Юрий Иванович - Обладатель-сороковник Страница 77

Все на некоторое время после такой страстной речи примолкли. И только через минуту генерал Тратов поддержал своего товарища:

– Молодец! Хоть и длинно говорил, но правильно. И нечего тут больше рассусоливать, айда к старикам! Пока они там совсем от сырости болотной не расклеились.

Уже чуточку позже из «Красного молота» поступило сообщение: «Согласились все сорок восемь человек. Начат приём «Яплеса». Медперсонал проинструктирован соответствующе, оставлена старшей одна из ведьм, кандидатов в команду».

Глава 32

Взрастить демона

Если в одной части Подмосковья пытались спасти стариков, то в другой занимались воспитанием и обучением безжалостного монстра. Правда, подобных монстров в человеческом обличье и так хватало на просторах великой родины, но осознание этого факта ни в коей мере не утешает.

Проживающий на даче в Одинцове монстр матерел, получал новые умения, силы и знания, но при этом несколько неадекватно вёл себя в простейших бытовых ситуациях. Блюда ему не нравились, пиво казалось прокисшим и подделанным, торты и пирожные – горькими и слишком жирными. Проживание в замкнутом пространстве ему казалось постыдным и низменным, ему возжелалось поселиться на верхнем этаже небоскрёба.

Но максимально невыносимым Фёдор Гонтарь становился поздним вечером, когда дядя Жора разрешал ему расслабиться во время выпивки. Парень изрядно накачивался дорогущим виски и доставал своей тупостью до печёнок. То капризничал по поводу уже имеющихся у него фантомов, то желал их уничтожить и набрать вместо них других, то требовал немедленно подать ему на массаж самую сексуальную звезду российской эстрады или телеведущую. А вообще, с нудным, тупым упорством бродил за Большим Бонзой и укорял того со слезами на прыщавых щеках:

– Ты ведь обещал вывезти меня развлечься… Уже давно… И почему не вывозишь? Я хочу в ресторан! В самый лучший ресторан Москвы!.. Ведь фантомы у меня уже есть, они нас защитят от любой опасности…

– Опасность опасности – рознь, – пытался втолковать ему хозяин дачи, поскрипывая зубами от еле сдерживаемых эмоций. – От хулиганов и бандитов в полицейской форме и мои люди оградят. А вот от таюрти Загралова тебя никто не спасёт. Порежут они тебя на куски, как свинью на бойне, и даже фамилию не спросят.

– Порежут? – содрогнулся замерший от представившейся ему картинки Фёдор. – Почему сразу порежут? Может, про тебя вообще забыли? Тогда как про меня вообще не знают…

– Как же, забудут они… Да и нового обладателя сигвигатора ищут днём с огнём! Забыл, что Печенег утром рассказывал? Каждый шаг его фиксируют, каждое слово ловят, целую армию сыщиков наняли и за банкирами следят. А всё это – почему, как ты своей тупой башкой думаешь? – и уже сорвавшись на крик: – До потому, что нас ищут! Понимают, что с повинной ты сам к ним не явишься и за убитую тёлку на плаху не ляжешь.

Напоминание об убийстве подействовало, Гонтарь сник, сжался, частично протрезвел. Но зато стал размышлять более резонно:

– Тогда почему мы не уедем? Куда угодно и далеко? Уж нас вдали точно искать не станут… Почему?..

И опять Бонза выглядел спокойным и хладнокровным:

– Потому что ты мне обещал. И мы вместе поклялись отомстить этому наглому выскочке, этому подлому похитителю сигвигатора. Ты ведь знаешь, что это именно по его вине я лишился всего: власти, денег, невероятного богатства. Вначале он убил Туза Пик, потом стал подбираться ко мне и никогда не остановится в своей коварной экспансии, пока не уничтожит меня и всю мою родню.

Ради предстоящей мести дяде Жоре приходилось врать. Сильно врать. Власти и всего остального он лишился ещё до стычек с Заграловым. А последний ум потерял после гибели Волоха и пленения второго союзника, Адама. И вот понимал всем оставшимся умом, что нельзя здесь оставаться, надо немедленно бежать на другой край Земли, а не мог ничего поделать со своей ненавистью, злобой и растущей жестокостью. Может, где-то вдали жизнь и в самом деле прекрасна, бесшабашна и полна удовольствий, но давящая на мозги жёлчь всё равно отравит даже самое райское существование.

Ну и не совсем проигрышной он считал собственную партию. Ещё имелись у него сильные козыри, которые не просто озадачат или поставят врага в тупик, но, скорей всего, приведут того к гибели.

Один из козырей должен был появиться очень скоро. Именно о нём напомнил несколько успокоившийся Бонза своему раскисшему от алкоголя племяннику:

– Тебе нельзя расслабляться, вот-вот ты станешь полным десятником, и нумерацию второго десятка возглавлю я лично. Вот тогда мы и зададим жару нашим противникам! Только перья от них полетят!

О планируемом действе Гонтарь знал. Но у него никак в голове не укладывалось: на что надеется его опекун? Какие силы получит в своё распоряжение, существуя в виде фантома? И почему не в первом, почему во втором десятке? Было ли у них такое сотрудничество с Тузом Пик? И что случилось в итоге с тем самым «одиннадцатым» номером из команды не так давно погибшего воспитанника Бонзы? До сих пор он на эти вопросы не отвечал, ссылаясь на особые таинства создания и диковинные обряды, при этом проводимые.

Но если нет ответов, вопросы только накапливаются. И даже ударные дозы алкоголя не помогают им выветриться из головы.

А тому, кто спрашивает, остаётся лишь помалкивать в тряпочку и накапливать в себе зло и желание отыграться в будущем. Хорошо, что недолго ждать оставалось. Энергия, собираемая Кулоном-регвигатором, помогала невероятно. Фёдор уже имел восемь фантомов, которых максимально использовал при получении яляторных удовольствий. Причём с фантазией использовал, с выдумкой и всех сразу. И это давало более тридцати процентов энергии в общий котёл.

Между прочим, форма личного резервуара Гонтаря оказалась пирамидой. Только непонятно было, почему дядя Жора, у которого, по его утверждениям, был куб, посмеивался ехидно над пирамидой. Довольно большая, жутко красивая, вся светящаяся и искрящая, она приводила лично Фёдора в священный трепет одним своим видом. А уж смеяться над ней ему бы и в голову не взбрело.

«Тогда почему этот старый хрыч смеялся? – пытался сообразить Гонтарь, отпивая очередную порцию виски прямо из горла бутылки. – И ведь не скажет, не признается, соврёт, что старый анекдот вспомнил…»

Тогда как дядя, заметив, сколько уже выпито, опять приступил к нравоучениям:

– Выпивка добавляет энергии, но без плотной закуски опасна для мозгов. Может, оставишь бутылку и отправишься отдыхать?

Но племянник, взглянув на часы, направился к столу: