Владимир Михайлов - Королевы Маргины Страница 36

– Вы что думаете, что я способна согласиться на такое? Чего ради? Ради интересов компании?

– Ради того хотя бы, чтобы выжить, красавица. Жизнь, пожалуй, ценнее любых жертв, вам не кажется?

– Не уверена. Смотря какая жизнь. Ах, ладно: в конце концов, до этого дело не дойдет: не вижу причин, какие помешают мне наладить этих… маньяков.

– Я тоже хотел бы надеяться на это. Потому что это значительно облегчит вашу нагрузку в будущем.

– Какую еще нагрузку?

– Мы пока говорили только о производственниках. Но есть еще двадцать человек нашего персонала. Все, кроме меня – молодые, полные сил и желаний. Впрочем, желаний и у меня в достатке, да и силенкой я не обижен…

– Вы хотите сказать, что…

– Вам придется нейтрализовать и их – наши – инстинкты, Зора, другого выхода просто нет. Иначе – я уже сказал вам, что произойдет. Вам придется сдаться. Не захотите добровольно – вас просто станут насиловать. И никто вас от этого не спасет. Даже если я дам вам охранника – он первым и начнет. Смиритесь с тем, что это – ваша судьба. Такой вариант рассчитывался с самого начала. А что касается меня, то я… Разрешите быть совершенно откровенным?

– Да конечно же!

– Тогда скажу вот что: на самом деле этот второй вариант – единственный. Потому что со всеми вашими способностями вам не удастся справиться с задачей. Вы не сможете повлиять на психику ни одного из них… из нас.

– А вот теперь вы уже недооцениваете меня, комендант.

– Был бы рад. Но… Я ведь не только комендант, Зора.

– Вот как?

– Я еще и психооператор первого класса. И опыта у меня куда больше, чем у вас. Потому я и пошел на эту работу. И не сразу, но все же понял, что здесь такие попытки обречены на неудачу. Не потому, что мы с вами чего-то не умеем. А по той причине, что этот чертов климат, или природные особенности, или называйте как угодно, здесь сильнее наших способностей и полностью нейтрализуют их. Так что… но вы уже поняли и сами.

Зора и в самом деле поняла. Ей очень не хотелось верить услышанному. И в то же время интуиция подсказывала: комендант не врет. Не старается запугать. И то, что он сказал, правда.

Примириться с этим она не сможет. Это невозможно. Никоим образом не сдаваться! Но и не устраивать истерик. Быть разумной. Искать выход – и найти. К тому же, может быть, это его силы иссякли, а у нее получится? Но сейчас необходимо сделать вид, что я начинаю уступать…

– Прелестная перспектива, нечего сказать. Значит, вы хотите подложить меня под тридцать голодных мужиков? И думаете, что меня надолго хватит?

– В конце концов, хватит на столько, сколько выдержите.

Зора повела рукой вокруг:

– Кстати, где, по-вашему, я должна буду… обслуживать ваших мастеров? Тут? Да в этой обстановке даже очень распаленный мужик потеряет всякое желание…

– Не тут, конечно же. Сюда я поместил вас только для такого вот собеседования. Кстати, я очень рад тому, что вы правильно все восприняли: без крика, без слез, без истерик… Вы молодец. А ваше рабочее место выглядит совершенно по-другому, мы отвели вам лучшее помещение на базе, убранное так, что невольно наводит на мысли о любовных утехах. Скажу по секрету: именно там и останавливался покойный Нагор, когда прилетал сюда. Я вам все там покажу, и мы с вами даже опробуем его…

Зора невольно усмехнулась:

– Вижу, себя вы не забываете.

– Иначе какой смысл быть начальником? А для вас очень выгодно жить со мною в любви и согласии. Знаете, ведь у начальника всегда есть немало возможностей всякими мелочами сделать вашу жизнь или очень приятной, или совершенно невыносимой. Так что благоразумие подскажет вам… Вы ведь очень благоразумны, Зора, я не ошибаюсь?

– Вы даже не представляете, насколько, комендант.

– Можно просто – Исор.

– Приму к сведению. У вас есть еще какие-нибудь предупреждения?

– Нет, я использовал всю обойму. Пока.

– Мне не терпится увидеть своих насильников.

– Вы хотели сказать – пациентов. Хорошо. Ступайте за мной.

9

Маргина, лес, утро 16 меркурия

– Лен, как вам удалось увидеть этих людей? В пяти километрах?

– Вы же сами сказали, Штель: я сканер. Я, собственно, не вижу людей; я фиксирую деятельность каждого человеческого мозга, и таких источников деятельности сейчас наблюдается, насколько могу судить, два… даже три. А кроме них – где-то около трех десятков автономных компьютерных устройств высшего класса, но тут я фиксирую лишь их наличие, но не содержание их работы, как вы понимаете.

– Вы уверены, что это именно люди, а не, скажем, животные? Звери? Людей тут быть не должно. Им просто неоткуда взяться. Те, кто здесь находится постоянно, – все на базе, в сотне с лишним километров... Просто теряюсь в догадках. Хотя, собственно, и догадок-то никаких не возникает.

– Вынужден просить извинения, но я четко читаю вашу мысль: присутствие неизвестных сильно мешает вашим планам.

