Ведьмак из Большого Киева. Матадор - Владимир Николаевич Васильев Страница 54

– Надо бы мальков куда-нибудь отослать, – мрачно предложил Койон. – Чтобы позорища нашего не видели.

– Им расскажут, не беспокойся, – заверил Ламберт. – Наврут с три короба.

– Вот пускай и думают, что все услышанное – ложь, – Койон поскреб небритый подбородок. – Своим глазам они поверят, не сомневайся, а вот досужей болтовне…

– Все равно у Весемира спросить придется. Долго он еще там торчать будет, интересно?

Словно по заказу в дверь отрывисто постучали.

– Войдите! – зычно выкрикнул Ламберт, чтобы было слышно в наружном коридоре.

Однако это оказался не Весемир, а раскрасневшийся помощник техника Иларио.

– Погрузили! – довольно сообщил он, широко улыбаясь и утирая взмокший лоб.

– Молодцы, – похвалил Койон. – Быстро. Весь груз в порядке?

– Ага. Только один ящик вскрыт был; может, пары обойм и не хватает, мы не пересчитывали.

– Как обычно, – проворчал Койон. – А нам отложил?

– Как просили, по пять штук каждому! Сейчас Парамон принесет, и стартуем.

Идея прямо сейчас отослать техничку, загруженную обоймами патронов-красноголовок, назад в Арзамас Геральту показалась странной. Мало ли что может произойти нынешней ночью? Халькдафф намекал на очередной и, скорее всего, последний визит из глубин. Вдруг удастся добыть какую-нибудь машину Гостя? Вдруг разобьется или повредится хотя бы одна? Но Весемир остался непреклонен: Иларио надо уехать до наступления темноты.

– Между прочим, – щелкнул пальцами Эскель, оживляясь, – вот и занятие молодняку! Пусть сопроводят техничку до Арзамаса. Красноголовки – штука заманчивая…

– Дело говоришь, – согласно кивнул Шараф. – Так и поступим. Уж кого-кого, а меня они послушаются.

Мысль и впрямь была удачная: негоже молодым ведьмакам присутствовать при действе, в корне противоречащем ведьмачьему естеству. Успеют еще нахлебаться грязи. И пусть сначала станут настоящими ведьмаками, как старшие, чтоб не сломаться на взлете.

Геральт исподлобья взглянул на упаковку банок с энергетиком, которую кто-то принес в номер и водрузил на стол. Две пустых уже стояли рядом с его креслом.

«Нет, – подумал он решительно. – Хватит химии».

– Вы как хотите, – сказал он и встал, – а я посплю хоть пару часов. Всю ночь вчера по столбам лазил.

– Я, пожалуй, тоже, – вздохнул Ламберт и хлопнул ладонями себя по коленям. – Будите если что.

По вполне понятным причинам остаток вечера из памяти Геральта выпал. Когда он проснулся – опять за несколько секунд до того, как его собирались разбудить, – Весемир уже завершил очередные переговоры с руководством комбината и вернулся в номер, техничка Иларио с нетипичным для нее грузом боеприпасов и охраной в виде четверых молодых ведьмаков отбыла в Арзамас-16, а оставшиеся ведьмаки под молчаливым присмотром халькдаффовых «мальчиков» зачистили восточный берег лимана. Зачистили – в смысле прочесали и вынудили всех отловленных живых переправиться на западную сторону или уйти подальше на север, к трассе. Кое-кого пришлось брать за шиворот и выдворять силой. Но обошлось без единого выстрела, чему все были несказанно рады.

Все это Эскель скороговоркой сообщил Геральту и Ламберту, которых Весемир велел не дергать на зачистку. Пока они умывались-одевались, Эскель наскоро соорудил легкий перекусон – не следовало оставаться голодным, но и наедаться до отвала тоже не стоило.

Геральт совершенно без чувств сжевал два бутерброда, запил чаем и встал.

– Вон там, на полочке, красноголовки! – подсказал из коридора Эскель.

