Марина Комарова - Осколки моря и богов Страница 45

Жертва. Темноволосый мальчик в одних джинсах. Руки сложены на груди. Пальцы окровавлены. Между ними зажата карта. Хм, больше игральной, уж ближе к Таро. Я присмотрелась. Нет, это все только кажется. На самом деле все не так.

У карты рубашка – фиолетово-черная, с россыпью звездной пыли. И пусть другие не замечают, но я вижу это вязкое мерцание, потустороннее. А еще прекрасно помню руки, которые держали подобные этой карте несколько лет подряд.

Мне стало дурно. Карта была из колоды Грабара.

Глава 3

Ледибой

I got shot with the sweetest gunI have it all, all in oneNo broken hearts, no bad romanceWhy should I love when I can have funWith my ladyboy.

Грабар сидел в кафе возле Оперного театра.

Ветер пробирал до костей, но уходить с летней площадки не хотелось. Слева умиротворяюще журчал фонтанчик. Рядом за столиком сидела дородная дама в синем платье и пыталась угомонить расшалившихся близнецов, кажется, еще не достигших и пятилетнего возраста. При этом не отрывая от уха руки с мобильником. Дети слушались с переменным успехом и шумно гоняли вокруг дамы в кошки-мышки.

Настроение у Грабара было отвратнейшее. Он приехал к ночи, тетушка вывалила ворох ненужной информации, закормила до одури и отправила спать. Снилось что-то странное, только вспомнить не получалось. Кто-то плакал – тихо, отчаянно, безысходно. Во сне от этого плача по коже бежали мурашки. Но стоило только проснуться – и все забылось. Лишь осталось мерзкое настроение. Такое же, как и тогда, когда приснилась Тиргатао, входившая в море и просившая помощи у Азова.

Весь день Грабар прозанимался бумажной волокитой, помогая неуемной родственнице и про себя костеря всех бюрократов.

После работы тетя Сара, окинув Олега внимательным взглядом, поправила очки и сообщила, что его бледный вид делает ей головную боль. Поэтому стоит прогуляться и подышать свежим воздухом.

Грабар не спорил. Одессу он любил. Правда, сегодня что-то все было не в радость. В связи с этим на столике перед ним стояла стопка холодной водки и стакан сока. Мультивитамин, поц его за ногу. Совершенно некуртуазно и неподобающе статусу. Однако ничего другого не хотелось.

И есть тоже, кстати.

Плач все еще стоял в ушах. Казалось, преследовал везде. Но вот понять, почему – никак не выходило.

В небе громыхнуло. Грабар поднял голову и посмотрел на затягивающееся тучами небо. Да уж. Еще под ливень не хватало попасть. Но всеобъемлющее безразличие и какое-то непонятное оцепенение не давали даже шевельнуться.

Олег вздохнул. Внезапно сильно захотелось домой. Сам не понял почему. Изнутри грызло нехорошее предчувствие, что вот-вот произойдет что-то очень плохое.

«Надо было в провидцы подаваться, а не в Читающие Сны», – отстраненно подумал Грабар и тут же тряхнул головой, отгоняя странную мысль.

В небе снова громыхнуло.

– Добрый вечер, Олег Олегович, – вкрадчиво прозвучало рядом.

Хриплый низкий голос, от которого вмиг перехватило дыхание.

«Не может быть», – проскочила паническая мысль.

Грабар медленно поднял голову и встретился с задумчивым взглядом карих глаз поверх прямоугольных стильных очков без оправы. Воздух в легких неожиданно закончился. Уж кого-кого, а этого человека он встретить тут не ожидал. Точнее, не человека.

– Добрый, – произнес Грабар надтреснутым тихим голосом, не в силах отвести глаз.

Чех сел напротив. Весь в черном: футболка, брюки, туфли. Даже короткий черный зонт, висевший на запястье. Ишь, какой предусмотрительный. Хотя дождь мог и не пойти. Все же город большой. Тут есть, там – нет.

Он выразительно посмотрел на водку, потом снова на Грабара.

– С чего бы это? – спросил лениво, почти безразлично, словно надо было просто что-то сказать. Однако от Олега не ускользнул ни огонек, зажегшийся в карих глазах, ни едва заметно поджатые губы.

Но в нынешнем состоянии Грабару было откровенно плевать, что подумает о нем влиятельный господин Следящий.

– Бывает, – неопределенно пожал он плечами. – Рад вас видеть, Эммануил Борисович.

– Врете, – припечатал Чех, и Грабар вздрогнул.

Самое гадкое было то, что он действительно врал. Видеть Следящего, когда ты к этому не готов, удовольствие еще то. Вмиг стало стыдно и немного страшновато. Видит насквозь, зараза. И вот что делать?

Грабар глубоко вздохнул, уставился на стакан с соком. Во рту резко появилась непонятная горечь. Говорить не хотелось, а молчать было невежливо.

– Не надо страдать – я не кусаюсь, – неожиданно усмехнулся Чех. – Особенно не собираюсь приближаться к тому, что уже понадкусывала дражайшая Сара Абрамовна.

Грабар оценил шутку, но улыбнуться не получилось.

– Боитесь отравиться? – поинтересовался он.

– Именно, – кивнул Чех и тут же резко перевел тему: – Что вы знаете о сновиях, Олег?

Отчество отбросил за ненадобностью. Все-таки не тот возраст. Да и вообще… будто почувствовал, что Грабар не очень любил такое обращение. Отца он не знал, матери – тоже. Воспитывался бабушкой, а после ее смерти – некоторое время жил у дальней родственницы. И только потом познакомился с Сарой Абрамовной, которая, по сути, была не совсем уж и теткой. Только пока это не всем следует знать. Особенно Яне.

Только спустя несколько секунд до него дошло, что поставили вопрос.

– Сновии? – переспросил Олег, словно пытаясь удостовериться, что не ослышался.

Чех кивнул. Значит, не показалось и надо отвечать.

– Сущности на Тропе Снов. Мерзкие. Только зазеваешься – утянут за милую душу. При этом после знакомства с ними рискуешь не проснуться вообще. Если работать с картами, то опасаться сновиев нужно постоянно. Чуть эмоционально нестабилен – и все, прибегут мгновенно и будут тянуть силы.

Чех задумчиво постучал кончиками пальцев по крышке стола. Получилось неожиданно гулко и звучно. Грабар подозрительно покосился на него, лишь чуть приподняв бровь, и спросил:

– А что?

Как-то совершенно не верилось, что Следящий не в курсе, кто такие сновии. Но, судя по виду Чеха, он все же знал недостаточно. Или же удачно прикидывался несведущим.

– Да так… – пространно ответил тот. – А способны ли сновии убить человека? В реальности.

– Что? – Грабару показалось, что он ослышался.

– Могут ли сновии убить человека, который не спит? – повторил Чех ровным голосом.

Грабар покачал головой:

– Нет, конечно. Это все равно что во сне купить что-то у торговки на Привозе.

Чех неожиданно фыркнул:

– Сразу видно, что вы ничего никогда не покупали на Привозе.

– Покупал, – буркнул Грабар, внезапно почувствовав себя нашкодившим мальчишкой.