– Еще как! Но – прошу извинения в свою очередь – эта ваша способность шарить в моей черепной коробке тревожит меня даже больше, чем эти люди.

– Ну, меня опасаться не нужно: я не собираюсь мешать вам. Но и впредь буду контролировать – чтобы в случае, если вам придет в голову избавиться от моего присутствия при помощи грубой силы, своевременно выйти из-под удара, отстраниться, может быть – исчезнуть, предоставив вас собственной судьбе. Кстати, меня тоже беспокоит – то, что вы поставили в своем сознании достаточно мощный блок. Наверное, у вас есть что скрывать.

– А у кого этого нет?

– Знаю и потому остаюсь на месте. Впрочем, не волнуйтесь чрезмерно: сканирование требует таких усилий, такой затраты энергии, что постоянно находиться в этом режиме просто невозможно: помрешь от истощения.

– Вы лучше посмотрите за теми… мозгами. Может быть, удастся понять – кто они, откуда, зачем, каким образом…

– На таком расстоянии я ничего не могу детализировать. Однако какие-то предварительные выводы у меня уже созрели.

– Поделитесь же!

– Охотно. Во-первых, «каким образом»: вы помните – одновременно с нами сюда стартовал и большой транспорт?

– Постойте, постойте. На Маргине нет ничего такого, что стоило бы вывозить… пока, во всяком случае, не найдено ничего, да мы и стараемся препятствовать всякой разведке, чтобы сохранить Маргину за нашей компанией. Ничего – кроме гравина, добычей которого занимается наша база. Но сейчас оттуда забирать совершенно нечего: добыча стоит, все запасы вывезены…

– Ваши трудности мне известны. А вы уверены, что База – единственное месторождение гравина на планете? Маргина ведь достаточно велика, я, откровенно говоря, был уверен, что она где-то не больше Кантро или солнечного Меркурия, а она, пожалуй, даже крупнее Неро.

– Мы сами вбросили такой слух: чем меньше планета, тем меньше и смысла искать там что-нибудь: они ведь преимущественно состоят из легких элементов, остатки творения. На деле же Маргина – вполне достойное небесное тело. А что касается дальнейшей разведки – руки так и не дошли. Все откладывали – в основном потому, что средств для организации второй подобной же базы свободных не было, но еще и по той причине, что добыча на существующем «Круге-4» в общем удовлетворяла существующий спрос, цены стояли высоко, и ни к чему было выбрасывать на рынок большее количество товара, то есть конкурировать с самими собой. Но, конечно, то, что новой разведки не было, вовсе не означает, что и других месторождений нет – таких же, а может быть, еще и помощнее. Мы полагали, что придет час – доберемся и до них, и основное внимание уделяли выработке повышенного спроса, инвестировали в гравинопотребляющие отрасли… Ну, это все азы предпринимательства. А потом намерения Нагора резко изменились.

– Да, но такая цель, как наличие возможных, хотя еще и не открытых месторождений является крайне привлекательной для всех, кто может рискнуть определенными деньгами, снарядив свою разведку, а в случае удачи – и наладить собственную разработку.

– В нарушение закона, Казус, в нарушение закона!

– А когда и кого это останавливало? Нарушение закона – это не экономическая категория, а этическая. А когда этика останавливала предпринимателей?

– Вы правы, конечно.

– Тем более что условия для этого вы создали прямо-таки идеальные: планета не охраняется, даже защитные спутники не запущены, даже локаторной сети не поставлено. Прилетай кто хочешь, садись где хочешь, делай, что душе угодно – держись только подальше от существующей базы, где десять работяг и двадцать охранников – все войско. Вот кто-то так и поступил. Воспользовался вашим легкомыслием.

– Вообще-то это не совсем так. Но вы правы – мы тут ничего не охраняем. Хотел бы я знать, Казус, кто воспользовался этим. Очень хотел бы.

– А что это вам даст?

– Весьма многое.

– Не улавливаю.

– И понятно: вы в общем не в курсе дела. А оно, кроме всего прочего, заключается вот в чем: если мы – компания – и поскупились на более полную разведку и на защиту Маргины от вторжений, то уж на что денег не пожалели – на полное соблюдение секретности. Во всем. Потому что у Нагора возникли, как я уже говорил, своеобразные идеи относительно дальнейшего развития этого мира. И ручаюсь – за все время существования у нас не исчез и не был скопирован ни один документ, текстовый ли или на кварконосителях, ни одной цифры не ушло, и даже карты Маргины, с согласия Федерации, засекречены настолько, что вам, например, при всем желании ни одной не найти нигде. А без карты такая нелегальная экспедиция сразу же рискует сверх оправданного: даже чтобы найти местечко для посадки, надо намотать немало витков вокруг планеты – и при этом обязательно попасть в поле зрения базы; тем более что искать надо не просто место, но в соответствии с задачей – место по соседству с признаками рудного залегания. А из сказанного следует, что к этой незаконной экспедиции имеет самое прямое отношение кто-то с самого верха «Маргина Гравин», некто, имеющий вполне официальный доступ к самой секретной документации – и, значит, располагающий возможностью не только снарядить экспедицию, но и снабдить ее всей информацией, нужной для успеха хотя бы в начальной стадии. И данными о машинном парке, и проектом базы, и количеством и качеством материалов, и энергоемкостью – короче говоря, полным набором. Иными словами – кто-то из наших.