Владимир Михайлов - Королевы Маргины Страница 55

– Я, похоже, схожу с ума, слышишь, ты? Рогнед, ты меня слышишь? Тогда какого же рожна молчишь? Или, может, ты уже помер?

– Не дождешься.

Они двое сидели в центральном посту: капитан «Красотки Тау» и Рогнед, мастер ситуаций.

– У меня голова идет кругом – такая болтанка…

– Приди в себя, парень. Это у тебя в башке болтается – мозг или что там у тебя. На самом деле все нормально – нас несет…

– Несет! Сейчас нас так хрястнет обо что-нибудь…

– Тут нет ничего такого, не трясись.

– Какой-нибудь другой полоумный вроде нас.

– Да хоть десять идиотов. Пойми ты: здесь столкновения невозможны. Он просто пройдет сквозь нас, а мы – сквозь него, и никто ничего даже не заметит.

– Бредишь, Рогнед!

– Ничуть. Вспоминаю.

– У тебя так было?

– Иначе я не помнил бы.

– А потом? Как вы все-таки выбрались из этого небытия?

– Подожди. Я чувствую… Да… Быстро: мощность уменьшить вдвое – иначе окажемся слишком далеко…

– Откуда ты знаешь?

– Не знаю. Чувствую. Ну!

Капитан, морщась, дотянулся до клавиатуры.

– Молодец. Слушай! Слушай! Узел впереди! Мы близки к возврату в силовую сетку! Мы пронзили эту часть Простора – срезали все-таки угол!

– Ничего не чувствую…

– В этом я не виноват. Я четко ощущаю этот узел. Тот, который нам и был нужен! Капитан, держи хвост морковкой! И… Три градуса влево, семь – вниз по нашему ощущению. И приготовься уравновеситься в узле, чтобы не тратить лишнего времени.

– Да не верю я тебе. Ты это просто стараешься меня успокоить, воспитатель хренов!

– Сейчас врежу тебе…

– Да я делаю, делаю же! Что ты в самом деле!..

– Слушай, ведь и правда – узел! Ура! Ура!

– Не ори так. Смотри на пульт: приборы ожили.

– С ума сойти! Никогда не поверил бы.

– Теперь поверишь. Готовься к выходу. В пространстве мы окажемся где-то совсем близко от Маргины. Будь внимателен.

– Рогнед, а в узле не очень спокойно, а?

– Он уже чувствует приближение шторма. Того, который мы обогнали…

– Господи! – возгласил капитан ликующе. – До чего же приятно увидеть все на своих местах – до последней звездочки, до самой дальней галактики…

– Оставь их в покое. Смотри лучше на планету назначения. Кажется, нам надо подойти к ней так, чтобы сесть близ той, первой базы?

– Да ничего подобного. Я всегда сажусь на новой, туда везу груз, оттуда вывожу продукт. От старой базы надо держаться подальше.

– Но нам нужно именно туда.

– Вам нужно – мне не нужно. У меня свои инструкции. И не командуй: мы не в Просторе.

– Оно и заметно.

– Куда тебе нужно – попадешь и без меня. Они недалеко друг от друга, по сути, разрабатывают одну залежь – только с разных концов. Их разделяет хребет, так что садиться приходится на бреющем…

– Это уже твое дело. Надеюсь, ты нас не разобьешь… Эй! Что там?

– Что? Где?

– Большой экран, на десять часов.

– Ничего не… Черт! И в самом деле. Кораблик… На стационарной. Сейчас запрошу его…

– Не надо! Чей он может быть? Первой базы?

– У них ничего такого нет. Транспорты они фрахтуют – Нагор считал, что так выгоднее, чем держать свой флот.

– Тогда – чей?

– Без понятия.

– А ты не можешь его… сковырнуть? «Красотка» ведь вооружена?

– Подожди: дай определить, над чем он висит. Дьявол! Над новой базой. Значит, может быть и своим, и чужим. Вернее всего – чужим. Потому что наше начальство – все у нас на борту.

– Кто-то у вас высадился, вернее всего. Сбей его.

– Думаешь? Под твою ответственность.

– Согласен.

– Я его антиграв-пушкой. Увидишь, как она работает – блеск!

– Полюбуюсь с большим интересом.

5

Маргина. Рудник «Овал». Утро 17 меркурия

«Какой-то Штель тут другой, – подумал Лен Казус уже в клети, ощутив провал где-то под ложечкой, какой возникает, когда пол под ногами вдруг сразу устремляется вниз. – Как-то раскрепостился, словно чувствует себя куда свободнее, чем наверху. Или – в большей безопасности? Или.… Но вообще-то и мне ведь не страшно – скорее почему-то весело, настолько, что очень хочется песенку запеть, что ли, легкую, радостную. Самовнушение? Или же – что-то влияет на самом деле? О чем говорили умники из «Продолжения»? Без секретов тут уж явно не обходится, так что надо держать ухо востро: секреты все-таки – моя специальность в определенном смысле. И не забывать о безопасности. Во всех смыслах. Включая и тот – а не может ли получиться так, что я партнеру перестану быть нужным? Я помог ему добраться туда, куда ему хотелось, и теперь куда удобнее – от меня избавиться. Что он на это способен – я знаю совершенно точно, и по сути меня сейчас спасает только то, что он не понимает.… А насколько можно быть уверенным, что действительно еще не сообразил? А если понял и просто умеет не подавать виду? В общем, уравнение энной степени со многими неизвестными. Не расслабляйся, вызнаватель!»

