Василий Головачев - Огнетушитель дьявола Страница 63

– В чем дело, Юлий?

В ту же секунду смуглолицый незнакомец с бородкой выстрелил в играющую огнями свечу вириала из пистолета.

Вспышка, негромкий взрыв, стеклянный звон разлетавшихся осколков. Все виомы в зале погасли. Под куполообразным потолком заблеял аварийный автомат.

– Все вон отсюда! – повысил голос начальник прибывшей группы. – Церемониться не будем! Ахмед, приступай.

Один из «сменщиков», лоб и волосы которого были перехвачены зеленой лентой, подошел к застывшему витсу, откинул у него на спине панельку, что-то повернул, нажал и закрыл.

– Готово, полковник.

– Гоните всех в бункер отдыха на втором уровне.

– Взрыв рассчитан на уничтожение всей станции, они не уцелеют.

– Не рассуждать! Вперед! Руки на затылок! Выходите по одному!

Трое ученых, два оператора вспомогательных систем, напарник диспетчера потянулись к выходу, сцепив руки на затылке. Диспетчер медлил, все еще надеясь на чудо. Смуглолицый ткнул ему в лицо дуло «универсала».

– Пошел, смельчак! Жить надоело?

– Я тебя узнал, – проговорил Еремеев, вытирая с разбитой губы кровь. – Ты из элитарки, полковник Юзефович.

Элитаркой называли службу безопасности правительства, и отношение к ее сотрудникам специалистов других служб было презрительно-опасливым.

Глаза ЮЮ сузились.

– Это очень плохо, что ты меня узнал, начальник смены Еремеев. Теперь я не могу оставить тебя в живых. Эй, Ахмед!

Диверсант с зеленой лентой через лоб оглянулся.

– Ну-ка привяжи нашего бравого диспетчера к витсу. Пусть первым отправится в рай, он заслужил.

Еремеев бросился на командира диверсантов, но получил еще один ослепляющий удар дулом пистолета в нос и упал. Его подняли, подвели к роботу-монтажнику, стоявшему с растопыренными лапами, как пугало в огороде, и скомандовали:

– Сорок первый, промежуточная готовность. Никаких самостоятельных действий! Возьми этого человека за руки и не отпускай в течение получаса.

Мощные длинные лапы-манипуляторы витса шевельнулись, голова развернулась к Еремееву лицом, пластина глаза на миг засветилась красным огнем.

– Приказ понял. Выполняю.

Передние лапы витса вцепились в запястья диспетчера, а третья сгребла его за воротник на спине.

– Отлично, – с удовлетворением проговорил ЮЮ. – Трогательное единение человека и его творения перед смертью. Прощай, господин диспетчер, был рад познакомиться. Уходим!

Диверсанты вышли из зала вслед за своими пленниками. Еремеев остался наедине со сторожем, чувствуя, как по губам и подбородку стекают капли крови из разбитого носа. Попробовал было вырваться, но витс даже не покачнулся, стоял как скала, находясь в полувключенном состоянии. Его мозг сейчас не работал и ничего не слышал, работала только программа жизнеобеспечения и подчинения.

– Сорок первый, полная готовность! – попытался достучаться до его сознания Еремеев. – Включайся! Тревога! Опасность!

Витс молчал. То ли ждал пароля, то ли более весомых аргументов, то ли голос диспетчера не соответствовал тому, которым витсу отдавали приказы диверсанты.

– Сорок первый, отзовись! Ты меня слышишь?

Превращенный в бомбу робот не ответил.

– Дурак безголовый! – рявкнул Еремеев. – Включайся, иначе взлетим на воздух вместе! Понимаешь?!

– Вряд ли он что-нибудь понимает, – раздался откуда-то сверху тихий голос.

Еремеев с трудом вывернул голову из-под лапы витса и увидел в потолке зала дыру люка, в которой виднелась полупрозрачная тень – не то струя газа, не то тень человека. Затем пришла догадка: это был человек в специальном костюме, превращавшем его почти в невидимку.

Тень пропала, затем что-то блеснуло в воздухе, словно плавно опускающий водяной блик, и на полу зала возникла текучая фигура неопределенных очертаний.

– Вы кто?—шепотом спросил Еремеев.

Фигура внезапно обрела плотность, цвет и объем. Это действительно оказался человек в комбинезоне типа «хамелеон», вооруженный вычурной формы пистолетом с квадратным дулом, в котором Еремеев, холодея, узнал «раздиратель кварков» – «глюк».

– Где они? – раздался откуда-то с пояса его тихий голос.

– Повели людей на второй горизонт, хотят запереть их в зале отдыха.

– Понятно. – «Невидимка» сделал жест рукой, и в зал из верхнего люка спикировали еще три «невидимки». – Свен, разблокируй витса, освободи мужика. Мы пошли дальше.

