Сквозь огонь - Александр Владимирович Мазин Страница 53

– Вот этот наглый щенок оскорбил меня, дядя! И грозит мне оружием! За это я его убью!

Веремуд поглядел на Сергея. Не признал. Он видел Сергея месяца четыре назад. Успел подзабыть.

– Ты кто, гридь?

– Мы уже знакомы, князь Веремуд, но я на тебя не обижаюсь, – покачал головой Сергей. – Ты немолод. Не удивительно, что тебя подводит память.

Не обиделся. Ждет продолжения.

– Я – Вартислав Дерзкий, хевдинг князя Стемида. Я был среди тех, кого Олег Киевский собрал этой зимой в княжьем городище – поговорить о нашем походе.

– Хевдинг? – Веремуд прищурился. – Ты нурман?

– Я варяг, – высокомерно ответил Сергей. – Но мне служит немало нурманов. А что это за визгливый щен, тявкающий у тебя из-под мышки и пускающий слюни от злобы?

– Я тебя вспомнил! – Веремуд ощерился. Более-менее добродушно. – Ты стребовал с новгородцев немалую виру за своего человека!

– Тогда я взял лишь серебро, – сказал Сергей. – Кровью я добрал позже.

– Ага. Дерзкий. А это сын моей сестры, – Веремуд повернулся к нахалу. – Святонег. Его отец – вождь из лютичей. Его убили прошлым летом. Теперь Святонег под моей рукой. А ты его обидел.

– А он – меня, – пожал плечами Сергей. – Он будет драться сам или выставит поединщика?

– Мне все равно, ты, пустошник! – закричал полулютич. – А мне все равно, кого убивать! Хоть тебя, хоть поединщика твоего! Мне без различия!

– Он точно слепой, если не видит меж нами разницы, – добродушно пророкотал позади Сергея знакомый голос Убийцы. – Хевдинг, если решишь драться сам, прибей его быстро. Пожалей убогого.

Сергей глянул через плечо. Ага, так лучше. Когда за спиной – пара десятков гридней, по-тихому тебя уже не удавят.

– Здрав будь, Веремуд!

Раздвинув Серегиных бойцов, вперед вышел Ререх. Неожиданно. Сергей думал, его корабли уже в километре отсюда.

Ререх тоже не один. Теперь силы практически сравнялись. С каждой стороны скопилось по полсотни бойцов. Да еще с других кораблей народ подошел, так что на изрытой копытами поляне стало совсем тесно. Старшина, которого Сергей заставил отдать кошелек, по-тихому смылся. Волы, о которых забыли, меланхолично двигали челюстями.

– Как было дело? – спросил Ререх у Сергея.

Спросил негромко, но племянник Веремуда услышал.

– Почему ты спрашиваешь его, а не меня? – возмутился он.

– Потому что он – мой родич, – спокойно ответил Ререх. – А тебя я вижу впервые. И ты мне уже не нравишься.

– Не сердись на него, Стемидыч, – успокаивающе произнес Веремуд. И племяннику: – Уймись! Мы выслушаем вас обоих.

– Ты на чьей стороне, дядя? – искривил губы полулютич. – Моей или этих чужаков?

– Мы на одной стороне, Святонег. И мы, и они. Я тоже слушаю тебя, Вартислав Дерзкий!

– Все просто, – сказал Сергей. – У меня два корабля. Драккар и вот этот, – он показал на торговую лодью. – Драккар взяли в волочение. За ним должна была идти моя лодья, но тут пришел… племянник. Сунул старшине серебро, велел убрать мое судно и ставить на волок его корабль. А черед был мой. Да и за мной уже собралось немало кораблей. Так что этот… племянник проявил неуважение не только ко мне. Потому я велел старосте отдать серебро, а не знающему обычаев племяннику посоветовал занять свое место в очереди. Надеюсь, ты научишь его уважению, князь Веремуд. И позволь дать тебе совет: вели своему родичу держаться подальше от кормила. Не то станет у тебя одной лодьей меньше.

