Ведьмак из Большого Киева. Матадор - Владимир Николаевич Васильев Страница 32

Ламберт рассеяно кивнул, елозя по клеенчатой скатерти донышком пустого стакана. В стакане лениво колыхался грязно-бурый осадок.

– В номере? Или побродим?

– А тебе как лучше? – спросил Геральт.

– Я бы побродил. До сумерек еще часа три. Мож, чего заметим.

– Разумно. Ну что, пойдем?

Ламберт встал, подхватил с соседнего стула плоскую кожаную сумку на длинном ремне, ружье-помповуху и направился к выходу.

«По-моему, – подумал Геральт рассеянно, – мой рюкзачок-шмотник удобнее сумки».

Южный химкомбинат мало отличался от других заводских территорий Большого Киева. Те же приземистые цеха, разве что отстоящие дальше друг от друга. То же преобладание серого и ржавого, те же техногенные запахи, которые в жилых местах напрочь забиты обычными, городскими. А тут вдобавок остро пахло какой-то едкой химией, особенно когда ветер налетал со стороны башен-скрубберов или северных цехов.

Ламберт зачем-то направлялся прямо к ближайшему скрубберу.

Скруббер походил на гигантскую гранату «Льок», поставленную на попа широкой частью вверх – такой же несимметричный, чуть сплюснутый с боков. Кроме того, он был втрое-вчетверо выше и массивнее любой из водонапорных башен, которых натыкано на юге без счета. Эти, в свою очередь, напоминали обычные гранаты-колотушки или перевернутые бутылки из-под коньяка «Каховка».

Металлические лесенки с дугами безопасности опутывали скруббер и взбирались по нему на самую верхотуру, словно диковинная железная лоза.

«А и правда, – догадался о намерениях напарника Геральт. – С высоты оглядеться тоже не помешает!»

Ламберт первым начал подниматься по заржавленным ступеням.

– На самый верх не полезем, – сообщил он, оглядываясь через плечо. – Нехрен там делать. А вот на половине подъема есть оч-чень удобная площадочка! И как раз на нужной стороне.

– Угу, – промычал Геральт неопределенно.

С площадочки действительно открывался очень удачный вид. Все было как на ладони – и близлежащие цеха, и территория между ними, и соседние скрубберы, и лиман с причалами-пирсами, и ангары за лиманом.

Кстати, об ангарах…

– А что это там, за лиманом, а? – спросил Геральт, указывая пальцем на обнесенные оградой из рабицы светло-серые купола.

– Склады. Оттуда, собственно, метанол на баржи и таскают. А что?

Ламберт вдруг подобрался.

– Погоди… Ты хочешь сказать…

Он внимательно поглядел на Геральта, словно пытался на лице приятеля-ведьмака прочесть ответ на так и не заданный вопрос.

– Продолжай, продолжай, – поощрил его Геральт. – У нас ведь мозговой штурм.

Ламберт подумал еще немного.

– Собственно, мысль проста: со складов воровать метанол легче, чем с затопленной баржи.

– А он на складах как – вналивку или тоже в контейнерах?

– По-моему, и так и так, – Ламберт задумался. – Ну да, контейнеры на пирс возят уже запечатанными.

Теперь задумался Геральт.

– Озвучь вывод, мне интересно, – попросил Ламберт.

– Комбинатские скорее воровали бы метанол отсюда. А еще вероятнее, прямо из трубопровода. Ручаться я, разумеется, не могу, ибо местных нравов пока не изучил. Но логика подсказывает. Стало быть, на метанол позарился кто-то сторонний. Если это какие-нибудь одесские ловкачи… или не одесские, но все равно ловкачи… В общем, если это промысел местных или залетных бандитов, то нам тут делать, сам понимаешь, нечего. А если какая машинерия шалит, то это водная машинерия, дружище. Ибо тупая колесная керосинка или керосинка шагающая не станет ничего усложнять и просто полезет на склад, невзирая на охрану. А вот субмарине до склада добраться весьма и весьма затруднительно…

– Ну ты хватил, – недоверчиво фыркнул Ламберт. – Субмарине!

– А что? – перешел в атаку Геральт. – Скажешь, непохоже? Кто еще мог притопить тройку барж и спасателя в придачу?

На это Ламберту возразить было нечего. Плавучих механизмов, способных к погружению под воду и действиям на глубине, существовало и впрямь исчезающе мало, на пальцах одной руки можно пересчитать. Даже ведьмаки могли назвать (кроме упомянутых субмарин) только батискафы спасателей, несколько разновидностей водолазных скафандров, автомобили-амфибии (эти с некоторой натяжкой, ибо амфибии были способны максимум проехаться по речному или морскому дну и благополучно вернуться на сушу) да еще, пожалуй, целое семейство механизмов, которое называлось для краткости боевыми роботами. Эти по определению вырастают устойчивыми к любому окружению и не теряют функциональности ни в воде, ни в более агрессивных средах. Геральт припомнил, как долго и мучительно выковыривал из чана с затхлой зелено-коричневой жижей боевого паука-эспера, у которого безнадежно сели батареи в излучателе, и с трудом подавил желание брезгливо передернуть плечами. Потом вспомнил рассказ Койона и Эскеля о том, как они полторы недели гоняли по припятским болотам выводок «божьих коровок» – необычных механизмов, ближайших родственников, как ни странно, мирных полотеров-паркетчиков и дорожных машин, которые целыми слоями сдирают с трасс асфальтовое покрытие, – и плечами все-таки передернул.

Остальные известные ведьмакам водные механизмы были неразрывно связаны с поверхностью, а если и погружались – то только один раз и безвозвратно.

– Знаешь чего, – сказал вдруг Ламберт. – Надо к спасателям уцелевшим сходить да потрясти их как следует. Может, у них что-нибудь из оборудования пропадало? Или какой скафандр-автоном вдруг недавно с катушек гигнулся и ушел в загул на пару со сварочным аппаратом? Мало ли!

– Осталось только придумать – для какого рожна скафандру столько метанола понадобилось? – хмыкнул Геральт с некоторым сомнением.

– А зачем вообще может понадобиться метанол? – пожал плечами Ламберт.

Вопрос был явно риторический. Между словами «метанол» и «топливо» можно было смело ставить знак равенства. Единственное что – метанол, он же древесный спирт, топливом был достаточно экзотическим и использовался как горючее довольно редко, опять же далеко не всеми механизмами, а лишь узкоспециализированными. Которые также встречались весьма и весьма нечасто.

Кроме того, метанол использовался в качестве присадки к обычному топливу, но об этом знали только сведущие живые – магистры с Выставки, техники да еще ведьмаки.

– Давай так, – предложил Геральт Ламберту. – Ты идешь и трясешь спасателей, а я тем временем загляну в правление и поинтересуюсь – не покушался ли на их метанол кто-нибудь еще. С пристрастием эдак поинтересуюсь. Потому что это дело все больше начинает напоминать мне какую-то межклановую аферу.

– Ну, ты это… не горячись только, – попросил Ламберт. – Не спорю, случай запутанный, но не зря же комбинатские первым делом официально вышли на Весемира?

– Не стану я горячиться, – пообещал Геральт спокойно. – Значит, ты согласен?

– Согласен! Полезли вниз.

Ведьмаки без промедления спустились к подножию скруббера. С моря тянуло свежим вечерним бризом, и, если бы к нему не примешивались резкие запахи комбината, бриз был бы просто чудесен.

– Ну что? Я – к спасателям, ты – в правление, – Ламберт поправил сумку на плече. – Где встречаемся?

– В номере. Как стемнеет.

– Годится.