Морган Райс - Мечта смертных Страница 36

"Мой муж, – добавила она, но за тем исправилась, – мой будущий муж защищал нас. Все драконы Ромулуса погибли в боях, и во всём мире больше ни одного не осталось".

"А где сейчас твой будущий муж?" – спросила Королева сочувственным тоном.

Гвендолин спрятала глаза и грустно пожала плечами. Она хотела ответить, но мешал ком в горле.

"Где-то в открытом море", – сказала она. "Ищет нашего сына".

Королева ахнула, а Гвен больше не смогла сдерживаться. Слёзы брызнули у неё из глаз, и она начала спешно вытирать их кулаком".

"Простите, мой король", – сказала она. "Я не смогу отдыхать, пока не узнаю, что Тор и Гувейн в безопасности".

"Есть способы их отыскать", – ответил Король.

Гвен взглянула на него с надеждой.

"Как?" – спросила она, готовая ухватиться за любую возможность.

"У меня есть провидец", – ответил Король. "Быть может, он знает, где твой Торгрин".

Сердце Гвен подскочило от радости, но она боялась ждать слишком многого.

"Я бы всё за это отдала, ваше величество", – сказала она.

Тот кивнул.

"Считай, что это уже сделано", – сказал он. "На рассвете я дам ему указание".

"Вы можете оставаться с нами так долго, как пожелаете", – вступила Королева. "Хоть один день, хоть всю жизнь. Мы хотим, чтобы вы влились в наш народ. Здесь для вас найдутся хорошие должности и важные задачи. Мы нужны вам, а вы нужны нам".

Гвендолин с благодарностью кивнула.

"Это очень щедрое предложение", – ответила она. "Я бы хотела вернуться в Кольцо, отстроить его заново, снова увидеть свою родину восставшей из пепла. Мы все бы этого хотели. Но сейчас это всего лишь мечта".

"Из такой мечты и рождаются империи", – сказал Король.

"Если она хочет уйти, дайте ей уйти", – послышался мрачный голос.

Гвендолин обернулась и увидела, что один из королевских сыновей, близнец Мардиг, смотре на неё чересчур пристально. Его жена тоже бросала в её сторону злобные взгляды.

"Вообще-то, я считаю, что они все должны убраться", – добавил Мардиг. "Они оставили в пустыне очень подозрительный след, по которому Империя придёт прямо к нам. С них начнётся наш крах".

"Придержи язык!" – повысила голос Королева. "Они – члены семьи".

"Они нам не родня!" – возразил Мардиг. "Может, у нас и общие предки, но это было сто веков назад".

"В моём присутствии ты будешь вести себя почтительно", – сказал ему Король. "Твоё поведение бросает тень на меня, а я совсем не так обращаюсь с гостями".

Мардиг покраснел и умолк.

Король повернулся к Гвендолин.

"Прости меня", – сказал он. "Мой мальчик может быть резким. Он говорит тогда, когда должен был бы слушать".

Король вздохнул, и Гвен чувствовала, что все в зале сейчас смотрят на него.

"В его словах есть доля истины", – раздался чей-то голос.

Гвен обернулась и увидела, что один из королевских воинов, сидевший за рыцарским столом, поднялся с места.

"Империя может пройти по следу".

"Если мы выбросим их обратно в пустыню, это ничего не изменит", – отозвался другой солдат и дальнего конца комнаты.

"А может и да", – бросил Мардиг.

Король медленно встал, и все обернулись к нему.

"Это верно, что след может подвергнуть нас опасности, – сказал он, делая паузы между словами, и по его тону понятно, что он хочет закрыть этот вопрос раз и навсегда, – но не смотря на это мы не бросим чужеземцев умирать. Никогда".

Последние слова он сказал по-королевски твёрдо и властно, и Гвен увидела, что несогласные присмирели. Она не могла выразить всей свей благодарности Королю.

"Со следом мы разберёмся. На рассвете я пошлю экспедицию за Перевал, за песчаную стену, и ею целью будет стереть след".

По залу прокатился вздох, и Гвен поняла, что миссия, о которой он говорит, наверняка будет опасной. Ей стало стыдно за то, что её присутствие порождает разногласия в их рядах.

"Я хочу пойти, отец", – сказал Людвиг, старший из близнецов.

"А я хочу возглавить отряд", – отозвался Колдо, королевский первенец.

"Отец, я тоже хочу пойти", – сказал Каден, младший сын.

"И я", – добавила старшая дочь, Рут.

Гвен отметила про себя, что Мардиг был единственным, кто не вызвался и, покраснев, сидел молча.

Король кивнул.

"Иметь таких храбрых сыновей и дочерей – благословение для отца", – произнёс он. "Конечно, вы все можете пойти. И позаботьтесь о том, чтобы вернуться ко мне в целости и сохранности".

"Я тоже хотел бы пойти", – сказал Кендрик, вставая рядом с Гвендолин.