– Зачем? – хмуро поинтересовался Геральт. – Мы же не воюем.

– Мы-то не воюем, – хмыкнул Эскель. – Но вдруг кому-нибудь вздумается с нами повоевать?

– Тоже правильно, – Геральт вздохнул и сунулся на указанную полку. Там аккуратной стопочкой лежало десять упаковок по восемь патронов-красноголовок в каждой. Запаянные в полиэтилен, словно крабовые палочки, красноголовки казались мирными и безобидными. Но ведьмаки не зря так высоко их ценили. И старались пускать в ход, только если не оставалось другого выхода.

Ламберт возник у плеча Геральта и молча сгреб свою долю.

«На кой хрен я это делаю? Халькдафф говорил, что красноголовки броню дисков все равно не берут…» – отстраненно подумал Геральт, разодрав неподатливый полиэтилен.

Маслянистые цилиндрики один за другим занимали соты в ременном патронташе. Что не влезло, Геральт просто рассовал по карманам. Ружье заряжать пока не стал. Затем свернул и упрятал в рюкзачок ноут. Зубная щетка уже пребывала там же, а больше вещей ведьмаку и не нужно.

– Я готов, – сказал Геральт через полминуты.

– Я тоже, – присоединился Ламберт.

– Пошли тогда… – Эскель взял с коридорной тумбы ружье и вышел за дверь. Геральт – за ним. Только Ламберт ненадолго задержался, запирая номер на ключ.

Охрана внизу безмолвно проводила их взглядами, а когда они шли по территории комбината, отчетливо ощущалось, что из бессчетных оконец, щелей или просто скрытых за скудной зеленью курилок за ведьмаками наблюдает множество настороженных глаз.

«Завтра наслушаемся… – угрюмо подумал Геральт. – Разного. Сейчас они еще верят, что мы поможем. Что прижмем эти чертовы диски к ногтю и зададим им перцу…»

Геральт насупился и стиснул зубы.

Сотни раз он слышал проклятия в свой адрес и тысячи раз сталкивался с неприязнью, порою переходящей в открытую ненависть. И все равно не мог с этим свыкнуться – в глубине души.

Умом-то он давно к этому привык.

– Не мрачней, ведьмаче! – Ламберт легонько пихнул Геральта ладонью в плечо. – Нас все равно считают отребьем. Подумаешь, толкнем комбинатский спирт морским тварям! В легендах мы и не такое творили.

– Так то легенды, – недовольно произнес Геральт.

– Легенды из ничего не возникают. Да только все быльем порастет, причем быстро. Не хандри! Разрулим.

– Не хандрю.

«В самом деле, чего это я? Слово, что ли, данное так действует? Как знать, может, и слово…»

У причала ожидал комбинатский катерок, в кокпите одиноко восседал эльф в буром крапчатом полукомбинезоне. А перед коротким трапиком переминалась с ноги на ногу Валентина. Удивительно, но она была без своего замызганного картуза – может быть, сподобилась, выбросила?

«Тьфу ты! – сердито подумал Геральт. – Только о слове вспомнил…»

– Ты куда это, а? – спросил он максимально строго.

Строго не вышло – получилось до крайности неприветливо, и только. Во всяком случае, девчонка и не думала тушеваться от его строгости:

– Как куда? С вами, конечно!

– Нечего тебе там делать, – буркнул Геральт, повернулся и шагнул на трапик.

– То есть как это – нечего? – возмутилась Валентина. – Комбинатскому технику нечего делать при обороне складов с продукцией? Говори, ведьмак, да не заговаривайся!

Геральт даже остановился. Подобной наглости он попросту не ожидал – с ведьмаками так не разговаривают. И кто, кто? Нахальная девица-лонгер, неполных сорока лет, сопля-соплей по любым меркам!

– Я тебе ща так заговорюсь… – зловеще произнес Геральт, шагая назад на причал и беря девчонку за розовое ухо, словно грозный отец нерадивое дитя. –