Гвихоль. Том 1. Красные чернила смерти - Вероника Шэн Страница 29

Я поняла, что начала пугать саму себя. Замечательно!.. Прекращай. Хватит трястись, у тебя есть дела.

– Все в порядке?

– Нормально, – неубедительно отмахнулась я. – Просто не ожидала… А ты сам? Сказал, у тебя аллергия на смерть, но реагируешь так спокойно.

– Что ты, я в ужасе, честно! – нарочито вздрогнул Сончхоль. – Просто за дни здесь я немного привык… Несколько раз так перепугался, увидев духов, чья внешность отражала их страшную смерть, что теперь это пусть и впечатляет меня, но уже не так сильно. Скорее… Я просто хотел бы, чтобы такое не случилось со мной. Люди не бессмертны, но мне бы хотелось умереть мирно и без боли.

Его голос стал глуше, взгляд опустел, а на лицо упала тень даже более плотная, чем полумрак вокруг. Я удивилась тому, как резко поменялось его настроение, словно день в мгновение сменился ночью.

– Эй… С тобой все в порядке?

– Да. Не волнуйся.

– Ты, кажется…

– Серьезно, не надо волноваться. Просто я близко к сердцу воспринимаю… когда люди страдают. Сказал же: у меня аллергия на смерть. Не обращай внимания.

– Ладно.

Я не стала допытываться. Сончхоль не хотел продолжать разговор и почти прямым текстом сказал мне не приставать к нему с вопросами. Я не хотела обижать его и уважала желание закрыть тему. Тем более он вновь выглядел расслабленным и спокойным, с легкой улыбкой на губах. Но пусть та и смогла стереть с его лица тоску, все же не сумела стереть воспоминания о ней из моей памяти.

Что с ним произошло? Кого он потерял? Или свидетелем чьей жуткой смерти стал? Почему-то я не сомневалась, что Сончхоль подумал о чем-то конкретном.

Со мной, к счастью, никогда не случалась чего-то трагичного, болезненного. Даже уход отца я восприняла почти безразлично, точнее, я переживала за маму, потому что видела, как ей тяжко. А так… Мне повезло. Горе меня еще не касалось.

Я вспомнила про галлюцинации, но поспешила запрятать эти образы в дальний угол памяти. То, что со мной тогда происходило, уже прошло, да и не сравнится с утратой…

Себя я тогда не потеряла, а значит, все прекрасно.

Но могу потеряться теперь… А потому должна найти выход. У меня слишком много планов на жизнь.

Мы вышли на прямую широкую улицу, по которой уже вовсю ездили автомобили и скутеры, и до моих ушей долетел тихий звук моторов и едва разборчивое шуршание шин. Вперед-назад торопились безликие, наверняка в университет или на работу, открывались закусочные с кимбапами[31] и кофейни, а также магазины электроники и канцтоваров. Я слышала людские голоса, но все они сливались в единый приглушенный гул, в котором невозможно было разобрать ни слова. Словно я слушала на низкой громкости запись на незнакомом языке.

Сперва мы отправились в тот же, что и вчера, похоронный дом, и, проходя через парк, я вновь вздрогнула при виде покачивающегося на веревке висельника. Только теперь ветер развернул его к нам лицом… и пустые глаза мертвеца посмотрели прямо на меня! Он явно меня видел!

Я отвернулась и ускорила шаг.

Несмотря на мои опасения, голодного духа мы не встретили. Быстро забрав с нового алтаря немного еды, мы в спешке поели и отправились на поиски.

– Знаешь, как добраться отсюда до Чонно-гу?

Сончхоль на мгновение задумался и указал направо:

– Вон там станция метро. Пешком я не знаю, как добраться, но на метро все равно быстрее. Пусть у вагонов есть двери, они открываются автоматически, поэтому мы сможем войти.

– Ага, – согласилась я. – Вот только в заполненный вагон я заходить не буду! Ходить сквозь людей… Нет-нет, спасибо. Лучше я пешком обойду весь Сеул.

– Как скажешь, – отозвался Сончхоль, подавив улыбку.

Мы направились к станции, и по пути я увидела духа пожилого мужчины, одетого в дорогой ханбок с накинутым поверх турумаги[32]. На его голове сидела кат[33], украшенная цепочкой бус, черный цвет которой еще сильнее оттенял неестественную бледность мертвого лица. После мне на глаза попался современно одетый парень примерно моего возраста. На его лице я заметила язвы и шрамы.

Я все еще не могла до конца принять… что встречаю на своем пути мертвецов.

– Кстати, насчет твоего дома… – как-то неуверенно начал Сончхоль.

– Что такое? – насторожилась я.

– Знаешь, мне кажется…

Его голос заглушили дикое тявканье и глухой рык. Мы оба в секунду повернулись влево и увидели стаю лис, вынырнувшую из глубоких теней соседнего переулка.

Лисы медленно приближались, рыча и прожигая нас голодными алыми глазами. По мне электрическим разрядом пробежался испуг, воскресив в памяти картину смерти незнакомого человека… духа от клыков этих существ.

– Бежим!

Уговаривать меня было не нужно. Мы со всех ног бросились в противоположную сторону. Рычание за нашими спинами стало громче, превратившись в яростный лай. Оглянувшись, я увидела, что часть стаи побежала за нами, а часть понеслась за другим духом.

Стиснув зубы, я подавила желание выругаться: не стоило тратить дыхание.

Нужно спрятаться. Мы не сможем долго убегать от лис – они слишком быстрые. Тем более, хоть Сончхоль и бежал сейчас наравне со мной, я не сомневалась: надолго его не хватит.

Что делать?..

– Где метро?

– Туда! – мгновенно откликнулся Сончхоль и свернул в нужную сторону.

Лисы рычали за нашими спинами, и я едва справлялась со страхом, который кандалами повис на ногах и руках, утяжеляя каждое движение. К глазам подступили злые слезы, но я не дала пролиться ни одной. Не удержавшись, я оглянулась – как оказалось, вовремя. Одна из лисиц прыгнула мне на спину, а вторая, ускорившись, почти поравнялась с Сончхолем. Я тут же потянула его в сторону, и сама уходя от хищного прыжка, и спасая Сончхоля от зубов второй лисы.

Выбора не осталось, а потому мы запрыгнули в какую-то закусочную, где безликая женщина расставляла пластмассовые стулья, и рванули к окну.

Одна лиса бросилась на нас, и Сончхоль с силой меня оттолкнул. Запнувшись, я повалились на стол, Сончхоль же отпрыгнул в противоположную сторону, спасаясь от второй лисицы, и спрятался за стулом… который не был для этих голодных чудовищ преградой.

Я думала, что упаду сквозь стол, но внезапно жестко ударилась поясницей о столешницу. Коротко вскрикнув, скорее даже от неожиданности, чем от боли, я повалилась на ледяной пол.

– Нуна! – испугался Сончхоль.

Когда стол пошатнулся и накренился, безликая женщина охнула.

Две лисы прыгнули на меня, и я, не раздумывая, пнула одну из них по морде, а от клыков второй спаслась, быстро перекатившись по полу. Не теряя времени,