Сквозь огонь - Александр Владимирович Мазин Страница 43

уже пролитой кровью. Но формальная причина резать всех новгородцев подряд – исчезла. Великий Новгород в лице своего тысяцкого показал, что не намерен выгораживать виновных. А вот Грудяте стоит поостеречься, несмотря на все выплаченное серебро. И остеречься не только Осмола. Рано или поздно дорожки Сергея и новгородского богатея пересекутся.

Но не сегодня. Сегодня у них торжественный обед в доме Хвалибора. На котором, надо полагать, соберется вся новгородская верхушка. Превосходная возможность показать себя не только торговцем острым железом, но и специалистом по превращению просто денег в очень большие деньги.

– Хотел бы я иметь такого сына, как ты!

Боярина Радилу пробило на откровенность. А может, это он сейчас «пробивает» Сергея на предмет породниться? В любом случае Радила – человек полезный. Политического конкурента Хвалибора очень заинтересовали связи Сергея в Хузарии. И если для Хвалибора, Грудяты и покойного Своежира Сергей был «тем парнем, который портит наш северный бизнес», то Радила окучиванием северных народов не занимался. Его «территорией» был юго-восток.

– Есть в тебе понимание, удивительное для твоих годов. Сколько тебе? Шестнадцать? Семнадцать?

Сам Радила – где-то в середине четвертого десятка. Широкие скулы, темные глаза и почти черные волосы говорят о примеси южной крови. Но – коренной новгородец. Во втором поколении то есть. Поскольку самому Новгороду чуть больше полувека.

– Пятнадцать мне, – Сергей заулыбался, демонстрируя юношескую реакцию на лесть.

– Кто же учил тебя? Отец?

Опять пробивочка.

Сергей покачал головой:

– С этим я сам разобрался. Дело нехитрое. Если знаешь, какой товар нужен и где его взять.

– Это да, – согласился новгородец. И сообщил: – Сын у меня старший в дружине у князя черниговского. Женил я его на дочери боярина тамошнего. Если случится в Чернигове быть, он тебя с радостью примет.

Похвастался. Вернее, обозначил: не только в Новгороде он крепок. И не только по купеческой линии. Сын – дружинник, и наверняка не простой отрок, раз на боярской дочке женат.

– Думаю, случись мне в Чернигове побывать, я в Детинце поживу. Скоро мы с Фарлафом-князем родичами в четвертом колене станем, – поднял планку Сергей. – По праву брака. Но за предложение благодарю и с сыном твоим непременно познакомлюсь. Может, и повоюем вместе. С ромеями.

Широкое лицо боярина слегка омрачилось. Похоже, Олегов поход он не одобрял. Или, может, только участие в походе сына. Боярина можно понять. Воинов на войне убивают. Купцов, впрочем, тоже. Причем без всякой войны.

Но боярин сменил тему:

– Женишься скоро?

– Да.

– И кто же эта счастливица? – с улыбкой поинтересовался боярин.

– Это я счастливец, – тоже улыбнулся Сергей. – Меньшая дочь Торварда-ярла – очень красивая девушка. Вдобавок умна и дом уже сейчас в порядке держит.

– У тебя живет? – удивился боярин. – Это ж не по обычаю.

– Не у меня, а со мной, – уточнил Сергей. – У нурманов так можно. Свадебный дар принят, отец ее мне отдал. Теперь она – невеста моя. А обряд брачный осенью свершим. Вместе с Ререхом Стемидовичем. Он на старшей дочери женится, а я – на младшей.

– Вот как.

Опять огорчился боярин. Похоже, и впрямь планировал Сергея на дочке женить.

– Когда снова в Новгороде буду, познакомлю тебя с побратимом моим Машегом. Он из белых хузар. Род Рузиев, может, слышал?

Конечно, боярин слышал, раз с Востоком дела ведет. Ишь как оживился. Даже протрезвел.

– Непременно, Вартислав! И, как приедешь, сразу ко мне. Дом у меня просторный. А моим друзьям не след по постоялым дворам ютиться!

Громко так сказал. Даже до ушей Хвалибора долетело. И не порадовало. Но тот сообразил быстро. Воздел чашу и провозгласил:

– За здравие друга моего нового Вартислава! Да хранят его боги!

И строго оглядел присутствующих: все ли оценили? Все ли выпили?

Все. Хотя некоторые с куда большей охотой Сергею бы нож в спину воткнули. Но теперь не рискнут. С такими-то «друзьями».

Ужин проходил неплохо. Полезно. Сергей со многими познакомился. Причем не только неревскими, но и с других концов. Это плюсы. Минус: какой-то местный «боксер» докопался до Грейпа. Мол, поздоровее видали.

Грейп рубить дурня не стал. Кулаками размахивать тоже. Ухватил буяна за ремень, поднял над головой и шваркнул спиной о скамью. Скамья сломалась. Спина, к счастью, нет. Иначе пришлось бы откупаться.

Грейп и Дерруд задержались в трапезной. Ждали, пока задиру приведут в чувство. Так что на крылечко Сергей вышел один. В смысле – без прикрытия. Так-то людей здесь хватало. Опять-таки Хвалибор лично вышел проводить. Оказал уважение источнику будущих доходов.

Вот тут-то все и случилось.

На подворье было довольно шумно, но хлопок тетивы – такой звук, который слух воина вычленит в любом гаме.

Дальше сработал рефлекс. Сергей рывком ушел за опорный столб навеса над крыльцом.

Вот только целили не в него. В Хвалибора.

Стрелок не промахнулся, но боярин не упал. И не попытался укрыться. Глядел с недоумением на торчащий из шубы хвостовик стрелы.

И никто ничего не заметил.

Только холоп, выносивший блюдо с объедками, с испугом глянул на странного гостя, едва не сбившего слугу с ног.

Сергей увидел лучника. Тот стоял на крыше соседского сарая, натягивая лук…

Спустить тетиву – полсекунды. И еще полсекунды на полет.

Сергею хватило. Вырвал у холопа деревянное блюдо и поймал им стрелу.

На этот раз звук получился довольно громкий.

Стрелок же сообразил, что обнаружен, бросил лук и был таков.

Гнаться за ним Сергей не стал.

– Ты! – Он цапнул холопа за рукав. – Помоги господину!

И, подхватив боярина с другой стороны под руку, повел в дом.

– Меня что, ранили? Кто? – Хвалибор не сводил глаз с белых перьев хвостовика. – Почему не больно?

– Так бывает, – заверил Сергей. – Дерруд! – крикнул он. – Освободи лавку, боярина положить!

Дану хватило одного взгляда, чтобы оценить обстановку. Полминуты – и две лавки сдвинуты вместе, а Хвалибор уложен на бок. Теперь аккуратно надрезать и снять шубу…

Резать не потребовалось. Стрела оказалась сломана. Одна половина застряла в шубе, а вторая… Вторая нашлась под ней.

И сразу стало понятно, почему Хвалибору не больно.

Потому что – везучий. Стрела угодила в золотую цепь на груди боярина и застряла в ней. И стрелок, и его оружие оказались никудышными. О последнем Сергей догадался минуту назад, перехватив вторую деревянной миской, которую та даже не пробила.

Однако, попади она боярину в шею или в лицо, мало не показалось бы.

– Кто-то не любит тебя, Хвалибор.

– Многие, – боярин потер грудь. То место, куда попала стрела. Вернее, куда она должна была попасть. – Теперь буду носить кольчугу. А ты, похоже, меня спас. –