Тени звезд - Антон Александрович Карелин Страница 44

Гепардис перевёл дух и вытер ладонью лоб.

— И мы предстали перед дилеммой. Принудительно перегрузить все щиты и узнать, что произошло. Но этим действием прервать духовную эмиграцию Ирелии Кан и рисковать уничтожить улики, которые могут находиться внутри. Или ничего не делать, и своим бездействием не причинить вреда. Я взял на себя ответственность и выбрал второе.

Все молчали, обдумывая каждый своё. Даже Дурран нахохлился и временно прекратил блистать интеллектом.

— Это вина корпорации, а не вашего агентства, — сказала девушка, волосы которой переливались приглушённо-серым цветом и задумчиво-жёлтым. Она хотела поддержать безопасника, которого вина и сомнения глодали заживо изнутри.

— Это вина агентства, — раздался новый голос, и все вздрогнули.

Сыщик наконец прекратил рассматривать апартаменты и уставился на начальника охраны.

— Причина смерти Клето-2? — спросил он. — Вы наверняка сделали существу аутопсию.

— Кстати, да, — примазался констебль, — я собирался об этом спросить. Только позвольте уточнить: микро-аутопсию. Ведь это, напоминаю, микро-существо.

Профессионал сыска поднял палец, указывая на исключительную важность своего микро-замечания.

— Пока неясно, — напряжённо ответил гепардис. — Клето вообще не должно было умереть. Воздействие на зеркальные ткани безусловно передаётся существу, которое их породило. В этом и заключается синхронизация: страдает один, страдает и другой. Но не до такой степени! Доктор Тюэль проводила эксперименты, определяя меру возможного воздействия, и максимальный эффект был куда слабее. Когда зеркальные клетки разными способами уничтожали, связанные существа испытывали сильный стресс, потерю сил, теряли сознание. Но ни одно не умерло и даже близко не подошло к смертельному истощению.

— Что показала аутопсия? — переспросил детектив.

— Что Клето-2 истощено: сильно, но не смертельно.

— Тем не менее, оно мертво, — кивнул сыщик. — И реальных причин гибели не обнаружено.

— Доктор Тюэль собрала оперативную группу и продолжает анализ.

— Итак, мы не знаем три вещи, — сказал детектив. — Что с Ирелией Кан? Какова причина смерти Клето? И что стало причиной сбоя нуль-передачи.

— Случайность, — фыркнул констебль. — Техническая погрешность, вспышка на солнце. Уникальное схождение черных дыр на пути сигнала, да что угодно. Ну разумеется причиной сбоя в корпорации «Ноль» была случайность! Что это могло быть ещё⁈

Дурран ожидал немедленного согласия со своей очевидной правотой. Но присутствующие почему-то не торопились соглашаться.

— Вы шутите? — засмеялся констебль. — По-вашему, всемогущая и громадная корпорация заключила сговор с убийцей, чтобы умертвить кинозвезду? Три раза ха!

Гепардис кивнул, не найдя аргументов. Было безумием представить иное.

А девушка выжидала, что скажет её босс, будто мнение лохматого молодого человека могло пересилить реальность. Поразительное боссопоклонничество, мысленно поразился и осудил констебль. Принимать на веру любую чушь, которую брякнет начальство? Вот так слепота!

Он с сомнением оглядел чужака: широкоплечий парень с непокорными волосами, в старом пушистом свитере. Слишком молодой, чтобы что-то понимать в этой жизни, и слишком небрежно одетый, чтобы обладать хорошим вкусом. А если человек не обладает хорошим вкусом, говорить с ним как бы и не о чем, считал Ибо Дурран. Мысль о том, что вкусы собеседника могут быть сосредоточены в других областях обширного и разнообразного мироздания, к Дуррану пока не пришла. Всё-таки мироздание очень обширно — может, когда-нибудь дойдёт.

