Владимир Михайлов - Королевы Маргины Страница 46

– На «нет» и суда нет, – процитировал он издавна известную формулировку, – но есть сомнения. Чем же ты собираешься тут еще заниматься?

Штель своих планов таить не стал:

– Надо побывать там. На месте.

Лен Казус невольно улыбнулся: все складывалось как нельзя лучше. Но этого нельзя было показывать. Наоборот.

– К чему бы это? Ты что – моему отчету не доверяешь?

– Отчего же? Вполне на него полагаюсь, оттого и собираюсь осмотреться на месте.

– Расшифруй, будь ласков.

– Надо увидеть: что у них работает и как. Чье стоит оборудование, какой методикой пользуются – гравин ведь не уголь и даже не уран, добыча его – дело сложное, и даже весьма; существуют всего три методики обеспечения безопасности при этих работах, и то, какая именно тут используется, скажет очень многое о тех, кто ею пользуется: у каждого способа есть свои поклонники и свои противники. Ты – как знаешь, в конце концов, мы друг к другу не приклеены, но я отсюда не уйду, пока не разберусь в том, кто все это затеял.

– И у тебя хватит совести оставить меня здесь одного?

– Что значит – оставить одного? – Штель лишь пожал плечами. – «Амору» я тебе, понятно, не отдам. Но скайскутер – в твоем распоряжении, садись и кати…

– Ох, спасибо! И куда прикажешь катить? В пространство на нем, увы, не выйдешь.

– А куда глаза глядят. Хотя бы на «Круг-4», оттуда по меньшей мере установишь связь с Неро, запросишь помощи…

– Богатая перспектива. С кем же мне там связаться? Ты не забыл случайно – я для Неро покойник и на нынешний момент уже кремирован – выходит, мой прах выйдет на связь из урночки?

– Ох ты, бедняга! Но я подозреваю, что не для всех там ты покойник, иначе и в самом деле прошел бы через печку.

– Не спорю. Но они мне тут никак не помогут. Не располагают они кораблями. Да если бы даже и располагали – сейчас, чтобы сюда пробиться, – ты лучше меня знаешь – нужно идти на такой риск, что никто на него не решится даже за очень большие деньги.

– Ну, пусть так. Но та лоханка, которая приближается, самое позднее через три-четыре часа сядет и начнет грузиться. Вот на ней ты и отправишься восвояси.

– Трогательно. Как же я им представлюсь? «Ребята, я тут помог вас разоблачить вчистую» – так?

– Не прибедняйся, не играй спектакль передо мною. Уж найдешь способ, как попасть на борт, не мне тебя учить. Хватит трясти воздух попусту. Ты решил?

– Решил.

– А что именно?

– Я же не такой, как ты – мне совесть не позволяет оставить тебя одного в такой вот, скажем, двусмысленной ситуации.

– Знаешь, кто ты?

– А ты скажи, скажи.

– Воспитание не позволяет. Полчаса времени потратили на пустой треп.

– Это тебе кажется. Потому что за эти полчаса я успел сообразить, как нам туда пробраться с наименьшим риском. Охрана-то у них все-таки выставлена. И в лоб не пройдешь. Но одно условие!

– Что ты еще придумал?

– Не заигрываться. Не увлекаться. Потому что мало будет туда войти: надо будет еще и как-то выйти без потерь, согласен? Так вот: что бы ты там ни задумывал, но уносить ноги нужно будет до того, как транспорт пойдет на посадку. Удрать с таким расчетом, чтобы «Амору» успеть увести со стационарной орбиты: эта база вскоре начнет сканировать небо все внимательнее, да и «Красотка», этот транспорт, подходя, будет обшаривать прилегающее пространство очень пристальными взглядами. И если те или другие твою яхточку узрят...

– Ты прав. Условие принято. Теперь все?

– Я готов. Надеюсь, на скайскутеры тут никто не наткнется.

– Похоже, люди тут не гуляют, им хватает дел там. Так что – вперед.

4

Маргина. «Круг». Днем 16 меркурия

Выпроводив, наконец, словоохотливого коменданта из комнаты, так напоминавшей своим дизайном ее последнее жилье на Неро, «дом счастья», как она совершенно серьезно называла его раньше – или «обитель беды» – как, наверное, нужно было именовать тот богатый и уютный дом сейчас, Зора с великим облегчением вздохнула, платочком вытерла слегка повлажневший лоб и щеки («Безобразие, просто позорно – потеть от страха. Ну совершенно развинтилась, не держишь себя в руках!»), не села, а прямо-таки упала в кресло, вытянула ноги и расслабилась, приводя в норму и дыхание, и нервы, и мысли, – словом, все на свете.

Мысли были не самыми приятными. Но она толком даже не успела в них разобраться. Помешал посторонний звук. Зора повернулась.

Дверь была открыта. В комнату уже вошел человек. Мужчина. Нет. Двое. Трое. И еще. И еще.

Десятеро. И первый сказал:

– Привет, цыпочка. Вот, пришли – познакомиться.

