Лекарь-воин, или одна душа, два тела (СИ) - "Nicols Nicolson" Страница 101

С этого дня у меня не было ни единой минуты свободного времени. Днем тренировал гвардейцев, а по вечерам лечил царедворцев и других знатных особ. В дальнем крыле дворца мне выделили часть покоев под лечебные нужды. Почти валился с ног, но и платили мне, не скупясь, золотая кубышка росла на глазах.

Спустя десять дней швы были сняты и Ее королевское Величество вернулась к обычному распорядку дня. А спустя два дня Ульрих заявил, что я включен в состав правительственной делегации Австрии, отправляющейся с визитом в Венецианскую республику. Вначале будут переговоры с дожем и Большим советом, а потом король с королевой нанесут визит главному судье Венеции Бруни с известной мне целью. В делегации я буду выступать в трех ипостасях: лучший друг жениха, лекарь королевского семейства, и помощник начальника вооруженного эскорта.

Одно дело, когда едет две-три повозки, другое — когда движется настоящий караван, в котором находятся непростые люди. Понятно, что ответственность охраны возрастает многократно. В гвардейцах я был уверен, они лягут костьми, но к охраняемым лицам никого не допустят. Да и полковник Генрих, не вчера сел на коня, прекрасно знал, как нужно организовывать сопровождение важных персон. Я только попросил его увеличить численность передового дозора, а в остальном, у меня замечаний не было.

Этот визит готовился два месяца, и теперь улицы Венеции я не узнавал. И без того чистые, они сейчас украшены цветами флагов двух государств. Толпы народа с маленькими флажками в руках приветствуют нас на всех улицах — мне казалось, вся Венеция вышла на улицы. Может, так оно и есть, я не считал. Лучшая гостиница города с редким названием «Венеция» стала на некоторое время резиденцией короля Густава и королевы Элизабет. Там же поселились мы с Ульрихом, и многочисленная свита. Кстати, сестры Ульриха остались дома, родители на них «оставили» Австрию, как выразился король. На самом деле за страной «присматривал» канцлер Цейнгоффер, дядечка педантичный и с полным отсутствием чувства юмора. В этом я убедился, когда извлекал из его ноги застаревший, вросший в мышечную ткань, осколок ядра, мешавший канцлеру нормально ходить.

В переговорах мы с другом участия не принимали, а сразу отправились домой к судье. Сеньор Бруни, естественно, был во дворце дожа, а сеньора Мартина нас приняла радушно, кормили отлично. Ульриха и Кьяру мы с сеньорой Мартиной оставили наедине, я больше, чем уверен, что лишнего они себе не позволят. С сеньорой Мартиной мы просто общались на различные темы, одной из которой была проблема избрания нового Папы Римского. В Вене до меня доходили какие-то слухи, но из-за большой занятости, я им не уделял должного внимания, а сейчас — то нечего делать, можно послушать мнение сеньоры Мартины.

Со дня смерти Папы Алонзо I на Ватикан стали валиться беды одна за другой. Претендент на пост Его Святейшества, кардинал Мальдини, внезапно слег с неизвестной болезнью, и, проболев около двух недель, умер. За ним, примерно с недельным интервалом стали покидать мир живых, влиятельные кардиналы католической церкви. В народе поползли слухи, что на предстоятелей церкви обрушилась кара небесная за грехи тяжкие. По словам сеньоры Мартины, все больше должностей в управлении церкви получают сторонники «мирного сосуществования христиан» во главе с кардиналом Пануччи. Они предлагают прекратить войны между конфессиями, и проводить только теологические споры, которые не приводят к человеческим жертвам. Кардинал Пануччи предложил перенести на время резиденцию Папы Римского в другой город, пока Ватикан не очистится от проклятья, привлеченного туда прежними предстоятелями. В принципе, нормальное решение предложил кардинал. Действие дикой рицины закончится где-то осенью этого года. Все деревья и кусты, имеющие прививки, усохнут моментально, и потеряют губительную силу. Так, что на следующий год, новый Папа, может вновь поселиться в Апостольском дворце безбоязненно. Надеюсь, за этот год православный мир успеет реализовать свои задумки, и возврата к конфронтации не будет. Также очень надеюсь, что очищающее и справедливое, в данном случае, действие ядовитого растения не прекратится, пока жив тот самый «чайка». Гореть ему в аду.