Все молча смотрели на него, явно не ожидавшие, что чужеземец вызовется в поход.

"И я", – сказал Брандт.

"И я", – сказал Атме.

И все оставшиеся рыцари Серебра тоже встали, и Гвен ощутила прилив гордости за них, смешанной с беспокойством.

Король поразмыслил над ситуацией, а затем серьёзно кивнул.

"Хоть вы здесь и чужаки, – решил он, – я не стану отнимать у вас право проявить честь и отвагу. В вас бьются сердца воинов, и это они в вас сейчас говорят. Знайте, что это будет опасная миссия. Мы никогда не выходили за песчаную стену. Некоторые из вас могут не вернуться".

"Я готов отдать жизнь, чтобы выполнить эту миссию", – сказал Кендрик гордо. "Ведь если ваше королевство подвергается опасности, то это всё из-за нас".

Король встретился с ним взглядом и одобрительно кивнул.

"Ваше величество, – добавила Гвен, – в нашей стране Кендрик был лидером Серебра, элитного отряда наших рыцарей. Ему нет равных в бою и в управлении людьми. Все знают, что он прекрасный лидер, и я говорю это не только потому, что он мой брат".

Король долго изучал Кендрика и наконец кивнул.

"Тогда завтра ты, Кендрик, поведёшь половину моих людей. Готовьтесь!" – крикнул Король. "Завтра мы выступаем!"

"ЗА КОЛЬЦО!" – воскликнул Король, поднимая кубок.

"ЗА КОЛЬЦО!" – эхом отозвались сотни голосов.

Гвен ощутила любовь, одобрение и принятие всех этих людей, и впервые за долгое время, здесь, в окружении этих славных воинов, она почувствовала себя дома.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Годфри вместе с Акортом, Фултоном, Мереком и Арио шли по просторному мраморному холлу золотого дворца вслед за таинственной финианкой, представившейся как Силис, и её свитой, и шаги всей процессии гулким эхом отражались от стен. Силис под конвоем привела их в этот величественный дворец на другом конце Волусии, и теперь они по бесконечной анфиладе залов углублялись в здание. Годфри понятия не имел, кем она была, чего хотела и почему решила оставить их в живых, но он был не в том положении, чтобы задавать вопросы. Её люди к ним ни разу не прикоснулись, но у Годфри было чувство, что если бы они решили не подчиниться, они бы за это поплатились. Он знал, что остаться в живых было само по себе большим везением, особенного после того, как они убили сородича этой женщины и попытались украсть её сокровища.

Их провели вверх по огромной мраморной винтовой лестнице, затем вниз по длинной верхней террасе, обрамлённой мраморными арками и резной балюстрадой, обвивавшейся кольцом вокруг дворца. Оттуда открывался вид на город, и Годфри на ходу любовался захватывающим пейзажем. Город внизу был прекрасен со своими безукоризненно ровными улицами, пересекавшимися каналами, и океаном у подножия. Всё сияло и источало богатство, и Годфри думал, что, если бы этим местом не правили такие монстры, и если бы эти улицы не были запятнаны кровью невинных, то Волусия могла бы быть великолепным местом для жизни. Это был парадокс культуры, построенной на рабстве.

Они всё шли и шли, и Годфри гадал, куда их ведут, и можно ли доверять этой женщине. По иронии судьбы, он снова оказался вынужден довериться финианцу. Однако, он чувствовал, что в этот раз всё иначе. В ней было что-то искреннее, что-то, отличавшее её от остальных. В конце концов, она легко могла убить, как только нашла. Но, по какой-то неуловимой для Годфри причине, они ей были нужны живыми.

Они остановились у потрясающего балкона, целиком отлитого из золота, под которым о берег разбивались океанские волны. Вдоль перил стояли роскошные диваны, и Годфри и его спутников жестом пригласили сесть.

Годфри утонул в красном бархате подушек, и тут же перед возникли слуги с серебряными подносами, полными всевозможных закусок. Годфри взял кусочек и стал настороженно его осматривать, а наблюдавшая за ним Силис расплылась в улыбке.

"Не волнуйтесь, – сказала она, – если бы я хотела вас убить, я бы это сделала это более изобретательно".

Годфри понял, что она права, отправил закуску в рот и растаял от её потрясающего вкуса. Сладкое и воздушное суфле напоминало шоколад, но было ещё изысканнее. Осознав вдруг, как он проголодался, Годфри съел еще несколько кусков, а рядом с ним Акорт и Фултон горстями хватали деликатесы с подноса и обеими руками набивали их за щёки. Мерек и Арио, напротив, не стали ничего пробовать и сидели с мрачными лицами, начеку.

Силис, глядя на их компанию, очень развеселилась.

"Почему ты нас не убьёшь?" – спросил Мерек.

Она посмотрела на него с улыбкой.