— Вы не ответили на мой вопрос, ШоХшо, — недовольно поддув щёки, заметил Дурран. — С какой стати вы вызвали на нашу планету сыщика?

— Об этом чуть позже, — совершенно спокойно, но при этом непререкаемо отмёл детектив. — Сейчас я отвечу на более важный вопрос: что с Ирелией Кан.

— И что с ней? — опешил от такой наглости констебль.

— Ирелия Кан мертва. Она умерла одновременно с Клето и погибла в мучениях. Скорее всего, задохнулась, пытаясь выбраться из своей идеальной защиты, из непреодолимых полей.

— У вас что-то со зрением, коллега-частник, вам стоит проверить глаза, — пфыкнул Дурран, показывая внушительной рукой вверх. — Вы что, не видите, что она спокойно медитирует без малейших признаков асфиксии и мучений⁈

Детектив посмотрел на него изучающе, не как на идиота, а как на одного из подозреваемых в убийстве. Констебль, за годы работы в полиции прекрасно знающий этот взгляд, поперхнулся.

— Вы сами подсказали мне правильный ответ, — заметил сыщик. — Ваши слова.

— Какие слова? — испугался Дурран. — Какой ответ?

— «Ирелия Кан выглядит идеально, как всегда».

— Ну да. Так и есть! — взгляд констебля метнулся к звезде и обратно. — И что с того?

— Совершенства не существует, — сказал сыщик. — И вы никогда раньше не встречались с Ирелией Кан. Зато смотрели все её арты.

Констебль порозовел, что в его случае означало, наоборот, стать немного светлее.

— И если в реальной жизни звезда выглядит точь-в-точь как в кино, значит, это лишь видимость.

— В смысле⁈

— Дива должна оставаться в образе, везде и всегда, — сказал детектив. — Во время многочасовых убежищ, отключаясь от реальности, она была беззащитна перед взглядами прислуги и шпионов-папарацци, готовых на всё, лишь бы проникнуть в особняк Ирелии Кан. Затёкшее тело, некрасивая поза, невыгодный ракурс, слишком интимный взгляд визио — любая из этих вещей является покушением на самое дорогое для звезды: её образ. Поэтому по приказу Ирелии Кан внешнее поле всегда копировало её внешность и поддерживало идеальную картинку. И только внутри этого кокона Ирелия могла расслабиться, побыть какой ей захочется и не думать о том, как выглядит.

— Что? Откуда у вас такая информация? — поразился констебль.

Он переводил взгляд с детектива на начальника охраны, и видел, как на лице Шон-Хона отразилось понимание. Гепардис не знал о секрете дивы — ну разумеется, звезда никому не докладывала, что во время медитации её заменяет идеальная оболочка. Но теперь до безопасника дошло.

— Вы можете принудительно отключить только внешнее поле, — сказал сыщик. — И оставить два внутренних. Сохранить улики, но открыть то, что сейчас скрыто.

Бритая рука гепардиса взлетела к пасти.

— Протокол «Дельта-3», — рыкнул он. — Ключи на перезагрузку. Три, два, один, старт!

Ирелия Кан, безупречная и загадочная, мигнула и погасла. Все увидели, что наверху висит скрюченная, всклоченная женщина с искажённым потемневшим лицом и выпученными глазами. Её окровавленные ногти были сбиты о непроницаемые стены собственного защитного кокона, в которые она скреблась из последних сил, пытаясь вырваться.

В ту же секунду начальнику охраны вместо идеальных искусственных данных внешнего поля звезды стали поступать реальные — со сканеров службы безопасности. И кроме очевидного факта, что Ирелия Кан умерла от удушья, он увидел в медицинской сводке, что её горло сорвано в криках, которые никто так и не услышал.

Девушка и констебль ахнули, поражённые пробирающей жестокостью открывшегося зрелища. Гепардис закрыл глаза, на его сжатой болью морде отразилось выражение величайшего краха. А детектив вздохнул, глядя на затвердевшую в трупном окоченении картину из скрюченных рук