Штель, однако, никаких агрессивных действий не предпринимал. И даже как бы вообще перестал обращать на Казуса внимание. Остановился, проворчав негромко: «Не спеши, тут надо осторожно». Недолго постоял на месте, только слышно было, как он шумно дышал – похоже, на минутку потерял контроль над собой. Потом пробормотал под нос что-то, совершенно неразборчивое. Казус рискнул – снова запустил зондирование и опять наткнулся на хороший блочок. Штель никого не хотел допускать к своим мыслям. Ну ладно, когда-нибудь он все же не уследит, ослабит защиту – просто устанет, это ведь требует постоянного и немалого расхода энергии, а тут – не под открытым небом, где восстановить ее большого труда не составляет; глубоко под землей – дело совсем другое. И тогда-то…

– Положи руку мне на плечо.

– Что? А, понял.

Казус вытянул руку, повел ею влево, вправо – нащупал.

– Идти будем в ногу, шаг – сантиметров сорок, шире не нужно. Это ясно?

– Уразумел.

– Шагом – марш! Раз, два…

Казус легко вошел в ритм. Свободной рукой надвинул очки-ноктоскоп на глаза – в надежде хоть что-то увидеть. Убедился в том, что они мало чем могут тут помочь: кроме спины Штеля, нельзя было различить ничего. Холодная порода вокруг, ничто не излучало тепла. А вот, пожалуй, слухом руководствоваться было в какой-то степени можно: шаги отражались от стен прохода, по которому они шли, и уже через минуту-другую Казусу показалось, что эхо стало чуть запаздывать, самую малость, но его чувствам, обостренным сейчас, и этого было достаточно. Видимо, пространство, в котором они продвигались, расширялось. И вдруг распахнулось. Одновременно Штель остановился резко, словно встал на тормоза, как ни старался Казус быть внимательным, но невольно налетел на партнера. Тот не обиделся, однако, но лишь предупредил:

– Закрой глаза. Даю свет.

Казус повиновался; через мгновение яркий свет ударил даже сквозь опущенные веки, пришлось зажмуриться что было силы, и все равно глаза намного заслезились. Казус стал приоткрывать глаза – медленно, очень медленно.

– В порядке? – спросил Штель. – Тогда входи.

Лен Казус не стал спрашивать куда, они стояли перед шахтной клетью, правда, мало чем напоминавшей традиционные кое-как огороженные площадки: эта скорее походила на грузовой лифт в доме достаточно высокого класса – не отделкой, конечно, но уровнем надежности: цельнометаллическая гондола с тремя иллюминаторами, овальная в сечении, изнутри стенки оказались на ощупь мягкими, простеганными ромбом. Рядом с дверцей, через которую оба вошли, виднелся пульт с несколькими клавишами и табло. Это заставляло предполагать, что внизу было несколько уровней, на которых можно было остановиться, выйти, если понадобится. Казус понимал уже, что Штель, чего бы он там ни обещал, не ограничится одним-двумя образцами; он хотел понять, какой системой пользовались устроители этого рудника – наверное, будет останавливаться у каждого столба, фигурально выражаясь. Самое время было начать беспокоиться: успеют ли они закончить тут все дела в темноте? Средь бела дня отсюда не выбраться, как бы не пришлось куковать тут до следующей ночи…

Череда мыслей вдруг прервалась, закружилась голова, тошнота подступила к горлу. Казус ухватился за единственное, за что тут можно было держаться: за Штеля, вроде бы сохранявшего устойчивость. Тот не выругался, не упрекнул, даже приобнял одной рукой, помогая сохранить равновесие. Проговорил – и в голосе была улыбка:

– Не ожидал? Как же это ты: не сообразил, куда направляемся? А еще сыщик – должен бы предвидеть…

Казус только теперь и сам догадался, в чем дело: они приближались к той глубине, где и залегала, видимо, мощная жила гравина, а гравин ведь тем и ценен, что генерирует антиграв-поле. Вот и возникает невесомость – если не полная, то во всяком случае весьма к ней близкая.

– Понятно…

– Еще не все. Сядь лучше на корточки: сейчас…

Штель не договорил, когда Казус торопливо последовал его совету. Вовремя: через секунду-другую снова нахлынуло головокружение – но теперь ненадолго. Партнер сказал: