Стажёр #2 - Виталий Абанов Страница 51

правило оставляло желать лучшего, не всякая ракета могла уничтожить боевой скафандр Штурмовой Пехоты, но на этой площади их были десятки и все они были направлены практически в упор! На секунду все замерло. Танзарианская ничья, мелькнуло в голове у Фарры, они подошли слишком близко и слишком уязвимы для ракет, с другой стороны и стрелки с 'Жалами' тоже в такой же ситуации - у них ни брони ни нормальной позиции, как только вылетят ракеты - в тот же миг плазмеры и гатлинг-гауссы амазонок разорвут их на части. Вся воля саб-лейтенанта была собрана в указательном пальце, плавно выжимающем холостой ход на спусковом ключке подвешенного к правому предплечью крупнокалиберного 'Дюрандаля'. Чуть шевельнуть пальцем и блок стволов гаусс-орудия мгновенно раскрутится, выплевывая до пяти тысяч кинетических болидов в минуту, летящих на гиперзвуковой скорости. На такой скорости болидам даже не было необходимости нести взрывчатку для поражения бронированных целей, или силовых полей - разогнанные стальные капли буквально размазывало по пространству, пронзая все что стояло на пути. А после болида проносилась ударная волна гиперзвукового снаряда, разрушая оставшееся и превращая аккуратные отверстия в разодранные дыры по полметра каждая. Попади такой в человека без брони и силового поля и тот просто исчезает, испаряется, взрываясь кровавым облаком ошметков. А на площади не было замечено ни силовых полей, ни бронированных доспехов. Если она нажмет на курок и поведет стволом из стороны в сторону, словно поливая грядку из садового шланга - вся площадь перед ней превратиться в кровавое месиво. Раз и все. Но ... но Фарра Аканис была солдатом, а не мясником. Она не могла нажать на курок. Потом, потом, когда все будет позади она будет сидеть за кружкой пива с Бренди и, возможно скажет что нажми она на курок - ее бы ждал трибунал и возможно даже не рудники Родезии, а прямая дорога на эшафот, еще бы - устроить резню прямо в столице планеты, защищенной Протекторатом Императора. Но это будет потом. А сейчас она просто смотрела на толпу, на людей в толпе. Обычных людей, в пыльных одеждах, стариков, мужчин, женщин и подростков, сжимающих оружие - у некоторых в руках были палки и камни, у других - квантовые клинки и гражданские импульсники, и лишь немногие, несколько человек были вооружены 'Жалами'. Она смотрела на них и понимала что не нажмет на курок. Не сможет нажать. Капли холодного пота выступили на ее лбу и одна из них стекла вниз по подбородку. Мысли лихорадочно метались в голове, одна нелепей другой. Выстрелить в воздух? Они уже стреляли в воздух и добились только того, что в толпе появились 'Жала', направленные на них. Начать переговоры? Да, это верный ход. Но что сказать этим людям? Как начать переговоры? Здравствуйте, мы тут не местные, я просто заберу своих амазонок и пойду мимо? Пожалуйста уберите 'Жала' и не стреляйте нам в спину? Фарра поняла что не имеет ни малейшего понятия как начать вести этот разговор. Но начать придется. Она командир этих девчонок и она отвечает за их жизни перед Богом и Императором! И она не позволит им погибнуть в этой заднице галактики. Фарра включила внешние динамики и набрала воздуха в грудь. Переговоры...

- Мунсогор! - в тишине раздался крик. Сперва Фарра подумала что ей показалось, но 'Жала' дрогнули и опустились. Мунсогор? Что это значит? Фарра окинула площадь взглядом и осторожно убрала палец с пускового крючка крупнокалиберного гаусс-орудия и сглотнула. Хутты в толпе тоже опустили оружие и прислушались. Гнев и ярость на лицах уступили место новому выражению. Они выглядели так, словно не верили услышанному. Но это было радостное неверие, так, словно ты встал обычным утром и прошел на кухню и вдруг увидел там своего старого друга, с которым ты не виделся сто лет и который сидит за твоим столом, пьет кофе и улыбается. Да, на этих лицах появилось именно такое выражение. Что такое 'Мунсогор'?!

Глава 25

Мунсогор. На языке хуттов круг назывался по другому - калива. Мунсогор - это обозначение Круга, пришедшее из древнего, забытого языка, это обозначение не геометрической фигуры, а события. Нет, обряда. Круг - когда ты говоришь это слово с большой буквы, сразу становиться ясно о чем речь. Мунсогор - это когда двое сильных встают лицом к лицу в круге и все остальное теряло значение. Двое сильных сходились друг с другом, сжимая в руках фамильные сонбу и только один из них выходил из круга - так и решались все споры и все суды. Раньше. В те прекрасные времена, когда слово 'хутт' означало 'воин', означало 'мужчина'. И когда тебя оскорбили, или когда несправедливость душила твою душу, когда ты не мог пройти мимо беззакония и произвола - тогда был Круг. Мунсогор. Хутт говорил это слово и поднимал свой клинок, вызывая обидчика на бой и будь это сам император, а вызывающий - последний босяк, хутт никогда не откажет хутту в вызове. Этот вызов в круг означал больше чем просто дуэль - он означал традицию, столь же древнюю как сам Бартам и песчаные дюны вокруг него. Поэтому неудивительно что хутты на площади замерли, услышав это слово, и те, кто был рядом - передавали слово дальше, шепотом, словно боясь обронить нечто важное. Поэтому Верек из дома Тансуу остановился и опустил свой сонбу, которым уже примеривался перерезать горло Аманде Кертис, лежащей без сознания, но все еще сжимающей в руке обрезок гаусс-винтовки, поэтому приподнялся на локтях шериф Броуджан и завертел головой в поисках вызващего, поэтому встал и повернул свою голову Шойджи, Безумный Художник дома Рикио.

- Мунсогор! - снова крикнул в пространство над площадью лейтенант ВКС Перси Дорбан и указал пальцем на худощавую сутулую фигуру на краю площади: - Я Персиваль из дома Дорбан вызываю в круг Шойджи хутт Рикио!

Джун была бы не Джун, если бы не оказалась в самом центре всей этой истории. И конечно же она услышала вызов. И конечно же она сразу поняла что вот ему, этому ганзару, дадут скрестить клинки с Шойджи - а ей нет. Она протиснулась вперед, туда, где толпа удерживала подчиненных Перси и окинула их быстрым взглядом. Синяки, кровоподтеки, рассечения, судя по всем сотрясения мозга, но жить будут. Ее взгляд задержался на руке одной из амазонок, она