Путешествие на Запад с автоматом - Андрей Олегович Белянин Страница 44

Это был какой-то дичайший садизм, а я слушал спокойную речь Ша Сэна и, быть может, впервые начинал понимать, почему эту долбаную РПГ запустили снова — и уже с моим участием. Там, на небесах, элементарно не справились.

Все усилия святого монаха не смогли сделать из Сунь Укуна послушную обезьянку на поводке богов. Никакая боль, никакое физическое насилие, никакое психологическое давление не смогли сломить его свободолюбие! Хи-хи-хи!

Возможно, поэтому из любви к своему литературному детищу средневековый китайский ученый У Чень-энь задумал переписать всю историю, отправив сюда меня? Герои, локации, антураж остались прежними, но наличие новой игровой фишки всегда заметно меняет сюжет.

В современных писательских кругах такой прием называется «мэш-ап». Свежий взгляд на устоявшуюся классику, и чаще всего это интересно. По крайней мере, с точки зрения дипломированного критика, удачные образцы этого поджанра встречаются чаще за рубежом, но и у нас тоже имеются.

— Итак, я в литературной игре. Что ж, могло быть и хуже…

— Ты правильно мыслишь, Ли-сицинь, — улыбнулся демон-рыба. — В конце концов, лодка тонет не в воде, а от воды. Избегай плохих мыслей внутри себя, и победишь врага снаружи.

— Если лодка тонет от воды, то лучше плыть на плоту, — ответно хмыкнул я.

Уж плот не утонет, даже если перевернется!

— Учитель, ты быстро учишься. — Ша Сэн согнулся в почтительном поклоне, а позади раздался бодрый голос свина, зовущего всех за стол.

Кстати, обсуждаемый нами брат-обезьяна прискакал быстрее всех. В руках у него был целый пук стеблей лотоса. Где-то я слышал, что их едят. Ну, стебли и семена уж точно. Чжу Бацзе с почтением принял все это добро, поколдовал буквально пять минут и вновь сообщил, что кушать подано!

На траве у костра было разложено с десяток плетеных тарелок из бамбуковых листьев, а на них — нечто непонятное с рисом, но очень вкусно пахнущее.

— Э-э, а могу я спросить, что это за?..

— Я охотно расскажу тебе, Ли-сицинь, — сразу обрадовался наш кабан, потирая руки. — «Волосы китайской бабушки развеваются на ветру» — рисовая лапша с жареным луком и тертым редисом в кисло-сладком соусе! «Рыба с запахом мяса, запеченная в виде белки» — судак без костей в оранжевом кляре! «Уши любопытного старика Чжаня» — раскрытые мидии в соевом соусе с молодым бамбуком и немного красного перца. «Танцующие китайцы по очереди пьют суп» — рулетики из копченой утки в муке и тофу в сливовом соусе. «Шары уличной танцовщицы» — утиная шкурка, набитая печеными яблоками, пропитанными ароматом и жиром! А вот это коричневое с зеленым…

— Спасибо, звучит очень аппетитно, но я как-то еще не голоден.

— Да ты только попробуй. — Передо мной едва не упали на колени все три демона одновременно. — Это же самая что ни на есть народная сычуаньская кухня! Никто не готовит лучше братца-свиньи! С этим даже Нефритовый император не поспорит…

В общем, я покосился на облизывающегося коня/дракона, попробовал мидию и сдался. Если ни о чем не спрашивать и есть с рисом, то, знаете ли, очень даже вкусно! Как-то мне не приходилось ранее посещать китайские заведения, а зря. Ибо они очень дорожат своими кулинарными традициями!

Это у нас в столице России, славном городе Москве, хорошую русскую кухню еще поди поищи. Блинные, пельменные, закусочные, рюмочные, чайные стали редкостью. Даже лучшие пироги — и то от немца Штолле.

Зато чаще всего под боком оказываются японские суши, грузинские хинкальные, азербайджанские шашлычные или узбекская чайхана. А, ну и итальянская пицца с доставкой, само собой. Куда ж нам без нее?

А сейчас меня угощали «Розовыми щечками красавицы Сянь», а еще были блюда «Два пьяных мандарина играют в маджонг», «Лисий хвост в форме хризантемы», «Стебель лотоса тает в яблочном сиропе», и если все это запивать маленькими глотками вина, то вот прямо-таки гастрономический экстаз!

— Учитель, ты не чавкаешь и не рыгаешь. Тебе невкусно? — вдруг искренне огорчился демон-свинья.

— Все замечатель… но, — икнул я, стукнув себя кулаком в грудь. — Просто у нас, буддистских монахов, свои правила поведения за столом.

— А-а-а. — Из уважения ко мне остальные тоже стали вести себя по-европейски.

С этого дня я готов настоятельно рекомендовать кисло-сладко-острую сычуаньскую кухню от великого Чжу Бацзе — абсолютно всем! Недаром считается, что именно под китайской провинцией Сычуань располагается Диюй, а значит, огня и перца здесь всегда в достатке. Пробуйте…

Глава двадцать первая

«Сказка на ночь хороша, пока она сказка и волк еще не подкрался к постели…»

(китайская поговорка)

Отношения мужчин и женщин в Китае весьма противоречивые. С одной стороны, девочек с рождения учат беспрекословному подчинению, с другой — всякие там лисы, бесовки, волшебницы и чародейки ведут себя как самые отпетые феминистки! На улицу выйти страшно…

…Сытые, довольные, усталые, самую чуточку нетрезвые, мы повалились спать за полночь. Но сразу никто не уснул, с меня требовали сказку. Поучительную и взывающую к размышлениям. Поскольку я уже зевал и не хотел надолго заморачиваться, то без малейших сомнений обратился к Гоголю!

Итак, в дом бывшего полководца Бу-ба вернулись двое сыновей, учившихся на чиновников. Отец принял их строго, избив старшего и оскорбив младшего. А утром они все уехали в военный лагерь Сечь!

Потом война, любовь, предательство, Бу своей рукой убивает младшего Ан-ди, а старший Ос-та гибнет в жутких муках от рук врагов! Полководец Бу-ба страшно мстит за него, но хитрые враги умудряются поймать его на курении и сжечь живьем!

Умирая, старый воин произносит речь, где восхваляет свой народ и предсказывает вечное поражение врагам… все! Слезы, сопли, аплодисменты…

Сунь Укун клялся после похода в Индию отправиться чинить справедливый суд над проклятыми ляхами! Чжу Бацзе уже был готов идти с ним, но разумный Ша Сэн сказал, что Бу-ба воспитал недостойных сыновьей, раз старший поднял руку на отца, а младший предал свой род.

Короче, еще с полчаса брат-обезьяна и брат-свинья лупасили брата-рыбу.

Я не вмешивался, меня вообще просто вырубило. Уснул сидя и уже потом удобно перекатился на бок. Снов не помню, скорее всего, их и не было.

…Однако когда меня побудило перед рассветом подняться в туалет, то есть в кустики, я отметил странный момент. Ночь сияла самыми дивными звездами, мерно плескалась река, Ша Сэн и Чжу Бацзе спали вповалку, как говорится, без задних ног. Но меня удивило не это.

А бодрствование Сунь Укуна, стоящего на одной ноге на воткнутом