Дворецкий поместья «Черный дуб» - Варвара Корсарова Страница 6

«Твои мечты могут стать реальностью», – эта мысль была озвучена беззаботным голоском Клодины.

Ирис вздохнула, крепче сжала ручку чемодана, поднялась на высокое крыльцо и поискала глазами звонок… Что за ерунда? Вместо звонка у двери висела доска с латунными клавишами. Ирис вытянула указательный палец и неуверенно стукнула по крайней. В доме запела высокая нота. Ирис охватило любопытство, она пробежала пальцами по клавишам и услышала задорную мелодию. Вот так звонок! Вечно эти богачи что-нибудь эдакое придумают! Ирис убрала руку, сдерживая желание сыграть модную песенку, и стала ждать.

Долгое время ответа не было, но потом дверь распахнулась, и на пороге появился молодой мужчина весьма впечатляющей наружности – высокий, широкоплечий, одетый в строгий черный костюм с белоснежной рубашкой и галстуком-бабочкой. Черты лица – суровые: четкий подбородок, острые скулы, прямой нос. Темные волосы гладко зачесаны назад, глаза надменно, почти презрительно смотрят из-под густых бровей. Ирис растерялась. Этот мужчина – идеален! Само совершенство, эталон! А как держится! Плечи развернуты, спина прямая, но при этом он не напряжен, двигается плавно!

Его неброская элегантность остро напомнила ей, как она сама сейчас выглядит: пыльная, уставшая с дороги, прическа растрепалась, под мышками пятна. Ирис чувствовала себя так, словно ее сунули в чужую шкуру, которая, к тому же, скверно пахнет.

– Что вам угодно? – спросил мужчина бархатистым голосом, в котором прозвучали одновременно вкрадчивые и властные интонации.

Пока Ирис боролась с накатившим смятением, мужчина осмотрел ее, нахмурился при виде потрепанного чемодана и отрезал:

– Мы ничего не покупаем. Нам не нужны ни крем для обуви, ни патентованные подтяжки, ни воск для волос.

Ирис замотала головой.

– Я ничего не продаю. Меня зовут Ирис Диль. Я приехала по приглашению барона цу Герике.

Лицо мужчины окаменело. Он прищурился и произнес со сдержанной скорбью:

– Барон цу Герике скоропостижно скончался пять дней назад. Позавчера состоялись похороны. Вы опоздали.

Он коснулся пальцами правого предплечья, на котором Ирис только сейчас заметила траурную повязку. Она ахнула. Ее сердце пронзила острая печаль. Пусть она узнала о существовании родного отца лишь десять дней назад и не была с ним знакома, такие новости невозможно принять спокойно.

– Что с ним случилось?..

Мужчина не ответил, а холодно задал встречный вопрос:

– По какой причине барон пригласил вас в поместье, госпожа Диль?

– Я его незаконнорожденная дочь, – выпалила Ирис.

Мужчина мигом подобрался и стал еще более высокомерным.

– Вот как? Понятно. Прошу вас немедленно покинуть поместье, иначе придется позвать полицейского. У нас не любят мошенников.

Дверь едва не захлопнулась у Ирис перед носом, но она успела сунуть в проем угол чемодана.

– Я не мошенница! Вот письмо от барона!

Она торопливо запустила руку в карман, забыв, что переложила письмо в сумочку. Чертыхнулась, открыла сумку и начала отчаянно рыться в ней.

– Вот!

Ирис победно протянула письмо. Высокомерный тип взял его, развернул и принялся читать. По мере чтения складка между его бровями углублялась. Ирис с тревогой ждала вердикта. Она опасалась, что ее вот-вот спустят с крыльца пинком.

Мужчина поднял глаза и уставился на гостью. Он молчал, пока пауза не стала неприятно длинной.

– Рекстон, кто там? – послышался мелодичный женский голос.

