Андрей Буторин - Дочь небесного духа Страница 66

– Зачем? Ты же сам сказал, что нам она ни к чему. И как? Кто согласится лезть в пасть к этой «Великой дуре»?

– «Как» – это мы придумаем. Вон, из негодного оружия крючьев наделаем, так что, может, и в воду лезть не придется. А насчет «зачем» – это я погорячился, что она ни к чему. Сдурковал, как ты говоришь.

– Ну и зачем?

– Да хоть в Ловозеро съездить, набрать всяких полезных вещей! И… рыбу с нее ловить удобно. Не Великую, простую. Нет, моторка нам бы очень пригодилась.

– Сейчас в любом случае не до этого, – мотнула головой Надя. – Пойдем скорей, пока у меня еще силы есть. Мало, правда…

– А вот давай-ка мы их сначала подкрепим, – кивнул на рюкзак ее муж. – Там вроде бы что-то оставалось съестное, а то ведь не ели уже я не знаю сколько!

– Не-е-ет! – замахала руками девушка. – У меня сразу все назад полезет после этого… Вот найдем своих и закатим пир горой! Кстати, – вспомнила она о несостоявшейся свадьбе, – если от селения хоть что-то осталось, там должно быть много еды.

– Что-то мне не очень верится, что там хоть бревнышко целое найдется, – засомневался супруг.

– Так нам же все равно мимо идти – вот и глянем заодно, сейчас-то в гору лезть незачем.

– Незачем?.. – помрачнел Нанас. – А может… Может поднимемся все-таки?.. Вдруг там…

– Сейд? – с грустью посмотрела на замолчавшего мужа Надя. – Мы ведь уже говорили об этом… Посмотри туда, – махнула она рукой вдаль и вверх, – там даже выглядит все по-другому.

– Да, – соглашаясь с ней, тяжело вздохнул парень. – И Силадан тоже там остался, так мы его и не похоронили…

– У него сейчас такая могила, что любой нойд ему бы позавидовал. Прямо в священной горе!

– Не знаю, я вот не завидую, – передернуло Нанаса. Видимо, ему представилось, что если бы все вышло так, как он задумал, то ему тоже пришлось бы сейчас лежать под каменными завалами этой самой горы.

– А я и забыла, что ты теперь нойд, – ласково улыбнулась Надя.

– Ладно, пошли к сыйту, – поморщился отчего-то супруг. А потом, когда они отошли уже на приличное расстояние, сказал: – Ты знаешь, наверное, я все-таки не нойд. Не настоящий нойд, во всяком случае. Я ведь ничего не сумел сделать! Твой отец застрелил Парсыкина; Гор повел людей в безопасное место; ты пошла прямо к бандитам, чтобы попытаться их сюда не пустить; Базз с варварами приняли смерть в неравном бою; Сейд тоже ради нас пожертвовал жизнью… А я?.. Я только другим жизнь отравлять умею…

– А ну, не дуркуй! – рыкнула на мужа Надя. – Вот что в тебе точно есть нехорошего, так это твое дурацкое самобичевание!.. «Я не смог!.. Я не сумел!.. Я ни на что не годен!..» – гнусавым голосом передразнила его девушка. – Между тем, именно ты спас всех нас от варваров, именно ты придумал, как избавиться от бандитов… Да и саамов организовал, дал им «волшебного пендаля», тоже ты. И потом, не забывай – это только начало. Впереди – ой-ей-ей сколько дел и забот! Вот об этом и надо в первую очередь думать. Не о том, что не удалось сделать, а о том, что предстоит совершить.

– Вот! Ты даже говоришь красивее, чем я!..

– Да я и вообще красивее, – подмигнула девушка и, не сдержавшись, прыснула.

Нанас тоже не смог долго печалиться и сокрушаться, и его смех вскоре присоединился к Надиному. Но все-таки это был смех сквозь слезы. Слишком уж много пришлось пережить супругам в последнее время, слишком свежими были на их сердцах раны, чтобы веселиться легко и беззаботно. И, конечно, самую глубокую рану для обоих оставила гибель Сейда. Поэтому Надя ничуть не удивилась, когда муж, оборвав смех, вновь вернулся к этой теме:

– Слушай, я вот что подумал… Ведь ты в туннелях свою маму видела, так?..

– Ну, видела, – почти догадалась уже, куда клонит супруг, девушка. – Только я не знаю, что именно: призрак, мираж, а то и просто галлюцинацию.

– Это неважно. Главное, видела, и она тебе помогла. Теперь смотри: Семен ее тоже видел, и она ему тоже помогла. И я видел! И мне помогла!

– Тебе-то чем помогла? Скорее уж, нам через тебя.

– Неважно! Главное, помогла. Вот я и подумал: ведь она и Сейду могла помочь!

– Я тебя очень хорошо понимаю, – положив ладонь на плечо мужу, ласково сказала Надя. – Я ведь и сама хотела бы в это верить! Но давай все-таки смотреть правде в глаза. Мистика мистикой, но взрыв был более чем материален. Вспомни-ка, или просто оглянись вокруг. А его причина нам тоже хорошо известна, так что…

– А я все равно буду надеяться! – упрямо выдал Нанас. – И верить. Я все-таки нойд, хоть и не очень хороший пока, и мистика для меня… эта… как ее… – защелкал он пальцами, подбирая нужное слово.

