Александр Быченин - Хроники раздолбаев Страница 28

Местный старпом сделал приглашающий жест, сопроводив его широкой улыбкой.

- Sigan, los seсores (Идите за мной, господа).

- Парень, ты по-английски говоришь? – поинтересовался Вова, направившись следом за Аугусто.

- No comprendo (не понимаю), - отозвался тот, не замедлив шага.

Зашибись. Половина команды с нами общаться не способна. Хорошо хоть, Мигель мог при случае за переводчика сойти. В сопровождении веселого старпома мы добрались до предназначенных для нас апартаментов – двух крошечных кают на пару койко-мест каждая. Аугусто жестами показал наши места, буркнул что-то неразборчиво и убыл на палубу.

Нам с Вовой досталась каюта по левому борту, с двухъярусной кроватью и тесным платяным шкафом. Под иллюминатором имелся откидной столик, смахивавший на гладильную доску – такой же узкий и длинный. Как раз удобно на нижней лежанке сидеть, аккурат на двух человек места хватает. Мигель занял жилье напротив. Вообще, он меня приятно удивил, заявившись с утреца в Вовино бунгало при полном параде. Камуфляж как у нас, стандартный «имбел» с длинным стволом, кобура с пистолетом, разгрузка, рюкзак – все, как положено. За одним исключением: он приволок еще и три комплекта коротковолновых раций. Мы с напарником о такой мелочи как-то не подумали, а военный первым делом о связи позаботился. И мачете запасся.

Я с облегчением сгрузил снаряжение на нижнюю койку, бросил туда же автомат и избавился от куртки, оставшись в футболке. Все-таки жарко уже, хоть и утро. И пять часов шкандыбать по такой духоте в полном обмундировании мне вовсе не улыбалось. Вова тоже избавился от большей части сбруи, но с «калашниковым» не расстался – что с него взять, маньяка. Я вот, например, адекватный человек – обхожусь пистолетом.

Покончив с обустройством на новом месте, гурьбой выбрались на палубу. Кораблик уже был готов к отправлению – концы отданы, швартовы отвязаны, фиг знает, что еще положено делать в таких случаях. Аугусто прохаживался по корме, капитан торчал на «летающем мостике» - открытой площадке на надстройке с продублированными органами управления.

- Господа, мы отходим! – возвестил он посредством жестяного раструба – точь-в-точь как в старинных фильмах про море.

Где-то под палубой мерно замолотил дизель, и «Тибурон» медленно и даже торжественно отчалил. Прямо «Титаник» местного разлива. Дабы не отрывать команду от выполнения непосредственных обязанностей, мы прошли на бак и разлеглись в специально приготовленных шезлонгах. Чувствовалось, что капитан не чурался честного заработка в виде экскурсий для бездельничающих туристов. Или пассажиров часто возил. Не сидеть же им всю дорогу в крохотных каютах, вот и позаботился о минимальных удобствах.

Минут через двадцать заявился Аугусто и приволок переносной холодильник – такой, знаете, ящик с сухим льдом, забитый бутылками с пивом «Hoffmeister». Морская прогулка начинала мне нравиться – пить холодное пиво под жарким, несмотря на раннее утро, солнцем, и созерцать живописные окрестности было невыразимо приятно. К этому времени лодка покинула порт Фортальезы и вышла в пролив, на простор. Если мне не изменяла память, идти нам по нему на север порядка трех с половиной часов, огибая Сьенфуэгос, а потом еще около часа на северо-восток, до острова Гавиота (gaviota - чайка), где и торчал на мели искомый сторожевик.

По правому борту проплывало живописное побережье – череда пляжей, скал и буйных джунглей, подступавших к самой воде. Стоял штиль, как во время памятной рыбалки, и прозрачнейшее море без единой морщинки позволяло разглядеть золотой песок на дне, порхающих в голубой толще местных медуз и рыбью мелочь – лепота, да и только. С одним важным уточнением: наблюдать за этим великолепием нужно как минимум с борта хорошей лодки. Места, просто созданные для дайвинга, и лишенные такового из-за чрезмерной опасности морских обитателей. Даже безобидные на вид медузы жалили парализующим ядом, а уж про акул и прочих хищников и говорить нечего. Оставалось лишь любоваться красотами, прихлебывая пиво.

Где-то через полчаса «Тибурон» удалился от берега километра на три, в зону больших глубин, и море превратилось из прозрачного в непроницаемо-синее, лишив нас возможности подглядывать за жизнью его обитателей. Однако мы тут же получили другое развлечение – капитан оставил судно на попечении автопилота и спустился к нам.

- Господа желают еще чего-нибудь? – осведомился он, присев на свободный шезлонг.

- Спасибо, капитан, все просто великолепно, - величественно отмахнулся Вова.

Ишь ты, уже в роль заправского туриста вжился.

- Развлечете пассажиров беседой, капитан? – поинтересовался я, отставив пустую банку в сторону.

- С удовольствием, - кивнул тот. – Аугусто страшный молчун, в рейсах я всегда страдаю от отсутствия умных собеседников.

- А что, нечасто пассажиров берете?

- Не очень, больше грузы возим и рыбачим от случая к случаю. Хорошо хоть, когда далеко идем, команду добираем. Пять человек, как минимум.

- И что, каждый раз людей ищете?

- Нет, конечно. Команда постоянная, уже два года работаем. Просто когда небольшая халтурка подворачивается – как с вами, например – нет необходимости тащить в море весь персонал. Вдвоем вполне можно обойтись. А остальные на рыбачьих баркасах на промысел ходят в свободное время.

То-то я думаю, лодка, мягко говоря, немаленькая, а в команде всего двое. А тут вон как хитро. Есть работа – идут все, нет – отдуваются капитан с помощником, а остальные в рыбачьей артели калымят. Или вообще самостоятельно, тут места богатые, рыбы пока на всех хватает.

- А почему остров, куда мы идем, Гавиота называется? – от нечего делать поинтересовался я.

- Давно его так прозвали, еще когда острова только начинали осваивать, - начал капитан. – Там на восточном берегу скала есть, большая такая, и ужасно крутая. На ней расположен птичий базар – если не сотни, то десятки тысяч зубастых чаек точно гнездятся. Отсюда и название. Сам-то остров не слишком большой – километров около десяти в длину, и шесть в самом широком месте. Мелями со всех сторон окаймлен, бухты нормальной нет, вот и не стали его обустраивать. Одни только чайки живут, да крокодилов множество в протоках, особенно в южной части. Мы, кстати, туда и направляемся, так что внимательнее будьте. Пойду я, пожалуй, - поднялся шкипер. – Приятно было побеседовать.

- Взаимно, - вернул я любезность.

Действительно, познавательный разговор вышел. Только не понравилось мне, как он нас глазами ощупывал – чуть ли не насквозь просвечивал, рентген ходячий. Интересно, что он выяснить пытался? И что вообще за фрукт?