– А хороший совет! – сказал кто-то из толпы. – Этот крикун ухитрился посадить корабль на мель в самое половодье. Я б такому даже корыто для стирки не доверил!

Святонег аж зашипел от ярости, но дядя похлопал его по плечу, сказал что-то негромко, видимо, посоветовал повременить с возмущением.

– Ты все сказал, Дерзкий?

– Пожалуй, – ответил Сергей. – Добавлю только: если он принесет подобающие извинения, я прощу ему грубые угрозы. К чему нам враждовать? Когда мы сойдемся с ромеями, каждый меч пригодится.

– Верные слова, – присоединился Ререх. – Что скажешь, Веремуд?

– Скажу: давай послушаем моего родича. Говори, Святонег!

– Я его убью! – выкрикнул полулютич. – Вот весь мой сказ!

– А он мне начинает нравиться! – заявил Грейп по-нурмански. – Храбрец. Люблю храбрецов. Хевдинг, можно я стану в круг вместо тебя?

– Встань в очередь, – тоже по-нурмански потребовал Дерруд.

– А я – как этот петушок! Тоже не люблю очередей! – ухмыльнулся Грейп.

– Дядя! Они над нами смеются!

– Нет, дурачок! – крикнул кто-то из кормчих, понимавших по-нурмански. – Смеются только над тобой!

Веремуд пожал массивными плечами:

– Я запретил бы тебе драться, Святонег, но ты ведь не послушаешь. Хочешь – дерись. Но мстить я за тебя не стану.

– Тебе не придется, дядя! – сердито заявил полулютич. – Ты! – крикнул он Сергею. – Кто твой поединщик?

– Я сам, – сказал Сергей. – Вылезай из-под дядькина плаща и неси сюда свою девичью попку. Пришло время ей познать ласку настоящего мужа!

В толпе заржали. Большинство было точно не на стороне Веремудова племянника.

«Приглашение» сработало как надо. Разъяренный полулютич, не медля ни секунды, ринулся в бой.

Народ поспешно раздался в стороны. Никто не хотел угодить под клинок. Сергей, так и не убравший саблю в ножны, ждал до последнего мига, а потом, крутанув восьмерку, плавно ушел полуповоротом, перебрасывая за спиной саблю из правой руки в левую, и нанес точно рассчитанный косой хлест по затылку противника. Шлема на полулютиче не было, и это упростило задачу. Прядь волос, клочок кожи, легкая контузия, и много-много крови. Сергей в свое время специально отрабатывал этот скользящий удар. Конечно, можно оглушить и ударив плоской стороной клинка, но так значительно эффектнее.

Полулютич пробежал еще пару шагов, крест-накрест взмахнул мечом, к счастью, никого не задев, и рухнул ничком.

Сергей картинно взмахнул саблей, стряхивая кровь.

– Присматривай за щенком, Веремуд, – произнес он, не повышая голоса. – Не то кто-нибудь поучит его уже как взрослого.

И, не оглядываясь на заворочавшегося в грязи Святонега, пошел вдоль волока следом за Ререхом. Он полагал, что вопрос закрыт.

Кто же знал, что племянник Веремуда окажется таким невезучим?

Глава 27

Киев. Тремя неделями позже. Дипломатия силы

– Виру за убийство? – изумился Ререх. – Варт его не убивал. Брат, я сам видел, как этот недоумок встал на четвереньки.

– А Веремуд утверждает, что Дерзкий убил его племянника! – возразил Трувор. – И предъявил труп этого племянника.

– Тебе?

– Не мне, – Трувор мотнул головой. – Хельгу. Но я тоже видел покойника. На теле нет других ран, кроме той, что нанес твой Вартислав.

– Что сказал Хельгу?

– Сказал: завтра будет суд.

– Суд так суд, – пожал плечами Ререх. – Там было полно свидетелей, и все