А второй из-за его плеча дополнил:

– Как можно ближе, сама понимаешь. Сама разденешься? Или помочь? Мы можем.

И они сразу, как по команде, двинулись вперед.

5

Неро. Пентхауз Рогнеда. Поздно вечером 15 меркурия

– Рогнед, я тебе уже сказала: из этого дела тебе меня не выбросить. Поэтому давай конкретно: как ты можешь использовать меня, чтобы помочь Зоре? Чтобы потом я могла выпутаться без потерь.

Рогнед хмуро покачал головой и ответил не сразу:

– Повторяю: этот план не для тебя составлялся. И я – против твоего участия. Совершенно.

– А если не для меня – как он выглядит?

– Ну, первая задача – сдать женщину властям как подозреваемую, кем-то обнаруженную твою сестру. Кто сдаст? Тут у меня полной ясности не было, никого из моих людей засвечивать не хотелось, но теперь выход вроде бы нашелся. Сейчас твой партнер… Кстати, с ним ты тоже не спала?

– Смеешься? Кто я, по-твоему?

– Понял. Прости. Да, так он, действуя по обычной вашей схеме, сейчас подбирается сюда – поскольку у тебя маячок, а у него приемничек. Клиент должен уже крепко спать – с последующим полным забвением происходившего. Все его ресурсы обнаружены. Остается только подрулить и забрать тебя с ними. Вы ведь по такой схеме работаете?

– Поправляю: собирались работать. Это первый наш выход… был.

– Сана, Сана, – Рогнед укоризненно покачал головой. – Дойти до такого!

Сана усмехнулась:

– Кто бы говорил! Человек, нанявшийся, чтобы заработать ценой чьей-то жизни! Великий моралист, ничего не скажешь.

– Да вовсе не так обстоит дело! Но я не могу, не имею права говорить о моих делах…

– Только ты? Единственный в мире?

– Постой, постой. Что ты хочешь сказать?

– Именно то, что сказала. Могу добавить только вот что: я с этим мужиком не случайно в паре. Дальше думай сам.

– М-м… Интересно. Он… прикрытие? И нельзя им воспользоваться?

– Как раз наоборот.

– Выходит, ты тоже – на службе? Не поверю.

– И не надо. Я не на службе. Но иногда, как эксперт… Ладно, все об этом. Так чего ты хочешь от моего партнера?

– Да ничего такого. Его встретят ребята, с которыми он уже знаком, и убедят его в том, что воровать грешно. Убедят на языке кулаков, а может, и не только. Тебе его жалко?

– Знаешь – ни капельки. Потому что вообще-то он свинья…

– Ладно, все равно он тебя больше не встретит, а ты – его.

– Ты уже за меня решаешь? Не рано ли?

– Не я решаю – дело. Да ты и сама не захочешь. Потому что именно он тебя и сдаст властям. Донесет.

– Знаешь, по-моему, он на такое все же не способен. Он от властей шарахается…

– Ничего. Мы его убедим. Сперва возьмем в кнуты, а потом подарим кулечек пряников. Донесет. И за тобой придут – в твое жилище, где тебя и схватят. Только к чему весь этот разговор? Я не стану подставлять тебя, и гори все синим огнем.

– Рогнед, а мне и не надо, чтобы ты меня подставлял. Не хочешь воспользоваться моей помощью – не надо. Ты меня ввел в курс, так что я и без тебя обойдусь. Пока ты будешь искать новую фигурантку, я сдамся сама. Как Зора Мель. Тебе же лучше будет: совесть останется спокойной. Если она у тебя есть, конечно. И не придется тебе ломать голову над тем, как меня вытащить из камеры смертников.

– Ты этого не сделаешь! Я запрещаю!

– А что, у тебя есть право разрешать мне или запрещать?

– Есть право помешать.

– Каким же образом? Сдашь меня Службе покоя? Сделай одолжение. Да успокойся ты, в конце концов. Знаешь ведь: с тобой или без тебя, но я это сделаю.

– Без меня ты сдаться им можешь. Но вовремя освободиться не сумеешь. Если снаружи никто не станет помогать…

– Невысоко ты меня ценишь, Рогнед. Смогу. Изнутри.

– Каким же это способом?

– А таким. Ты ведь знаешь, что Зору взяли в фирму как психооператора и сейчас хотят так же использовать?

– Да. Только ты тут при чем?

– При том, что у меня эти способности развиты не хуже. И когда мне понадобится выйти на волю – мне даже коврик расстелят.

– Ты это серьезно?

– Более чем. Так что не трать времени: считай, что ты привлек меня к этой работе, и вводи в курс дальше.

– Ну, я предполагал так: вся работа – изобразить твою сестричку в судебном заседании. Признать свою вину – то есть ее вину, конечно, и выслушать приговор. Ну, может быть, сыграть там истерику, или же наоборот – показать, что ты не можешь сопротивляться сознанию собственной вины и принимаешь приговор как заслуженное воздаяние…