

Ну в таком деле меня упрашивать не надо. Мы поднялись из-за стола, а буквально через пару минут уже подходили к нужному магазину. Действительно, недалеко. Хотя тут все близко…

Магазинчик оказался совсем небольшой. Переступив порог, я обежал взглядом стеллажи с оружием и амуницией. Кажется, выбор не слишком богат… Или это я изобилием земных магазинов избалован?

Зашедший следом Эрл представил меня владельцу магазина – крепкому, светловолосому, немного бульдожистого вида мужику – сразу чувствуется хватка, да и в облике нечто такое проскальзывает… Тот отложил в сторону полуразобранный пистолет, который до этого тщательно чистил, и вышел из-за прилавка нам навстречу.

– Знакомьтесь, это Андре – наш оружейный магнат. А это Серж, он с последней партией прибыл. Ему хорошая винтовка нужна, Андре, подобрать поможешь?

– Не вопрос, сделаем.

Мы с оружейником пожали друг другу руки.

– Тогда вы тут разбирайтесь, а я пойду: дела. Серж, как здесь закончишь, в участок подходи, там буду. Бывай, Андре.

Шериф скрылся за дверью, и Андре перевел взгляд на меня.

– Ну выбирай, – усмехнувшись, он обвел широким жестом витрины с оружием.

– А что тут выбирать-то? Сплошь штатовское старье, – скривился я ему в ответ и вдруг, как черт за язык дернул, пошутил: – Калаши есть?

– Бля, ты что – русский?! – сразу сделал стойку Андре.

– От русского слышу, – перейдя на родной язык, рассмеялся я.

– Я сразу как почувствовал. Тогда еще раз здравствуй, земляк! – До этого немного смурной Андре мигом превратился в само радушие. – Можешь Андреем звать, хотя я и к Андре давно привык. Пойдем, вздрогнем за встречу, не убежит от тебя винтовка.

– Тогда я Сергей, а выпить – дело святое.

– Давно дома был?

– Давно, все больше на чужбине обитал.

– Вот и я тоже, – тяжко вздохнул Андрей. – А теперь вообще здесь…

– Слушай, а еще наши тут есть? В городе, в смысле. Про Новороссийск я уже слышал.

– Есть, но мало, да и те в большинстве из эмигрантов-диссидентов еще советского времени, – Андрей поморщился. – У меня с ними отношения как-то не складываются. Или второе поколение, но они одно название, что русские, обычные американцы.