Гвихоль. Том 1. Красные чернила смерти - Вероника Шэн Страница 50

– Четыре дня точно нет. Я же говорил, что уже почти две недели здесь живу.

– И до сих пор не умер, – отметила я. – Это я так, чтобы понимать, сколько дней у меня точно еще есть в запасе.

– Знаешь, прозвучало весьма цинично, – приподнял брови Сончхоль.

– Ну… Так вышло, – отозвалась я извиняющимся тоном.

– Ладно, читай дальше. Там говорится… – продолжил было Сончхоль, но Нахи его перебила:

– Ты ведь не медиум.

Я удивленно взглянула на нее:

– Что?

– Ты медиум, Йерим? – уточнила она.

– Ну… Вроде как нет. Я никогда не видела духов, пока, понятное дело, не оказалась здесь. Но…

Я резко замолчала. С губ едва не сорвалось признание, связанное с событиями, вспоминать которые мне не хотелось. Сомневаться в себе и своем рассудке слишком тяжело, чтобы заново окунаться в это болото по собственной воле.

– Но что? – Нахи склонила голову набок, пристально на меня смотря.

– Что такое? – поддержал ее интерес Сончхоль.

Я помедлила. Не знала, стоит ли рассказывать… Вряд ли это имеет какое-то отношение ко всему происходящему… Хотя, быть может, имеет? Я ведь сразу вспомнила именно об этом. Может, я просто не связывала те странности с чем-то мистическим и потусторонним, потому что не было повода?

А действительно ли я не связывала их? По какой еще причине я так интересовалась шаманизмом?..

Я прервала свою мысль и сосредоточилась на возникшем в уме вопросе. Ну… почему бы и не рассказать? Недомолвки будут выглядеть лишь подозрительнее. А сейчас точно не время бояться показаться сумасшедшей.

– Когда я была младше… лет в тринадцать, со мной происходило что-то непонятное, – призналась я. – У меня были галлюцинации. Не помню точно, что я видела, но что-то очень странное. И кажется, слышала голоса. Это случалось внезапно, походило на сильную простуду или даже лихорадку, так что было больно и я не могла есть и спать. Мама водила меня к врачам и однажды повела к священнику… – Я осеклась, не став упоминать куда более расплывчатые и менее надежные образы визита к шаману. – Сначала лечение помогло, потом все повторилось. А после галлюцинации просто пропали. И до сих пор не появлялись вновь.

Я несколько раз повернула голову из стороны в сторону, всматриваясь в лица Сончхоля и Нахи, но они оба выглядели задумчивыми и не слишком удивленными. Я выдохнула, хотя глупо было полагать, что медиум и призрак назовут меня ненормальной.

– Это не похоже на то, что видят и чувствуют медиумы, – заметил Сончхоль, покосившись на меня с плохо скрываемым сочувствием.

– Ну да, духов я не видела. – Я небрежно пожала плечами. – Хотя не могу сейчас утверждать наверняка. Я всегда думала, что галлюцинации были вызваны высокой температурой или моей богатой фантазией.

Я солгала. Не стала говорить, что когда-то считала себя сумасшедшей. И что температура поднималась после приступов галлюцинаций, а не до них.

– Но мы не можем ничего утверждать наверняка, – поспешно заговорил Сончхоль. Мне показалось, он заметил, как я помрачнела. – Это лишь догадки и наблюдения хозяина этих записей и некоторых других шаманов. Они могли просто не знать, что мир духов способен затянуть и обычных людей, к примеру. Или тех, у кого были родственники-медиумы или шаманы. Ты же почти ничего не знаешь о своей семье!

И от его слов и улыбки мне правда стало чуть проще.

– Или же ты на самом деле умерла, а вот Сончхоль еще живой и может вернуться… – задумчиво протянула Нахи.

Тот тут же наградил ее почти злым взглядом, а я лишь сдержала тяжелый вздох, стараясь не обижаться.

– Так, мы отвлеклись, – прервал мои очередные угрюмые мысли Сончхоль. – Тут написано, что автор против подобных ритуалов, как и ее наставница и другие знакомые ей шаманы. Поэтому она не знает о том, как в теории можно было бы попробовать проникнуть в мир духов, ее этому не учили, да и она сама не стала бы учиться и учить подобному других.

– И что тогда нам делать? – процедила я. – Нам теперь нужно искать другой архив, где кто-то все же записал, как проводить этот ритуал?

– Не перебивай, – закатил глаза Сончхоль. – Тут вырвано несколько страниц, целые абзацы зачеркнуты, затем еще полстраницы оторвано, но собрать информацию можно! Автор пишет, что ее помощник-медиум был обучен тому, как вернуться. На всякий случай. И она написала об этом способе здесь, чтобы ее ученица потом рассказала о нем другим знакомым медиумам.

Сончхоль пристально и многозначительно посмотрел на меня, вероятно ожидая, когда до меня дойдет смысл его слов.

Я едва не подскочила и была готова кинуться обнимать его от охватившей меня радости.

– И в чем же суть ритуала? – неторопливо спросила я, заглядывая в блокнот. Разобрать в нем что-то и правда было трудно.

– Так… Сейчас. – Сончхоль с сосредоточенным видом пролистал туда-обратно несколько страниц. – Тут сказано, что ритуал возвращения, как и многие шаманские ритуалы и заклинания, должен основываться на пяти элементах: огонь, вода, земля, дерево и металл. Знаешь, потому что эти элементы и составляют гармонию.

– Ага-ага, знаю, – кивнула я, и он продолжил:

– Получается, чтобы мы, живые, вернулись к живым, а мертвые – к мертвым и тем самым восстановился баланс, необходимы пять обрядов… То есть пять злых духов, которые сейчас в мире людей, должны быть изгнаны в мир мертвых, и тогда мы сможем открыть проход домой!

– А при чем здесь пять элементов? – не поняла я и потянулась к блокноту, но Сончхоль вновь начал листать страницы.

– Так, тут было, сейчас… Кто и зачем так поиздевался над дневником? – поморщился он. – Вот, нашел! Каждый из пяти духов должен соотноситься с одним из пяти элементов. Повторяться они не должны, иначе ритуал не завершить.

– Духи, связанные с элементами? – Нахи задумалась. – Это как? Допустим, утопленники… То есть вода. А остальное? Вам точно не нужны духи природы, они ведь добрые и по своей сути первоначальные. Вы им ничего не сделаете. – Она снисходительно улыбнулась.

– Не знаю. Но, может, если злой дух стал таким после того, как его убили, ну, ножом, он теперь относится к металлу? Или к огню, если человека сожгли… – предположила я. – Еще ведь есть духи, которые провоцируют пожары.

– Да, точно! – воодушевился Сончхоль. – По такой логике нам еще нужны те, чья смерть связана с деревом и землей… Ну, допустим,