Мужчина обернулся и почтительно ответил:

– Незнакомая барышня приехала повидаться с господином бароном. Утверждает, что не знала о его кончине.

Ответ прояснил позицию Рекстона в доме – он слуга, дворецкий или лакей.

За спиной Рекстона раздался слабый вскрик. Женщина потребовала:

– Дайте мне взглянуть на девушку!

Рекстон бесшумно скользнул вбок, и перед Ирис предстала белокурая пожилая женщина в траурном платье. Она прищурила близорукие глаза и растерянно спросила:

– Вы утверждаете, что приходитесь Гвидо родной дочерью?

– Так утверждал сам барон. Он прислал мне письмо.

Женщина вопросительно взглянула на Рекстона. Тот почтительно протянул ей письмо. Дама приложила к глазам пенсне и уткнулась в послание.

– Это почерк Гвидо, – сказала она неуверенно, и в ее утверждении слышался вопрос.

– Почерк весьма похож, госпожа Эрколе, – подтвердил Рекстон. – Однако осмелюсь заметить, что в столице живут опытные мастера изготовления фальшивок.

– Рекстон, что мне нужно сделать? – продолжала задавать вопросы госпожа Эрколе. – Я в замешательстве…

– Полагаю, лучшим выходом будет позвать полицейского.

– Вы считаете ее мошенницей?

– Я не лишен таких подозрений, мадам.

Ирис слушала их диалог с растущим негодованием.

– Если это подлог, то я тоже стала его жертвой! – сказала она резко.

Ирис устала и проголодалась, да и неприятных сюрпризов за последние дни выдалось многовато. На вежливость сил не осталось.

– Уверяю вас, две недели назад я понятия не имела о бароне цу Герике и нашем с ним родстве.

Госпожа Эрколе и Рекстон вновь обменялись многозначительными взглядами.

– Рекстон, вы знали, что у Гвидо есть дочь?

– Нет, мадам. Осмелюсь допустить, что дочери у него нет и никогда не было, а эта девушка – не та, за кого себя выдает.

– Припоминаю, Гвидо однажды упоминал о дочери и о том, что хочет найти ее, – тихо призналась госпожа Эрколе, – но подумала, что он шутит, как всегда.

– Но он нашел меня, – прервала ее Ирис. – Какие уж тут шутки?.. Я приехала и обнаружила, что мой… отец умер. И я тоже не знаю, что мне делать дальше. – Она спохватилась и добавила тише: – Глубоко соболезную вашей утрате.

Госпожа Эрколе поджала губы и кивнула.

– Я его сестра, Грета Эрколе. Выходит, я… ваша тетя?

– Ну да, вроде того, – брякнула Ирис, растерявшись еще больше.

Где ее манеры? Нигде. Их просто нет, и взяться им неоткуда. Конечно, в школе ее учили вести себя правильно, но десять лет скитаний по улицам стерли все воспоминания об этикете. Ирис знала, как правильно давать взятки полицейским, умела забалтывать хулиганов, умасливать разгневанных зрителей и ловить брошенные в нее гнилые помидоры. Но как вести себя в таких ситуациях, как нынешняя, не имела ни малейшего представления. Да и в каком учебнике этикета есть глава «Правила поведения с родной тетей, которая считает тебя мошенницей»?

– Завтра прибудет нотариус, – негромко сказал Рекстон. – Вполне возможно, что он в курсе ситуации. Он же поможет нам установить личность этой девушки.

– Спасибо, Рекстон, – с облегчением выдохнула пожилая дама. – Вы всегда знаете, что нужно делать. Именно так мы и поступим – подождем нотариуса и все выясним. Завтра будут зачитывать завещание, – объяснила она, повернувшись к Ирис. – Если вы дочь Гвидо, не исключено, что он оставил насчет вас какие-то распоряжения. Он переписал завещание за неделю до своей смерти. А пока… – Она опять заколебалась, не зная, что предпринять, потом ее