Николай Грошев - Первый Сталкер Страница 94

По одному он вынес их наверх — сильные организмы псов уже начали заживлять их раны. Им ничего не грозило. Он спустился вниз, закрыв люк.

Внизу, он сел на пол и долго смотрел на застывший прах той, которую любил и которую не смог отпустить жить. Убил, потому что…, какая разница. Он смотрел на серый тлен и видел её тело, таким каким запомнил. Смотрел на безобразную серую маску, в которую превратилось её лицо, и видел улыбающиеся полные губы, синие-синие глаза…

Сколько он так просидел? Неизвестно. Может, минуту, а может несколько часов. Но очнулся он от звука, который здесь мог издать только он сам. Кто-то чихнул. Ещё раз. Велес тупо смотрел на начавшую шевелиться, серую фигуру из праха — как он вообще полагал, из праха. Потом весьма знакомый голос громко застонал.

— Тьфу…, твою мать… — Пробормотал сейчас чуть хриплый, но хорошо знакомый голос. Потом пробормотал сей голос несколько слов и выражений, которые сам Велес постеснялся бы озвучить даже при Руте с Кутом. Выпучив глаза, он смотрел на серую статую, которая взяла и села. На сером лице обозначились синие глаза. Потом поднялись серые руки, замерли в таком положении, и тот же голос сказал, немного визгливо.

— В какое это дерьмо я вляпалась? Чёрт…, никак мы тут резину жгли…, на кой интересно хрен? — Глаза увидели Велеса. Моргнули. — Охотник, какого хрена я, э-э-э, в этой хрени и голая? И…, — серая голова повернулась из стороны в сторону, — куда ты Изю дел?

Велес мило икнул, шумно выдохнул, что-то прохрипел и…, даже не знаю, как сказать. Лишился чувств. В общем, нервы не выдержали ужасов последних дней…

8. Тайна желаний

Велесу снился очень странный сон. Кажется, он продолжался уже очень давно. Почему? Наверное, в той схватке с наёмниками, напавшими на них из-за засады, прямо у входа в подземелье, он был слишком сильно ранен. Вот и проспал так долго. Ведь его организм тоже не железный. И у него есть свои пределы. Наверное, он получил такие страшные раны, что организму понадобились дни на восстановление. Но он справился, это точно. Он не помнил как, потому что дальше ему снилась всякая чушь. Какая-то Организация…, будто он её босс! А ещё он видел много странного и Олю…, будто она умерла. А потом ожила каким-то ужасным монстром. Идиотский сон — только во сне может привидеться такой бред! Сейчас, открыв глаза, он чётко это понимал. Оля вот она: сидит возле его кровати. Сейчас положила руки на край кровати, а на них свою прелестную головку. Она посапывает во сне и причмокивает губами. Так мило! А ему снилось, будто она умерла. Видимо, он подсознательно очень боится её потерять, вот ему, и снятся такие глупые сны. Ему, даже снилось, что он подарил Изе автомат! Излому! Да разве же найдётся во всей Зоне хоть один псих, который станет учить мутанта стрелять и дарить ему огнестрельное оружие? Бред…

— Оля. — Тихо позвал он, в полумраке комнаты. Она выключила свет, что бы ему спаслось спокойнее: она такая хорошая! — Оленька, бесстрашный мой каблук…

Шептал он нежно. Сейчас она проснётся и мягко улыбнётся ему, назовёт его своим героем и крепко поцелует его, а потом они займутся любовью…

Оля вздрогнула и подняла голову. Она зевнула (какая она очаровашка, когда вот так зевает!) и потёрла глаза ладонями. Он улыбнулся ей.

— Оленька, мне такое снилось, такая чушь, будто мы с тобой…

Она хмуро смотрела на него. Протянула руку и нажала выключатель на стене. Цепь закоротило: он ощутил это и то, как по стене потекла энергия, малая частичка Сети. Тут всё питалось от артефакта. Зажёгся свет и хмурая, даже немного злая Оля сейчас смотрела на него. И всё равно, хоть и злится, а такая милашка! Она очаровательна даже в этом синем комбинезонообразном костюме.

— Снилось. Угу. — Олины глаза сузились. — А это тебе не снилось? А то что-то я не припомню, когда покрасила волосы! — Её милый пальчик указал ей на макушку.

Велес, часто моргая, глянул на её волосы. Хорошие, красивые волосы. Седые только.

— Ой, ты знаешь…, видать, не снилось… — Пробормотал он.

— Какого хрена! — Взвыла девушка. — Почему там, — она злобно ткнула пальчиком вверх, — лето!

— Ну, так оно же…, ты главное не волнуйся. Ты знаешь, там всегда после весны бывает лето. Так понимаешь, повелось как-то. Традиция даже, что ли…, ай! Больно же! Девочка моя, ты успокойся… Оля, солнышко, поставь это на место, я тебя оче… — Велес вынужден был закрыться руками и закрыть рот. В него только что врезался цветочный горшок. Цветы, росшие из него, давно засохли, а земля почему-то пачкалась только сильнее.

— Оля, немедленно прекрати буянить, иначе я тебя отшлёпаю! — Отряхнув с ушей землю, твёрдо и грозно произнёс Велес.

— Что?! — Немедленно взвыла девушка, и Велес пулей вылетел из кровати. А там с треском рухнул маленький ящичек, бывший некогда частью большого составного шкафа. Оля стояла рядом с этим шкафом и её глаза полыхали яростью.

В этот миг в комнату заглянули сразу две пушистые морды. Осторожно и будто смущаясь. Велес повернулся к ним и подмигнул. Псы скользнули в комнату. К нему поближе, и прижимаясь к стене, подальше от разъяренной девушки. Неужели они запомнили её? Или это последствия того, что она с ними сделала, будучи, э-э-э, не совсем в себе? Кажется, парни её немного побаивались.

— Тебе придётся многое объяснить сталкер! — Сказала девушка.

— Кстати, я теперь Велес. — Улыбнулся Велес. У Оли нервно дёрнулась рука. Прежде чем она запустила в него очередным ящичком, Велес сообщил. — Я вспомнил своё прошлое и с тех пор, как ты погибла, прошло почти четыре месяца.

— Что? — Оля была ошарашена. Сильно. — Как погибла?

— Совсем. — Пояснил сталкер. — Насмерть.

— Погибла? — Она тряхнула своей очаровательной головкой, и её седые волосы взметнулись водопадом. В чём-то это было даже привлекательнее, чем её прежние волосы. — Но я же вот, живая! Ты что мелешь Охотник?

— Велес. — Он погладил псов и глубоко вздохнул. Он знал, что с ней произошло. Он не знал только, как она осталась жива, когда нити обратились пеплом в её организме. Его тело, по скорости восстановления тканей и метаболизму не уступало телам Кута и Рута, а может, было и крепче. Но Оля, была просто человеком. Когда нити погибли, сгорели в её теле, его пропитало пеплом. И, наверняка, множество клеток было повреждено, когда сгорели инородные ткани. Как её человеческий организм умудрился справиться с этим? У него ответа на этот вопрос не было. — Помнишь, тот артефакт? Я подарил тебе его, у костра. — Она кивнула головой. — Он спас тебе жизнь. Но и превратил в…, мутанта.

— Стоп. — Оля наморщила лоб. Села на кровать. Изрекла ровно два нецензурных слова. — Иди сюда. — Она поманила его пальцем, и он подошёл.