Князь - Антон Кун Страница 3

— Как и встреча в кемеровской тайге с сыном империи, — подытожил Волховец.

* * *

Когда Иванушка пришёл в себя, то удивлённо воззрился на полупрозрачную фигуру, в которой угадывались черты его сестрицы Алёнушки.

— Сестрица! — подскочил он к ней и ощутил, как страх вновь вонзается в разум раскалёнными иглами.

Его руки тут же метнулись к лицу и шее. Шерсти не было! Светлая, гладкая кожа, какая была у него прежде.

— Иванушка, — затихающим голосом произнесла Алёнушка.

— Что мне делать, сестрица? — на Иванушку накатила волна паники. Он не желал возвращаться к лику монстра, а единственная, кто могла помочь, на глазах истаивала.

— Найди Алексея, и он тебе поможет, — Алёнушка окончательно растаяла в воздухе, а до его слуха донеслось приглушённое, словно издалека: — И не поддавайся страху… Верь в Алексея, как когда-то поверил в Безымянного.

Вера. Он уже и забыл, каково это во что-то искренне верить. Он ведь тогда действительно повёлся на сладкие речи Безымянного, и вот чем это закончилось.

С другой стороны, он за целую тьму лет впервые вновь стал человеком, и всё благодаря встречи с тем парнем. А ведь тот мог его попросту убить своей жуткой косой, но подарил шанс и даже больше.

Иванушка огляделся. Кругом сосны и ели, а где-то вдали шум битвы.

Интересно, сколько у него времени осталось до того, как Безымянный поймёт, что его главная марионетка в этой битве больше не его?

Иванушка выдохнул, вспоминая стародавние уроки сестрицы, предназначенные для концентрации и отрешения от реальности, и легким бегом направился в Святой лес.

Мысль о том, что Мара может уничтожить всех, царапнула разум, но под ледяной бронёй спокойствия не проникла в эмоции. Пока он не встретит Алексея, и тот ему не поможет, Иванушка не имел права ни на что, кроме равнодушия. Он и так единожды поддавшись на сиюминутную слабость, наворотил столько, что вовек не разгрести.

* * *

Мне снился сон. Я бы его назвал ярким, если бы это не было миром теней, в котором мне пришлось очутиться, приняв аспект тьмы.

Я бродил по бесконечно серому лесу, где живые существа воспринимались как тени, а всё остальное — лишь блёклой копией оригинала.

— Так я потомок первого императора? — произнёс я, почувствовав за спиной знакомую ауру.

— Не ты, — с явным недовольством произнёс призрак. — Тот, в чьём теле поселилась твоя душа.

— Это одно и тоже, — отмахнулся я, поворачиваясь к предку. — Теперь это моё тело, и нет смысла цепляться за прошлое. К тому же… — я приподнял иронично бровь, — ты сам меня посадил в него.

— Да-да, — ворчливо ответил он, отмахиваясь. — Я пришёл сказать, что тебе в этот раз повезло. Дважды.

— Перестань! — я закатил глаза. — Во-первых — удача тоже сила, а во-вторых, моя цель требует риска, иначе никак.

Тот, нахмурившись, замолк, сверля меня недовольным взглядом, и наконец произнёс:

— Когда вы уже потомков начнёте делать с этой твоей зверолюдкой?

— Она не зверолюдка, — нахмурился уже я. — Она моя возлюбленная супруга. И если ты ещё раз проявишь к ней неуважение, я выдавлю тебя отсюда.

— И как же? — развеселился он.

— Волей! — в душе начала разгораться ярость, которая перерастала в непоколебимую уверенность. — Это мой сон, моё тело и моя душа! И лишь я один властен над всем этим. Я вскоре встану во главе Святого леса. И мне плевать кто ты и чей я потомок. Я это я! И лишь это имеет значение.

Мы несколько мгновений бодались взглядами, после чего призрак вздохнул и неожиданно произнёс:

— За это я награжу тебя.

Глава 2

— Наградишь? За что? — это было настолько поразительно для этого невыносимого призрака, что я на какой-то миг опешил.

— За победу, за овладение сложнейшим в освоении аспектом тени! Ты ведь не понимаешь, что на самом деле свершил. Большинство теневиков после первого же посещения изнанки мира, там и остаются навечно, не в силах справиться с противоестественной средой. Так что ты не просто победил богиню смерти, но саму смерть одолел, — и ворчливо добавил: — В которой уже раз.

После этого в руке призрака появилась маленькая фигурка черного человечка, размером со спичечный коробок. Я с любопытством осматривал изящную поделку, то ли из камня, то ли из дерева. Больше всего она напоминала японского ниндзю, только без меча за спиной и в позе мумии в гробу, с руками крест на крест на груди.

— Это Степан. Он один из моих приближённых. Он отказался пойти на круг перерождения и остался со мной, — предок с теплотой смотрел на фигурку. — Этот дуралей заявил, что если он не сможет после смерти служить мне, то значит послужит достойному сыну империи.

— И что он умеет?

— Степан — величайший из когда-либо живших теневиков. Он не просто знает тень, он жил в ней долгие годы, пока мы однажды там не встретились.

— Жил? — я с недоверием посмотрел на фигурку, затем на пресный и бессмысленный мир вокруг, который в реальности ещё и постоянно давит, пытаясь удалить инородного человечишку из своего тела.

— Степан родился в крестьянской семье и, когда кочевники сожгли его дом и родных, он чудом спасся, нырнув в одну из теней. Там он и остался. Он почти не говорит и крайне редко улыбается, — при этих словах на лице призрака проступила лёгкая грусть. — В моё время была одна сплошная война, все сражались со всеми. Может с тобой он станет более человечным и сможет найти смысл жизни, кроме вечного служения.

— Постой, — наверное у меня сейчас глаза были огромными, как в анимешных мультиках, — он что, ещё жив?

Призрак, заметив моё удивление, довольно ухмыльнулся.

— Конечно! Когда я умирал, он сжимал мою руку и поклялся в вечной верности, даже после смерти. Поэтому я его и захватил с собой. Не хотел его обрекать на муки ожидания достойного.

— Но твои потомки, сын, внук и так далее, разве среди них не было никого подходящего?

— Они были и есть, — кивнул призрак, — но Степан не ужился бы с ними.

— Почему? — как говорится, нужно узнать все минусы приобретения, особенно если оно