Якорь души - Евгений Аверьянов Страница 6

Их реакция была мгновенной: оба замерли.

— То, что вы сейчас никто, — не значит, что так будет всегда. Я умею видеть потенциал. И вы — не пустое место. У вас есть структура. Есть то, чего нет у большинства. И если вы хотите начать жить, а не просто выживать, — нужно выйти из этих стен.

— Мы правда… — начал Саша, но осёкся. — Подожди. Ты это всё ради чего? Зачем тебе с нами возиться?

— Потому что когда-то, — я опустил взгляд, — со мной никто не возился. Потому что я знал, каково это — быть никем. И потому что, может, именно вы однажды кого-то спасёте, когда я не смогу.

Они замолчали. Впервые — не от страха или уважения, а от того, что поверили.

— Ладно, — сказал Илья, вставая. — Только дай нам… минут десять. Хоть одеться.

— И фонарик найди, — буркнул Саша. — Если он снова будет "держать свет", пусть хотя бы не сдохнет через пять минут.

Я улыбнулся едва заметно.

— Десять минут. И выходим.

А заодно — посмотрим, как много можно изменить, начав с малого.

Мы вышли за границу квартала чуть позже рассвета. Свет уже пробивался сквозь пыльные облака, окрашивая развалины и заросшие дороги бледно-жёлтым. За изгородью начинался мир без правил: сгнившие постройки, поваленные столбы, рваная арматура, торчащая из земли, и жуткое безмолвие, словно сам воздух не хотел быть потревоженным.

Я шагал впереди, ребята чуть позади. Каждое потрескивание ветки под ногами заставляло их вздрагивать.

— В какой стороне находятся неконтролируемые зоны? — спросил я, не оборачиваясь.

— Если идти по старому северному шоссе, — ответил Саша, — примерно через километр начинается полоса, куда не суются ни роды, ни местные. Говорят, она нестабильная. Там порталы открываются прямо в воздухе. Почва пульсирует. Ну и монстры… другие. Умные. Хитрые.

— Значит, туда и идём, — кивнул я.

Илья хмыкнул.

— Ты точно нормальный?

— Почти.

Глава 3

Мы шли молча ещё с минуту, прежде чем я заговорил:

— Вы не совсем понимаете, какой шанс вам выпал.

Они насторожились.

— У большинства пробуждённых три средоточия — тело, разум, дух. Но… почти всегда они разного типа. Например, два обычных и одно редкое. Или одно эпическое, два слабых. Очень редко — три одинаковых. И почти никогда — три редких.

— А у нас… — начал Саша.

— У вас три редких, — подтвердил я. — И не просто активированных, а нулевых. Это значит, что их ещё можно развивать в любом направлении.

Я не заметил в жилой зоне ни одного человека даже с тремя обычными. Вы — исключение.

— Но… — Илья почесал затылок. — И что?

— А то, что когда все три средоточия одного уровня, их можно улучшить. Я нашёл об этом записи в древних фолиантах. Понимаете? Не просто развить, а изменить саму основу, поднять потенциал.

— Но зачем тебе это? — нахмурился Саша. — Мы-то тебе зачем? Ты же можешь всё и один.

Я остановился, повернулся к ним.

— Потому что я хочу понять, что происходит на Земле. Как далеко зашла система, почему сюда начали ломиться порталы, как устроена власть. И, возможно, создать условия получше. Хотя бы для кого-то. Начать с малого.

— Для кого-то, — повторил Илья, слабо улыбнувшись. — Это ты про нас?

— Может, да. А может — вы первые из сотен. Вопрос в том, захотите ли вы стать первыми.

Они замолчали. Я снова пошёл вперёд.

Через несколько минут, когда городская грязь осталась позади, я заговорил снова:

— Поправьте, если ошибаюсь.

Сейчас на Евразийском материке — единое государство, с царём во главе.

Двенадцать контролируемых территорий, каждая с основным городом — укреплённым, с родами, армией и порталом.

Вокруг них — трущобы, как буферная зона.

Дальше — дикое пространство, где живут либо монстры, пришедшие из порталов, либо мутанты, бывшие местные.

Между городами налажены коммуникации, в том числе пути к стабильным порталам.

У порталов — укрепления, блокпосты, торговые узлы.

— Всё правильно, — подтвердил Саша. — Мы слышали по радио, когда генератор ещё работал. Иногда гонцы рассказывают, если не боятся.

— Только там всё по-другому, — добавил Илья. — Вроде как мир и порядок, но только если ты внутри стены. Снаружи — ты никто.

— А внутри стен, — вздохнул Саша, — только сильные или нужные.

Я кивнул.

— Значит, если здесь появятся сильные, умеющие думать и бороться, — порядок можно изменить. Или хотя бы встряхнуть.

— Ты всерьёз собираешься…?

— Пока — нет. Пока я просто охочусь. Но у охоты всегда есть вторая цель. Особенно, когда идёшь по направлению к будущему.

Мы нашли место, где воздух стоял тише, чем обычно. Развалины старого склада, стены из бетона, поросшие мхом. Крыши не было, но остов давал тень. А главное — поблизости не ощущалось ни одной аномалии, ни чужой энергии.

Я остановился, осмотрелся — и кивнул.

— Здесь пойдёт.

Саша и Илья переглянулись.

— Для чего? — спросил Илья, неуверенно.

Я развернулся к ним и медленно снял рюкзак. Изнутри достал матовую сферу — ядро второй ступени, чистое, устойчивое, с мягким внутренним свечением. Затем ещё одну. И ещё.

Вскоре у моих ног лежало десять ядер, будто куски застывшей звёздной пыли.

— Начнём улучшение, — сказал я. — Повышение потенциала ваших средоточий. Кто будет первым?

Они снова переглянулись. Но в этот раз уже дольше. В их взглядах — страх, растерянность. Лица напряжены. Улыбок нет.

Я видел, о чём они думают.

Что если это не помощь?

Что если он хочет использовать нас — как сосуды, как жертвы, как ресурс?

Может, всё это — обман? Ловушка?

Но они не сказали этого вслух.

Тишину нарушил голос Ильи:

— Я… попробую.

Он сделал шаг вперёд, сжав руки в кулаки, чтобы скрыть дрожь.

Я коротко кивнул.

— Хорошо. Встань ровно. Руки — вдоль тела. Спокойное дыхание. И главное — не сопротивляйся.

— А… это… будет… больно?

— Вряд ли приятно, — честно ответил я. — Но это не боль, которую ты знаешь. Это внутренняя перестройка. Разрыв границ внутри. И переход.

Он кивнул. Глубоко вдохнул.

Я взял первое ядро. Положил ему в ладонь. Оно вспыхнуло — мягко, как отзывающийся источник.

Затем — второе. И ещё одно.

Энергия пошла волнами. Лёгкий