Дыхание бури - Ляна Лесная Страница 38

ВЕКТОР: Отлично, надеемся на положительный ответ. ВЕКТОР: Как продвигаются дела по нашему вопросу? ОХОТНИК: Никак не можем установить контакт. Слишком быстр и силён. Уничтожил несколько бойцов. ВЕКТОР: Попробуйте заманить в ловушку. ОХОТНИК: Мастерски обошёл ловушку. Пропал на время из поля зрения. Нашли. Понятия не имею, что ему здесь надо. ВЕКТОР: Плохо работаешь. Выясни подробности из его прошлого. ОХОТНИК: Разобрался! Готовлю ловушку. Бойцов явно не хватает. ВЕКТОР: Не тяни. Ответ нужен быстро. ОХОТНИК: Сделал предложение от которого невозможно отказаться. В скором времени жду положительного ответа. ВЕКТОР: Откуда такая уверенность? ОХОТНИК: Есть, чем зацепить. Как всегда — девчонка. Так что он уже на крючке.

Всё было предельно ясно. Переписка велась обо мне. Охотником называл себя этот самоуверенный упырь. Из переписки было ясно, что об Анне и её семье Охотник Вектору не сообщил. Неясно было только одно — кто этот неведомый Вектор. Решив не морочить голову, я принялся за дело. Надо было за собой убрать. Тела вампиров сжигать мне не в первой. Но что делать с девчонкой? Сжечь всё вместе с домом? Вампиры сгорят без следа, а человеческие кости найдут, решив, что она умерла во сне.

Уже собираясь поджечь трупы, неожиданно услышал тихий стон. Оказалось, что в девушке ещё теплилась нить жизни. Придя в себя, она ничего не понимающими глазами глядела вокруг, вглядываясь в темноту. Присмотревшись, я понял, откуда знаю её. Это была Вера, моя одноклассница. Боги, я едва не забрал её жизнь. Мгновенно завернув её в одеяло, вынес девчонку из дома и, что есть мочи, помчался в медпункт. Было уже темно. Набежавшие тучи заслонили луну. Это было мне на руку, я мог не таиться.

— Помогите! — закричал, переполошив дежурного врача, сестру и санитарку. — Она потеряла много крови!

Работники медпункта, увидев окровавленную девушку, сразу бросились в процедурный кабинет, приказав заносить её туда. Всё-таки профессия обязывает всегда быть предельно собранными и не позволять себе расслабляться.

— Как она потеряла кровь?

— Я не знаю, — ответил я.

— А с Вами что, молодой человек?

— Со мной всё нормально. Это её кровь, — сказал я, выходя из кабинета, и бросился вон из больницы, уверенный, что Вере помогут.

Вернувшись обратно, я вытащил трупы из дома и поджог, позаботившись о том, чтобы в огне сгорел и ноутбук, на котором остались мои отпечатки. Дом решил не сжигать, ведь Вере надо где-то жить. После отправился к реке и прямо в одежде плюхнулся в воду, смывая с себя кощееву и человеческую кровь. Как приятно было ощутить прохладу талой ледниковой воды! Тело моё, наконец, очистилось от всей этой мерзости и вони. Кровь с рубашки и брюк медленно уходила в воду, растворяясь в струях речной воды.

Когда я вернулся, в доме Колесниковых повисло тревожное молчание. Андрей Иванович и Наталья Петровна беспокойно разглядывали мою ещё не вполне просохшую растрёпанную одежду. Анна с расширенными от ужаса глазами. Она поняла, что только что произошло.

— А где же Алёша? — спросила мать Анны.

— Уехал, — сказал я хрипло.

— Куда?

— В Питер.

— Как уехал? Почему в Питер? Саша, вы с ним всё-таки подрались?

— Нет, что Вы, так, немного повздорили. Я ему кое-что объяснил. Он понял. Но не волнуйтесь. Это происходило не у вас во дворе.

— Что вы не поделили?

— Думаю, причина всем более менее ясна, — сказал я.

— Да, мать, оставь человека в покое. Ну повздорили парни. С кем не бывает? Дочь нашу не поделили.

— Да, Вы как всегда правы. И в продолжение этой темы у меня к вам серьёзный разговор.

— Да, мы тебя внимательно слушаем.

— Присядьте, пожалуйста. Спасибо. Конечно, в данный момент я не в презентабельном виде, но у меня были планы, которые слегка нарушились со сроками, но не изменились, и в связи с недавними событиями я только укрепился в своём решении и жду от вас понимания и поддержки.

Родители Анны раскрыли рты от изумления, но продолжали молча слушать. Я продолжил:

— Я прошу у Вас… руки вашей дочери.

— Что? — ошалело взревел Андрей Иванович, Наталья Ивановна уронила руки на колени и вся как-то сгорбилась, испуганно вытаращив глаза, Анна же, вскочив от неожиданности с места, раскрыла рот от изумления, но, стараясь на неё не смотреть, я продолжал:

— Я не смыслю своей жизни без неё. И хочу, чтоб она всегда была со мною рядом.

— Так, сначала её надо спросить, — спохватился отец.

— Она согласна, — сказал я, даже не взглянув в её сторону. — Вы так не волнуйтесь. Я очень люблю её и всегда буду любить. Буду беречь, потому что она самое дорогое что есть в моей жизни.

— Боже мой! — всхлипнула Наталья Петровна. — Саша, ну куда вам торопиться?

— Мы не можем ждать. Неотложные обстоятельства.

— Какие такие обстоятельства? Тебя два года не было. Мы и не вспоминали, а тут вдруг обстоятельства! Когда вы успели только обзавестись обстоятельствами?

— Вы неправильно всё поняли. Просто мне надо срочно уехать, и я хочу, чтоб Анна поехала со мной.

— Ну это вообще ни в какие ворота. Ишь, чего удумал! Наша дочь учится! А ты хочешь сорвать её с третьего курса, чтоб с пелёнками дома засадить?

— Она сможет продолжить обучение, — вымученно сказал я. — Только в Омске. Переведётся туда. В этом нет проблемы.

— А детишек она тоже будет с собой в институт таскать? — с сарказмом заявил отец. — Дочь, ну что ты молчишь? Тебя же замуж зовут!

— Папа, отпусти. Что ещё мне сказать?

— Не терпится ребёночка завести? Да, дочь?

— Пап, ну прямо так сразу и ребёночка.

— Так, мой ответ — нет. Всё. Обсуждению не подлежит, — сказал глава семьи и довольный откинулся на спинку кресла.

— Если Вы считаете, что я для неё не совсем подходящая пара, то, наверное правы. Ваша дочь заслуживает лучшего, но учтите одно — никто никогда не будет её так любить.

— Да знаю я. Все вы одним местом любите! — резко высказался отец.

— Я конечно догадываюсь, о какой части тела идёт речь, но я люблю её прежде всего сердцем, — проговорил я. — Я бы никогда не опустился до того, чтобы воспользоваться Анной, пока мы не поженимся.

— Саня, сомневаться в твоих словах у меня нет основания, но я уже высказал своё мнение, и это единственное, что я могу тебе сейчас ответить. Вы,