– Родная стихия, – подсказала Надя.

– Вот-вот, – закивал супруг, хотя в глазах его девушка заметила сомнение: возможно, парень спутал «стихию» со «стихами».

– Так верь, Нанас, верь, кто не дает? – улыбнулась она. – Главное, не питать напрасные надежды, чтобы потом больно не было.

– Я думаю, после всего, что случилось, больнее уже быть не может, – буркнул Нанас.

– Эх, – вздохнула Надя, – твои бы слова да… духам в уши!..

– На то я и нойд.

За разговорами они и не заметили, как дошли до того места, где когда-то располагался саамский сыйт. Хотя, почему «когда-то»?..

– Смотри, смотри! – радостно воскликнул Нанас. – Вот здесь я и жил!

Надя подняла глаза и удивленно огляделась. Селение было на месте!.. Уцелели, правда, далеко не все жилища, многие вежи оказались раскатанными по бревнышку, у остальных полностью или частично отсутствовали крыши, но даже при беглом взгляде было очевидно, что привести все в порядок не составит слишком большого труда.

И, что удивительно, девушка ощутила вдруг, что она – дома!.. Непонятно, чем это было вызвано. То ли тем, что возле селения раскинулось озеро, – а ведь вся ее предыдущая жизнь прошла на воде, то ли тем, что она подспудно уже себя приготовила к тому, что отныне будет жить здесь, а может, тем еще, что это место так любил тот, кого любила она сама.

Нанас как раз бросился к небольшой, стоявшей с краю веже. От ее крыши остались одни голые прутья, но низкие бревенчатые стены даже не покосились.

– Здесь мы жили с мамой и с Вехой![29] – замахал руками супруг, подзывая Надю. – А потом с Сейдом… Вот здесь, смотри!

На лице его сияла настолько искренняя, неподдельная радость, что девушка не смогла не улыбнуться в ответ.

– Мы здесь с тобой и будем жить, ладно?.. – обнял ее Нанас, когда она подошла ближе. – Я все починю легохонько, и будем, ага?

– Ага-ага, – рассмеялась Надя. – Вдвоем будем жить?

– Конечно, вдвоем, – разом слетела с губ мужа улыбка. – А… кто еще?.. – Тут он, что-то сообразив, широко распахнул глаза и прошептал: – У нас, что, скоро… кто-то будет?..

– Может, и будет, но не скоро еще, – осторожно потрепала перебинтованную рыжую голову девушка, – успокойся. Я сейчас имела в виду, что, наверное, неплохо бы и остальных людей сюда привести?

– А!.. Это… – слегка взгрустнул Нанас. Впрочем, ненадолго. – Конечно, приведем! Сейчас и приведем! Или ты тут подожди, а я сбегаю легохонько.

– Нет уж, вместе пойдем. Что-то мне не понравилось с тобой разлучаться – мы порознь в какие-то крайности впадать начинаем. Ты лучше вот что скажи… Я тут ни одного оленя не вижу, ни живого, ни мертвого. Значит, люди все-таки с ними ушли? Но тогда они вряд ли смогли очень далеко уйти. Так ведь?

– Может, так, а может, и не совсем, – почесал рыжую макушку Нанас. – Летом олени на дальних пастбищах пасутся. В загоне сейчас если только больные оставались, или те, которых на забой выбрали. Так что, может, их совсем мало было.

Надя вспомнила про несостоявшуюся свадьбу с Парсыкиным и подумала, что если какие-то олени и были в загоне, то их наверняка забили для пиршества. Значит, люди были налегке. Как же далеко они смогли уйти?.. Приложив ко лбу козырьком ладонь, она стала всматриваться в противоположный берег озера. Никого там не увидела, зато услышала, как позади кто-то вскрикнул:

– Нанас! Ты живой!.. И дочь небесного духа тоже!..

В голосе слышался не просто изумленный восторг, а даже что-то вроде священного трепета.

Девушка обернулась. Перед ними стояли два саама, вышедшие из поломанного леса.

– Конечно, мы живые, – невозмутимо ответил Нанас. – Вождю нельзя погибать, и я, ваш нойд, попросил духов защитить его… ее.

«Ага, – мысленно усмехнулась Надя, – а тебя самого они защитили и безо всяких просьб, по умолчанию».

– Селение я тоже попросил сильно не трогать, – видя, что изумленные мужчины с радостью глядят на уцелевшие жилища, повел рукой нойд. – Так что жить останемся здесь. Бегите, зовите остальных! Надеюсь, все живы?

Саамы отчаянно закивали, тут же развернулись и побежали туда, откуда пришли.

– А вы чего приходили-то? – крикнула им вдогонку Надя.

– Узнать, как тут!.. – откликнулся один из них.

– И кто тут! – крикнул следом другой.

– А тут – мы, – глянув на супругу, с улыбкой подытожил Нанас. – И тут хорошо. Так ведь?.. – Внезапно он снова убрал улыбку и с явной опаской спросил: – Или ты все-таки хочешь вернуться в Зори?