В то, что не будет войн вообще, я не верю, всегда найдется повод пострелять и порубить соседей. Взять тех же татар из Крыма или османов — им совершить набег на земли Южного королевства сам Аллах велит, правда, денежек им теперь никто не отвалит. Это обстоятельство, возможно, остудит их агрессивную суть.

Переговоры короля и дожа завершились в сумерках. Их королевские Величества прибыли в дом судьи Бруни и приступили к процедуре сватовства. Я благоразумно покинул зал, не нужно мне знать, сколько и чего даст сеньор Гаспаро за своей дочерью, а то, что он не поскупится, я уверен. В тишине библиотеки я провел около трех часов, читал отчет венецианского купца сеньора Альбано о кругосветном путешествии, осуществленного им сорок лет назад. Интересное скажу вам чтение и увлекательное.

Особенно мне понравилось описание его стоянки на западном берегу Африки, где экипаж отдыхал и приводил в порядок потрепанное штормом торговое судно. Неизгладимое впечатление на меня произвел рассказ об охоте на диких буйволов. Моряки устали питаться солониной, и решили побаловать себя свежим мясом. Если верить словам сеньора Альбано, то африканские буйволы достигали размеров слона. Для того чтобы накормить команду, и заготовить в опустевшие бочки солонину, достаточно было убить всего троих животных. Из их шкур получились отличные доспехи, которые пробивались из арбалета лишь с двадцати шагов. Альбано пытался отловить несколько голов молодняка, чтобы заняться разведением этих полезных животных в Венеции, но не повезло, взрослые особи прятали телят внутри стада, и люди не отважились рисковать жизнью.

Также Альбано «открыл» местность, где на Земле располагалась Индия, Китай и множество островов Океании. В принципе, путешественник подтвердил слова Герасима: указанные территории богаты природными ресурсами, но совершенно пустынны, людей там нет. По крайней мере, купец никого не встретил, и признаков обитания там людей не обнаружил.

В библиотеке меня нашел судья.

— Васент, я тебя по всему дому ищу, а ты, оказывается, от всех скрылся здесь, перелопачиваешь старые книги, — с улыбкой сказал сеньор Гаспаро.

— Я не хотел вам мешать, ведь вы устанавливали добрые родственные отношения с королевской семьей. Я был бы лишним.

— Да, устанавливали, и смею заметить, установили, и согласовали все вопросы. Но я пришел не с докладом об этом. Я хочу в качестве подарка передать тебе вексель на десять тысяч золотых цехинов, ты сможешь его поменять на монеты в Вене.

— С какой такой стати на мою голову пролился золотой дождь?

— Мой зять сказал, что после их свадьбы с Кьярой ты отправляешься в Южное королевство.

— Да, пора уже возвращаться домой, и начинать устраивать свою жизнь.

— Вот, на обустройство я и выделяю тебе некую сумму.

— Щедро, я благодарен вам за подарок, спасибо, сеньор Гаспаро.

— Деньгами не измеришь того, что ты сделал для моей семьи, я не стану перечислять всего. Хочу, чтобы ты принял вексель, и помнил, что я всегда готов тебе помочь.

— Спасибо, отказываться не стану, для реализации моей задумки деньги будут нужны.

— А, что задумал, скажешь?

— Нет, еще не время, извините, сеньор Гаспаро, при всем уважении, но лучше я сообщу вам о свершившемся плане, нежели о простых прожектах.

Молодые венчались в главном соборе Вены — соборе Святого Стефана, расположенного в центре города на одноименной площади. На протяжении почти четырехсот лет собор строился и перестраивался. Каждый правитель Австрии считал своим долгом внести некоторые изменения в его внешний облик и внутренний интерьер. Но, несмотря на это романо-готический архитектурный стиль хорошо просматривался — это я провел аналогию со своим миром.

Кьяра одела ослепительно белое платье, украшенное цветочной вышивкой «белым по белому». Выглядела в нем сногсшибательно, ее лицо светилось счастьем. Ульрих облачился в парадный мундир капитана гвардии короля Австрии, со всеми орденами, которые к этому времени заслужил. Правда, я в них совершенно не разбираюсь, а интересоваться у друга не стал, он и так нервничал. Обряд проводил Архиепископ Венский и примас Католической Церкви Австрии кардинал Питер Фенборн. Народу в собор набилось, не протолкнуться, но меня эта проблема не волновала, я, как близкий друг жениха находился в трех шагах от жениха и невесты.