Гвихоль. Том 1. Красные чернила смерти - Вероника Шэн Страница 63

Ханыль, раздраженно поморщившись, отвернулся и, чуть помедлив, перешагнул через веревку, вставая на бетонное возвышение:

– Меня она действительно не сдерживает.

«Это уже хорошо», – мысленно отметила я. Пусть Ханыль и псих, но хотя бы не злой дух. В нынешних условиях убийцы с ножами пугают меня не так сильно, как кысынсэ. Тем более и ножа-то у Ханыля больше не было.

– Это… странно, – заметила Нахи, задумчиво потерев острый подбородок. – Для чего такая защита здесь?

– Может, это и странно, но в целом соотносится с тем, что мы пришли за вещью, принадлежащей злому духу, – отметила я.

– Но почему тогда кольцо в этом месте? Обрушение было здесь? – обратилась Нахи к Ханылю.

– Нет. Это было в другой части стройки. – Он спрыгнул обратно на землю и отошел от веревки на несколько шагов.

– Хм… Сончхоль-а, ты не мог ошибиться с местом?

– Нет, это точно оно, – заверил он. – Да и веревка говорит о том, что мы действительно нашли место, связанное со злыми силами.

– Или же люди здесь решили, что оно с этими силами связано, – возразил Ханыль.

Я колебалась лишь пару секунд, но решила довериться видению Сончхоля.

– Ладно, поищем кольцо здесь. Если вдруг не найдем, надо будет осмотреться и найти похожие места.

Сончхоль бросил неуверенный взгляд в сторону железобетонной основы будущего строения, а затем, опомнившись, кивнул. И все же я видела, как от неуверенности померк его взгляд.

– Что такое? Ты все-таки сомневаешься, что это нужное место? – прямо спросила я, и он быстро помотал головой.

– Нет, я более чем уверен, что это оно. Вот поэтому и… – Он шумно выдохнул и все же договорил: – Поэтому и не хочу идти.

– Что? Объясни нормально, я не понимаю. Ты боишься, что ли?

– Я ощущаю очень много темной энергии. Глубокий след смерти. Неестественной смерти. К тому же вещь, удерживающая в этом мире злого духа… – Сончхоль на мгновение прикрыл глаза. – Если честно, я… я чувствую себя здесь очень плохо, – едва слышно признался он. – Ты же знаешь, медиумы к подобному наиболее чувствительны и даже… уязвимы. Они как пустой сосуд для злых духов.

Я вспомнила, как Сончхоль выглядел, когда ему пришло последнее видение. Тогда он оказался рядом с местом, где покоится прах человека, ставшего кысынсэ. Сейчас же мы совсем близко к предмету, удерживающему этого злого духа в мире людей…

– Говори о таком сразу, что ты как маленький, – цокнула я. – Не мог признать, что тебе плохо? Что бы я делала, умри ты здесь или… не знаю, стань одержимым?

Сончхоль виновато на меня покосился:

– Да… прости. Просто не хочу, чтобы ты одна…

– Не начинай, – попросила я и пошла к фундаменту и стальной сетке над ним.

– То есть ты не идешь, потому что медиум и боишься, – с нескрываемой издевкой обратился к Сончхолю Ханыль, – а своего медиума-зомби отправить готов? С ней ничего не будет?

– Переживаешь за меня? – усмехнулась я, обернувшись через плечо, и шагнула на бетонное возвышение.

Ханыль ничего не ответил. Если, конечно, не принимать за ответ его громкое фырканье.

Я осторожно пошла дальше по узкой бетонной полосе, внимательно смотря то себе под ноги, то в огороженную фундаментом перекопанную землю, надеясь заметить кольцо и при этом не оступиться или не пораниться о торчащую из бетона арматуру, но скорее по привычке.

Где может быть это кольцо? Да его могли даже землей закидать, и я его уже не найду…

– В той части, что я видел, было больше арматуры, и она находилась ближе к краю, за которым валялись какие-то доски. Но с того ракурса понять, к какому именно краю, было нельзя, – заговорив громче, объяснил мне Сончхоль.

Я осмотрелась и повернула по пересечению бетонных полос в сторону левого края фундамента. Я заметила ту его часть, где располагалось больше арматуры, и, подойдя ближе, увидела также и доски. Возможно, кольцо где-то здесь…

Я осторожно спрыгнула с фундамента на землю, стараясь ни обо что не пораниться или не подвернуть ногу на обломках. Я все же жива и не хочу пострадать, а шанс, что моя рука пройдет сквозь острую железку, не был стопроцентным. Может, я и находилась в мире духов, но ставить эксперименты над собой не собиралась.

Наклонившись, я стала внимательно осматривать землю, ведь не могла рыть ее руками. А даже если бы и сумела, сколько времени бы это заняло?..

Внезапно я вновь ощутила нечто… нечто смутно знакомое и до тошноты неприятное. Почему же знакомое?

Подобные чувства охватили меня на месте убийства перед тем, как я увидела злого духа. Будто бы чьи-то дразняще легкие, но оттого не менее ледяные прикосновения к рукам, шее, лицу. Невнятный шепот под самым ухом, настолько тихий, что его можно было бы принять за ветер… если бы тот сейчас хотя бы слабо дул. И непонятно откуда взявшийся запах, но на этот раз другой, не тот резкий от пыли и грязи – на стройке он не привлек бы мое внимание. Сейчас это был запах гниения.

Опять сгустились тени, и я посмотрела по сторонам, чтобы увидеть, где они наиболее плотные.

Стоило мне сделать два быстрых шага в нужную сторону, как шепот стал громче, даже настойчивее, а тошнотворный запах – сильнее. Я присела на корточки, впиваясь взглядом в перемешанные с землей камни… и вдруг заметила его. Кольцо. Оно лежало почти вплотную к фундаменту и было перепачкано в грязи, так что сложно было понять даже его цвет.

Я протянула руку к кольцу и лишь тогда задумалась: а получится ли у меня его взять? И если да, то с какой попытки?..

Но вот я прикоснулась к кольцу и поняла, что чувствую его. Кожа на кончиках пальцев ощущала легкую прохладу металла и шероховатость присохшей к нему грязи. Не медля, я взяла кольцо… и сумела его поднять.

Шепот взорвался в моей голове, а руку, в которой я сжала находку, сковало жгучим льдом. Тени стали еще плотнее, опутав меня со всех сторон, почти лишив зрения.

Вскрикнув, я упала на колени и прижала руки к голове, едва не выронив кольцо.

– Нуна? Нуна!

Взволнованный голос Сончхоля с трудом пробился ко мне сквозь шумные волны размноженного эхом шепота.

И вдруг все прекратилось.

Невидимый лед отпустил мою руку, сменившись вполне привычным, поселившимся уже в моих костях холодом этого странного места. Чужой голос тоже исчез, словно заглоченный местной неестественной тишиной. Тени отступили, растворенные