– Осторожнее, он заминирован! – предупредил Еремеев.

– Свен, попробуй разобраться, – бросил командир звена «невидимок». – В крайнем случае выброси железяку на поверхность. Остальные за мной!

«Невидимки» открыли люк и исчезли.

Тот, кого командир назвал Свеном, выключил аппаратуру костюма, делавшую его «прозрачным», зашел к витсу за спину, чем-то щелкнул, повозился с минуту, и лапы робота разжались.

– Уф! – с облегчением выдохнул Еремеев, начиная разминать затекшие кисти рук. – Сколько у нас времени?

Свен, не отвечая, продолжал возиться с витсом, затем вызвал подмогу (Еремеев догадался об этом, когда в зал спустились еще два спецназовца). «Невидимки» уложили робота на антиграв-носилки и куда-то увезли.

– Сейчас ремонтники заменят вириал, – сказал наконец Свен, – и можете приступать к дежурству.

– К-как это – к дежурству? – оторопел Еремеев. – А бомба? А террористы? Их же шестеро… все вооружены… плюс еще один витс…

Шлем спецназовца сложился гармошкой к плечам, и на диспетчера глянуло уверенное молодое лицо с голубыми глазами. По губам парня (совсем мальчишка, лет двадцать, не больше, но как держится!) скользнула улыбка.

– Все в порядке, господин Еремеев, с ними уже разбираются. Это последняя группа, две мы уже захватили. А вам спасибо за сигнал.

Свен кинул руку к виску, повернулся и выбежал из зала.

– Вам привет от вашего друга… – донесся из коридора его голос.

Еремеев крякнул, достал платок, промокнул подбородок и губы, пробормотал с легкой завистью:

– Да здравствует контрразведка!..

Затем встрепенулся и поспешил к своему рабочему месту, уже не думая о террористах. Судя по подготовленности мальчишки-контрразведчика, диверсантам недолго оставалось гулять на свободе.

Филипп Ромашин обедал в ресторане техцентра Управления с его главой, когда рация заговорила голосом Реброва:

– Сорвана попытка нападения на «Циклоп». Мы взяли двенадцать человек, двое ушли, в том числе командир десанта. Опытный волчара.

– Кто?

– Юзефович, его опознали. К сожалению, у всех захваченных сработали программы самоликвидации, спасти удалось только двоих. Один заговорил, выдал координаты базы и имя руководителя регионального отделения.

– Кто? – снова коротко спросил Филипп, давая понять собеседнику, что разговаривает по рации.

– Хамад бин-Халиф аль-Тхани.

– Директор сети обсерваторий?!

– Так точно. Можем брать и его, и Юзефовича.

– С ЮЮ повременим. Где находится база?

– Не поверишь: рядом с основным комплексом зданий СЭКОНа, в Берне. Прямо под архивом. Мы начинаем готовить операцию захвата.

– Это надо сделать быстро и без шума, чтобы не всполошились основные фигуранты розыска. Иначе министр поднимет такой вой, что мало не покажется.

– Не волнуйся, старик, мы ученые, сделаем все так, что комар носа не подточит.

– Я буду у себя. Сразу после операции ко мне. – Филипп перешел на мыслесвязь по системе «спрута-2». – Как идет работа по запасному варианту?

– Через неделю закончим, – ответил Ребров. – Технологии отработаны, процесс пошел. Никто из исполнителей заказа не знает и не узнает, что именно он делает.

– Добро. – Филипп отключил связь, вполне понимая собеседника.

Речь шла об использовании мощностей существующих заводов и верфей по изготовлению космической техники и строительству спейсеров для создания второго «солнечного крота» и еще одного «паньтао». План был разработан таким образом, чтобы узлы «крота» и «уничтожителя зеркал» делались на разных заводах (всего было задействовано три десятка предприятий) и лишь на стадии сборки на базе УАСС должны были стать частями единой конструкции. Но об этом те, кто выполнял заказы на изготовление деталей и узлов, не догадывались.

– Проблемы? – посмотрел на директора начальник техцентра, тоже принимавший участие в разработке второго запасного варианта.

– У кого их нет, – отмахнулся Филипп.

– Помощь нужна?

– Пока нет. С тебя будет достаточно, если ты вовремя сделаешь свою работу.

– Я могу и больше.

– Что ж ты не предложил свою кандидатуру в экипаж «крота»? – съязвил директор Управления.

Начальник техцентра нахмурился, перестал жевать.

– Это удар ниже пояса, босс. Ты же знаешь, что я некомбатант.

Филипп вздохнул. Он помнил, что главный специалист Управления недавно заменил сердце и что нагрузки ему противопоказаны.

– Извини, я просто на взводе. Все время думаю о ребятах, что сидят сейчас в кабине «крота».