Трое для одного - Софья Валерьевна Ролдугина Страница 83

– Сразу видно, что в компромате ты не разбираешься. – Она прикусила губу. Безупречное каре слегка растрепалось, но, несмотря на выбившиеся волоски, нижний край всё равно казался бритвенно-острым. – Судя по тому, что ты собрал, «Новый мир» – не благотворительный фонд, а полукриминальная организация. Это кто тебе дал? – Гвен постучала ногтем по стопке разрозненных документов.

Он прищурился, разглядывая заголовки: страхование земель от подтопления, тяжба супругов Гриди, заверенная копия старой карты с печатью городского архива…

– Кэндл принесла.

– Оно и видно, – прошептала сестра. Взгляд у неё стал ледяной. – Не подкопаешься, оформлено безупречно. А это?

Стопку писем из вчерашнего сейфа он узнал сразу, но с ответом замешкался.

– Это от информатора.

– Ворованная переписка – сомнительный аргумент в суде, но для шантажа подойдёт. Это доказывает связь Диксона и Гриффита с «Новым миром» и то, что они осознавали незаконность своих действий, – спокойно объяснила Гвен. – Участие Уэста немного осложняет дело, но, если дойдёт до суда, он легко сдаст и завалит обоих, лишь бы переквалифицироваться из соучастников в свидетели. Вот это, как я понимаю, от мистера Рассела? – Она кивнула на пухлую подшивку.

– Откуда ты знаешь?

– Доводилось уже просить его о помощи. Никак не отучится складывать документы в рабочие скоросшиватели с логотипом своего отдела… В общем, из существенного по его документам – странные обстоятельства гибели Джерома Харриса после крупного перевода на счёт «Нового мира» и статистика по смертям и самоубийствам. На судью подборка произведёт впечатление. Что касается документов относительно мисс Хангер… Слишком туманно. Но можно попробовать обвинить её в присвоении чужой личности.

Морган немного поколебался – и покачал головой:

– Лучше не надо. Опасно.

– Хорошо, – кивнула Гвен, резко отставила опустевшую чашку и скрестила руки на груди. Но всё равно он успел заметить, что пальцы подрагивают. – Слушай… Я готова перекомпоновать документы и добавить кое-что из своего архива, чтобы выстроить хорошо читаемую историю. Но ты должен знать одну вещь. Если эта папка попадёт в руки компетентных людей, то утопит не только «Новый мир» с Диксоном и Гриффитом заодно. Отец тоже пойдёт ко дну. Даже если его не осудят, то поста мэра он лишится. Если раньше были варианты, то с этим…

– Я знаю, Гвен.

– Тебе тоже придётся искать новую работу, скорее всего. Даже если ты будешь всего лишь свидетелем. Репутация семьи…

– Я готов.

– Саманта… Впрочем, кого я обманываю, – прерывисто вздохнула она. – Сэм скандалы только на пользу, такая у неё работа. Я сама на два года оставляю практику, буду получать проценты с дохода, а потом, возможно, продам свою долю и переберусь куда-то ещё. У меня давно уже планы завязать с практикой… Но Дилан ведь тоже собирается сбежать. Маму это добьёт.

Морган отвернулся. Дышать было тяжело.

– Я посоветовал ей переехать к Лэнгам. Ненадолго.

– Она не станет. – Гвен царапнула ногтями ковёр и прикрыла глаза. – Семья для неё значит очень много.

– Для меня тоже. И для всех Майеров. – Он помолчал, затем тихо добавил: – Это бы вскрылось рано или поздно. И лучше решить вопрос по-семейному. Насколько возможно.

Гвен плавно кивнула, по-прежнему не размыкая ресниц.

– Согласна. Поэтому я и помогу. Некоторое время папка побудет у меня. Внутри города вопрос мы не решим. Если отважишься уехать, чтобы разрубить гордиев узел, я отдам тебе её и сообщу несколько надёжных контактов в столице и в Пинглтоне. Но с того момента каждый будет сам за себя. Никакой семьи, никаких Майеров. Надеюсь, Дилан к тому времени устроится в клинике… Правда, оставь это здесь, мой дом надёжнее, – дёрнула она подбородком, указывая на документы, и наконец открыла глаза. – Если хочешь, даже можешь переночевать в гостевой комнате. Представляю, что сейчас дома творится… Подумай, а я пока помою чашки.

– Нет, любовь моя, отдохни, – произнёс кто-то оперным баритоном. – Полагаю, мы с твоим прелестным братом вполне справимся с какими-то жалкими чашками. Я ведь угадал насчёт брата? И правда очаровательный, как ты описывала.

– Да, – рефлекторно ответил Морган, испытывая острую неприязнь к обладателю глубокого голоса. Безнаказанно отпускать сомнительные комплименты вроде «прелестный» или «очаровательный» имела право только Кэндл, и то не всегда. Но огрызнуться он не успел, потому что мрачно-сосредоточенное лицо сестры вдруг расцвело такой неподдельной нежностью, таким счастьем, что за собственную колючесть стало стыдно.

– О, Вив! Ты уже всё? Я не успела предупредить, что у меня сегодня гость, так неловко вышло, – улыбнулась Гвен, поднимаясь на ноги кокетливо-гибким движением. – Слушай, я же вас не познакомила до сих пор…

– Справимся сами, – рассмеялся баритон. – И, кстати, загляни в спальню, тебя там ждёт сюрприз. Прямо сейчас.

– Новая глава?

– Именно, моё счастье. Беги, взгляни на неё, а мы пока побеседуем с твоим обворожительным братом.

И Гвен, авторитарная и холодная, хихикнула, как девчонка, и действительно выбежала, махнув рукой напоследок. Морган, стоически переборов неприязнь, обернулся и выдавил из себя дружелюбную улыбку. Она так и присохла к губам.

Будущий супруг Гвен производил впечатление, определённо.

С первого взгляда он больше всего напоминал греческую статую Аполлона – статью, ростом, мраморной белизной кожи… и практически полной наготой, если не считать узкого полотенца, небрежно повязанного на бёдрах. На плечах, правда, болталось ещё одно – видимо, чтобы не капало с мокрых волос. Лицо было узкое, вытянутое, но ровно настолько, чтобы красота из классически-скучной переходила в разряд интересной. Злодейски заломленные брови были тёмно-рыжими, как и волосы, а ресницы – на два тона светлее.

– Ну-с, познакомимся. Вивиан Теннеси Айленд, – представился новоявленный Аполлон, пальцем подзывая к себе Моргана с чашками. – Ты можешь не представляться, я о тебе знаю всё. Любовь моя исключительно болтлива… Пойдём на кухню, немного поработаем и поговорим. Совместный труд располагает к откровенности, как считаешь?

– Там дел на тридцать секунд. Можно подумать, что успеем сказать больше двух слов, – откликнулся Морган и прикусил язык, осознав, что копирует ворчливые интонации Уилки. – Ладно, идём.

На кухне Вивиан сделал знак сгрузить чашки в раковину, а сам достал с полки турку и принялся отмерять на глаз кофе и специи. Полотенце неприлично перекосилось, открывая длинный старый шрам на бедре. Морган не успел отвести глаза и заработал унизительно понимающую усмешку.

– Сразу удовлетворю твоё любопытство – это не боевая рана, – вкрадчиво произнёс Вивиан. – Катался на коньках с братом, а он не удержался, упал и пропахал мне ногу… Да, представь, у меня есть брат. Младше почти на двадцать лет. И он похож на азиата. Генетические чудеса, как думаешь?

– Я